Все новости

Редакционный материал

Иеромонах Иоанн (Гуайта): Входит ли человек в храм через главные врата или перепрыгивает через забор — не важно

Священнослужитель храма Косьмы и Дамиана в Москве Иоанн (Гуайта) стал знаменитым в одночасье благодаря проявленному им христианскому милосердию. Во время несанкционированного митинга 27 июля он укрыл в храме протестующих от бойцов ОМОНа и отслужил вместе с ними молебен о мире. О поступке священника с восхищением писали участники акции, а вслед за ними — соцсети и многие СМИ. Даже далекие от религии активисты были тронуты рукой помощи, протянутой Церковью и одним неравнодушным человеком лично. Впрочем, сам он не видит в произошедшем ничего экстраординарного — на его месте так поступил бы каждый христианин, уверен священнослужитель. Портал «Иисус» совместно с проектом «Сноб» побеседовал с отцом Иоанном о том, может ли Церковь противостоять власти, кто достоин получить прибежище в храме и о том, как интернет может участвовать в деле примирения общества

13 Август 2019 16:37

Иеромонах Иоанн (Гуайта) Фото: Pravmir.ru


Ɔ. Церковь — миротворец. Недавно прихожане протестантской церкви Бетель в Гааге 96 дней по очереди вели службу в помещении молитвенного дома, чтобы не дать депортировать армянскую семью Тамразян, которая скрывалась в помещении церкви. Может ли Церковь так поступать? Были бы вы готовы так действовать?

На этот вопрос мне трудно ответить, потому что я не знаю данную историю. Не знаю, по каким причинам государство хотело этих людей депортировать. Я могу сказать, что Церковь не должна противиться государству по очень простой причине: это сказал апостол Павел. «Противящийся власти противится Божию установлению». Апостол Павел говорит, что вообще нет власти не от Бога. Поэтому, безусловно, христианин должен подчиняться государству, государственным законам и властям. Вопрос только в том, до какой степени. То есть, скажем, если власти требуют от христианина что-то, что идет против Евангелия, христианской нравственности, заповедей, то, безусловно, христианин не должен подчиняться. Таких примеров в истории Церкви очень много. Апостол Павел написал эти слова в послании к римлянам, и как раз в Риме, когда начались преследования, все-таки христиане не стали подчиняться приказам императора.

Омоновцы оказались православными, и я им напомнил, что насилие — очень тяжкий грех

В целом Церковь не должна сопротивляться государственным властям или законам, но, когда государство идет против христианской веры или явно нарушает базовые общечеловеческие ценности — гуманности, сострадания, справедливости, — в таком случае Церковь не только может не подчиняться, а, на мой взгляд, должна сказать во всеуслышание, что власти действуют неправильно.


Ɔ. Вы говорили в одном из своих интервью, что храм — место прибежища, открытое для всех. Но представим ситуацию: человек ударил другого, но, когда понял, что тот сильнее, бежит укрываться в храм. В ситуации общественного конфликта бывают подобные истории. Стоит ли защищать такого человека и как принять такое решение?

Начнем с того, что, действительно, храмы очень часто были местами прибежища. Однако это осталось в прошлом, потому что на сегодняшний день в большинстве стран закон позволяет арестовать человека и на территории храма. Поэтому вопрос не такой и актуальный: у храмов уже нет экстерриториальности. 

Я никогда не спрашиваю у прихожан о политических взглядах

Ситуации бывают очень разные. Представьте себе, допустим, что правоохранительные органы должны задержать каких-то людей, потому что они нарушают закон. Не важно, в чем. А во время задержания людей жестоко избивают. Бывает ведь? Как вы думаете, вот такого человека, который нарушает чем-то закон — чисто теоретически, участвует в несанкционированном митинге, — нужно укрывать, если за порогом храма его жестоко избивают дубинкой по ногам? Мне кажется, здесь действуют общечеловеческие ценности: мы должны помогать, когда есть угроза жизни, здоровью. Нетрудно это мотивировать христианской этикой, но здесь действует простое человеческое сострадание. Я думаю, что разумно этому человеку помочь, даже если митинг, в котором он участвует, несанкционированный. Но, как вы понимаете, это чисто гипотетический случай!


Ɔ. Может так случиться, что к вам в общину придет человек, который является сторонником легализации ЛГБТ-браков или же разделяет политические взгляды, сильно отличающиеся от большинства прихожан. Сможет ли община принять его, несмотря на такое несогласие?

Если человек совершает какие-то деяния, которые считаются неправильными с точки зрения Закона Божьего и проповедует их, безусловно, он может прийти в Церковь, но с покаянием. Он приходит, чтобы изменить свое поведение, свои позиции. 

А насчет политических убеждений разговор другой: какая разница, с какими политическими взглядами приходит человек? Я, к примеру, никогда не спрашиваю о них у прихожан. Я занимаюсь другими вещами. Среди моих прихожан есть монархисты, демократы, республиканцы… И никогда не бывает разговора о политических взглядах, к примеру, во время исповеди. Поэтому, безусловно, прийти может человек любой политической партии. Главное, чтобы она не проповедовала никаких античеловеческих позиций. В остальном политическое кредо человека меня не интересует.


Ɔ. Как примирить людей противоположных политических взглядов?

Когда люди принадлежат к разным партиям и находятся в единой Церкви, я считаю, это как раз очень хорошо, потому что в этом и есть некое примирение. Очень хорошо, если они члены единой общины. Хотя это и бывает крайне непросто, но все же бывает. Я полагаю, что в большинстве приходов Русской православной церкви есть люди, которые придерживаются разных политических взглядов.

Я слежу и за проправительственными, и за оппозиционными ресурсами. Очень важно посмотреть на любую проблему с разных ракурсов


Ɔ. Поскольку мы представляем интернет-проект, хотели бы задать такой вопрос: как вы считаете, как можно использовать интернет в примирительных целях? 

Интернет дает нам удивительную возможность сразу знать, что происходит в другой части земного шара. На мой взгляд, это очень серьезная возможность для Церкви. Уверен, что любой интернет-портал может помогать в примирении людей, общества. В трудное время СМИ играют очень серьезную роль. Но примирить людей непросто.


Ɔ. Есть ли у вас любимые новостные сайты?

Да, безусловно есть, но я их не назову. У меня их довольно много. Так как я говорю на нескольких языках, я стараюсь читать ежедневно интернет-ресурсы разных стран мира. Что касается российских СМИ, я слежу и за проправительственными, и за оппозиционными ресурсами. Считаю, что очень важно посмотреть на любую проблему с разных ракурсов.


Ɔ. После случая с митингующими, укрывшимися в храме, вы стали известны очень многим. Как вы относитесь к этому? И, предположим, завтра к вам придет человек с вашим портретом на футболке, что вы ему скажете?

Не думаю, что я стал такой знаменитостью. Случай, произошедший 27 июля, имел какой-то резонанс по очень простой причине. Мы оказались в центре событий в силу расположения храма. Мы находимся в центре Москвы, и события 27 июля были в нашем переулке. Есть даже фотография: в центре храм, с одной стороны правоохранительные силы, с другой — митингующие.

Я не считаю, что совершил что-то из ряда вон выходящее. Каждый священник в каждом храме Москвы принимает каждый день огромное количество людей. И мы не только можем, но и должны принимать любого человека, приходящего в храм. Это мы и сделали 27 июля. А входит ли человек в храм через главные врата или перепрыгивает через забор, это не важно. Человек пришел в храм, и священник должен принять его с любовью. Кроме того, пришедшие еще и молились. Когда они оказались на территории, я предложил им помолиться о мире. А вечером пришли омоновцы и попросили умыться, попить немного воды, и мы их также приняли. Через неделю митинг проходил дальше от нашего храма, поэтому митингующих в храме не было, но также заходили омоновцы. Я их принял, с ними беседовал. Они оказались православными, и я им напомнил, что насилие — очень тяжкий грех. Я сказал им, что, хоть они и обязаны выполнять приказы, должны это делать без насилия. Сказал, что применять насилие против безоружного человека — это, во-первых, выражение трусости, во-вторых, грубое нарушение христианской нравственности и просто человечности.

Напоминать о христианских ценностях — это мой долг как священника. Поэтому ничего особенного я не совершил.

Кроме того, многие меня знали еще до того по причине моих служений. Я помогаю проекту «Ной», который принимает бездомных Москвы, участвую в служении в детском хосписе «Дом с маяком», у нас очень большой приход, я преподаю в ПСТГУ, написал книги. Поэтому какие-то люди меня уже знали. Да, появились новые знакомые после того случая. К примеру, сегодня молодой человек пришел в храм, просто потому что читал всю эту историю. Просто пришел в храм посмотреть и познакомиться. Вот, благодаря интернету, между прочим. Но я не считаю, что это какая-то гиперизвестность: это же смешно.

А если человек придет с моим портретом на футболке, то я просто скажу ему, что это какая-то ерунда. Потому что я не рок-певец, не актер. И главное, я не настолько красив, чтобы меня изображать на футболке!

Беседовал Алексей Шириков

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Одним из наиболее болезненных вопросов в религиозных кругах является отношение к сексуальным меньшинствам. РПЦ здесь не исключение, а представителей ЛГБТ немало как среди прихожан, так и в клире, хотя официально это и отрицается. «Сноб» публикует анонимное интервью с одним из таких священников
Первый зампредседателя комитета Госдумы по образованию и науке Олег Смолин поддержал инициативу добавить в школьную литературную программу тексты из Библии и Корана и предложил ради этого исключить из нее «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына.  Заслуженный учитель России, преподаватель русского языка и литературы Алла Сараева считает, что это предложение  безграмотно и неисполнимо в реалиях современной российской школы
В мае-июне конфликт между «почетным патриархом» Филаретом (Денисенко) и митрополитом Епифанием (Думенко), предстоятелем автокефальной Православной церкви Украины (ПЦУ), резко обострился. Власть в ПЦУ постепенно концентрировалась в руках молодого Епифания, и Филарет переживал это крайне болезненно. В итоге он объявил, что неканонический Киевский патриархат продолжает свое существование, и тем самым попытался расколоть ПЦУ. Как закончится эта борьба за власть и как это скажется на репутации новой автокефальной церкви?