Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Все новости
Редакционный материал
«Главное, ничего не дописывайте».

Режиссер Максим Диденко о спектакле по роману Владимира Сорокина

В начале ноября Максим Диденко выпускает очередную премьеру — спектакль «Норма» по мотивам одноименного романа Владимира Сорокина. Постановка станет совместной работой Театра на Малой Бронной и «Мастерской Брусникина» и пройдет на сцене ТКЗ «Дворец на Яузе». «Сноб» поговорил с режиссером Максимом Диденко и сценографом Галей Солодовниковой о творческой смелости, культурных кодах и отношениях со зрителем
24 октября 2019 14:45
Максим Диденко Фото: Виктория Назарова/Пресс-служба


Ɔ. Почему вы решили именно сейчас ставить «Норму», текст которой был написан в конце 1970-х годов?
 

Максим: Идея пришла во время работы в Новосибирске над спектаклем «Я здесь» по карточкам Льва Рубинштейна. Я погрузился в историю московского концептуализма, исследовал труды Пригова и наткнулся на первый роман Сорокина. Меня он потряс в первую очередь актуальностью, попаданием в наше время, и во вторую очередь — конструкцией и мозаичной структурой, которая напоминает инсталляцию или выставку созданных на территории текста культурных кодов, которые определяют основополагающие стержни русского/советского самопознания. Мне показалось интересным исследовать их сегодня на территории театра.


Ɔ. Как вы предложили сотрудничество Гале? 

Максим: Позвонил Гале и сказал: «Вот “Норма”, читай». Очень просто я все Гале предлагаю, достаточно незамысловато. 

Галя, вы не читали роман до этого? 

Галя: Нет. Сначала я боролась с тем, чтобы переварить «Норму» (в романе «норма» — порция спрессованных на фабрике фекалий, которую герои едят ежедневно. — Прим. ред.). Помимо того, что ею кормят героев, тебя тоже накармливают. А потом ощущение от произведения формируется в образ. Решение пришло достаточно стремительно, потом мы его чуть-чуть доработали с Максимом. 


Ɔ. Сколько по времени идет спектакль?

Галя: У нас все произведение делится на три акта, будет два антракта.  

Максим: Монументальная получается вещь, огромный роман — восемь частей. Он очень разнообразный: и музыка, и какие-то песни, сюиты, форма получилась достаточно большой. Поскольку в романе есть цикл стихов под названием «Времена года», Алексей Ретинский сочинил цикл сюит разных жанров «Времена года». У нас есть оркестр, и это музыкальная история. 


Ɔ. Это ваше первое сотрудничество с композитором Алексеем Ретинским? 

Максим: С Лешей мы должны были работать над оперой «Лулу» в Перми, но в силу различных пренеприятнейших обстоятельств эта постановка сорвалась, и Теодор Курентзис уехал в Петербург. Для того чтобы сделать «Норму», Леша отказался от постановки в Венской опере. Он очень увлекся, хотя, конечно, работать не просто, потому что драматические артисты не обладают такими талантами, как артисты музыкальных жанров. 

Галя Салодовникова Фото: Ира Полярная/Пресс-служба


Ɔ. «Норма» — это совместная работа Театра на Малой Бронной и «Мастерской Брусникина». Какое соотношение актеров и как они работают вместе?
 

Максим: Половина актеров из одного театра, и половина из другого. Поначалу они сидели в разных углах, как две противоборствующие команды. Но мы вместе прошли какой-то путь: занимались йогой, играли в футбол, репетировали — и сдружились. Сейчас все перемешались и стали практически единым организмом, лишились своих признаков и гербов, просто стали артистами «Нормы». Это очень приятно.


Ɔ. А почему вы пригласили в этот состав Евгения Стычкина?
 

Максим: Он мне нравится. Он клевый.  


Ɔ. Евгению сложно было находиться между двумя партиями актеров? 
 

Максим: У Жени есть яблоневый сад, и он на каждую репетицию приносит страшное количество вкуснейших яблок. Мне кажется, он туда что-то впрыскивает — с ним сразу становится очень легко.  

Галя: Сегодня одна из актрис принесла пирог с этими яблоками.


Ɔ. Вы часто говорите, что часть вашего метода — комфортная работа. 
 

Максим: Мне кажется, что метод, когда всем дискомфортно, какой-то странный. 

Галя: У Максима есть талант создавать очень здоровые отношения внутри репетиционного процесса, когда все сплачиваются и вместе идут к общему результату. И весело, и в кайф работать. Театр — это магический ритуал, который мы вместе совершаем, и, если нет внутреннего контакта, нет связи, то ничего не работает, все рассыпается в пыль. Поэтому все режиссеры, с которыми я сотрудничаю, создают такую благотворную среду, которая может породить и склеить спектакль. Спектакль точно не строится только на партитуре или хореографии, это должна быть очень мощная эмоциональная связь внутренняя. 


Ɔ. Галя, как вам пространство «Дворца на Яузе»? 

Галя: Я рада, что мы здесь ставим. Наше произведение идеально вписывается в этот храм соцреализма, такую смесь павильона ВДНХ и дома культуры. Мне очень нравится архитектурное обрамление с гипсовыми флагами, балконы в символах плодородия, процветания, советского могущества. Это идеально рифмуется с нашей первой частью, которая имеет чуть больший уклон в сторону гипсового соцреализма. Это пространство очень хорошо подходит для того, чтобы развернуться с нашей постановкой.  


Ɔ. Максим, где вы смотрите свои спектакли? Сидите на премьерах?

Максим: Мне сложно смотреть свои спектакли со зрителем — я смотрю их на прогонах. Помню, как пошел смотреть «Идиота» года через полтора после премьеры, и меня так не устраивало все, что происходило на сцене, что я начал излучать какую-то абсолютно отрицательную энергию, крутился, зажимался, вел себя абсолютно бестактно по отношению к окружавшим меня зрителям. Ушли люди, которые сидели передо мной, рядом со мной и за мной. Человек восемь. То есть я оказался в кольце пустых кресел. Я понял, что, наверное, мне не надо там находиться. 


Ɔ. Юрий Квятковский поставил в «Практике» пьесу «Занос», Антон Желнов и Юрий Сапрыкины выпустили документальный фильм «Сорокин трип». Почему сейчас такой бум на Сорокина?
 

Галя: Есть ощущение, что наша жизнь как-то слилась с тем гротеском и абсурдом, который описывается в произведениях Сорокина. Может быть, сейчас как раз его произведения очень актуальны, и этот язык с таким преломлением нашей реальности очень ей соответствует. 

Максим: Есть такое ощущение, к сожалению.  


Ɔ. Владимир Сорокин участвовал в работе над постановкой? 

Максим: Мы встретились, выпили вина, поговорили о разных интересных вещах. Он сказал: «Делайте с текстом что хотите, режьте как хотите, чувствуйте себя свободными людьми, главное, ничего не дописывайте».  

Галя: У меня после встречи с ним осталось ощущение, что мы беседовали с большим художником. Мы много говорили о его картинах, и в этом ракурсе форма «Нормы» стала еще более концептуальной. 


Ɔ. Вы ему не показывали, что получается?

Максим: Мы показали ему сценографию, но пьесу он отказался смотреть.  


Ɔ. На премьеру позовете? 

Максим: Мы уже позвали. Он обещал приехать.

Беседовала Анастасия Журавлева

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
XIV фестиваль-школа современного искусства «Территория» откроется спектаклем «Сайгон» молодого французского режиссера Каролин Гиела Нгуен
В книге историка культуры Соломона Волкова «Москва/ Modern Moscow» собраны очерки о ключевых персонах и значимых событиях Москвы в культуре XX века. «Сноб» публикует одну из глав
Сергей Николаевич
Великий режиссер умер сегодня на 86 году жизни. О том, что значил Марк Захаров и его театр для своего времени, размышляет главный редактор журнала «Сноб» Сергей Николаевич