Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Все новости
Редакционный материал

Мо Янь: Лягушки

Каждую неделю Илья Данишевский отбирает для «Сноба» самое интересное из актуальной литературы. Сегодня мы публикуем фрагмент новой книги лауреата Нобелевской премии Мо Яня (издательство «Эксмо»). Героиня Вань Синь — одна из первых настоящих акушерок, благодаря ей на свет появились сотни младенцев. Но вот наступила новая эра — государство ввело политику «одна семья — один ребенок». Призванная дарить жизнь, Вань Синь помешала появлению на свет множества детей и сломала множество судеб. Да, она выполняла чужую волю и действовала во имя общего блага. Но как ей жить с этим грузом?
31 января 2020 10:00
Фото: Jnzl/Flickr

Впоследствии мы узнали, что голову тетушке разбили палкой в деревне Дунфэнцунь. Из этой деревни до Освобождения вышло немало бандитов, и она славилась дерзостью нравов. Разбил тетушке голову человек, у которого уже было три дочки и жена забеременела четвертым. Фамилия его Чжан, имя — Цюань (Кулак), пучеглазый от рождения, он обладал хорошим социальным происхождением и отменной силищей, отчего никто в деревне не хотел с ним даже связываться. В Дунфэнцунь все женщины детородного возраста уже имели по двое детей. Большинство из тех, у кого один был мальчик, уже прошли стерилизацию. Тем, у кого было две девочки, тетушка говорила, что реальные обстоятельства в деревне хорошо продуманы, насильно стерилизация не проводится, но вставлять кольцо нужно обязательно. Родившие третьего, пусть даже и девочку, тоже должны подвергаться обязательной стерилизации. Во всех пятидесяти с лишним деревнях коммуны лишь жена Чжан Цюаня не стерилизована, не носит кольцо и снова забеременела. Тетушка и остальные отправились под ливнем в Дунфэнцунь как раз затем, чтобы доставить жену Чжан Цюаня в здравцентр и осуществить искусственный выкидыш. Когда тетушкин катер был еще в пути, секретарь парткома коммуны Цинь Шань позвонил секретарю партячейки Дунфэнцунь Чжан Цзинья (Золотой зуб) и передал неукоснительное распоряжение мобилизовать все силы и использовать все средства, чтобы доставить жену Чжан Цюаня в коммуну. 

Как рассказывала тетушка, этот Чжан Цюань встал в воротах с утыканной колючками дубиной из софоры в руках и никого не пускал: глаза налились кровью, кричит как безумный. Чжан Цзинья и деревенские ополченцы расположились кружком поодаль, но подойти ближе никто не решался. Три девчонки встали в воротах на колени и, словно по заранее выученному, размазывая сопли и слезы, хором плакались: 

— Люди добрые, дяденьки и тетеньки, старшие братья и сестры, пожалейте нашу маму, у мамы серьезная ревматическая болезнь сердца — если сделать аборт, она непременно умрет и мы сиротами останемся. 

«Да, — признавала тетушка, — этот страдальческий спектакль, придуманный Чжан Цюанем, имел эффект. Многие женщины там расплакались. Многие, конечно, были несогласны. И те, кому поставили кольцо после рождения двух детей, и прошедшие стерилизацию после рождения трех — все возмущались тем, что в семье Чжан Цюаня намечается четвертый. Чашку с водой нужно нести ровно, выразилась при этом тетушка, если в семье Чжан Цюаня родится четвертый ребенок, так эти тетки с меня живой шкуру спустят! Если позволить семье Чжан Цюаня добиться успеха, если не пойдет работа по планированию рождаемости — это будет похлеще, чем «красное знамя спущено»1. Поэтому я махнула рукой и зашагала в его сторону. Львенок и Хуан Цюя последовали за мной. Львенок еще девчонка, смелая и знающая, преданная мне, рванулась вперед, чтобы принять на себя удары палкой, но я оттащила ее назад. Хуан Цюя, интеллигентка капиталистическая, ее мастерство еще приемлемо, а как дошло дело до смертельной схватки, тут она и размякла. 

Я широким шагом шла к Чжан Цюаню. Тот ругал меня так и эдак, слушать противно, вам пересказать, так все уши в грязи будут, да и мне рот отмывать придется. Я в тот момент была тверда как сталь и о собственной безопасности не думала.

— Ты, Чжан Цюань, можешь честить меня как душе угодно — и шлюхой, и сукой, и злобной убийцей, — все оскорбления приму без вопросов, но твоя жена должна поехать со мной. 

— Куда это? 

— В здравпункт коммуны. 

Глядя прямо в свирепое лицо Чжан Цюаня, тетушка шаг за шагом приближалась к нему. На нее с плачем и грязными ругательствами налетела троица девчонок. Две поменьше ухватили ее за ногу; та, что постарше, ударила головой в живот. Тетушка вырывалась, но те присосались как пиявки. Тетушка почувствовала боль в колене и поняла, что ее укусила одна из них. Еще один удар головой в живот, и тетушка повалилась навзничь. Схватив старшенькую за руку, Львенок отшвырнула ее в сторону, но та тут же бросилась на нее и так же ударила головой в живот. Носом она угодила в стальной обруч на поясе Львенка, расквасила его, потекла кровь, она в испуге провела рукой по лицу, но держалась мужественно. Чжан Цюань рассвирепел еще больше и рванулся к Львенку, чтобы нанести ей жестокий удар. Вскочившая тетушка ринулась навстречу, оказавшись между ним и Львенком, и ее лоб принял удар, предназначенный девушке. Тетушка снова упала. 

— Вы что здесь все, мертвые? — вскричала Львенок. 

Издательство: Эксмо

Набежавшие Чжан Цзинья с ополченцами повалили Чжан Цюаня, навалились на него и связали руки за спиной. Три девчонки хотели сопротивляться и дальше, но их взяли в оборот деревенские женщины из ответственных работников. Львенок и Хуан Цюя открыли аптечку и принялись перевязывать тетушку. Слой за слоем накладывали бинт, но через него проступала кровь. Наложили еще слой. У тетушки кружилась голова и звенело в ушах, из глаз сыпались искры, и все вокруг казалось кроваво-красным. Лица людей красные, как петушиные гребни, красными казались даже деревья, этакие вздымающиеся вверх языки пламени. Прослышав о случившемся, с реки прибежал Цинь Хэ. Увидев, что тетушка ранена, он на какой-то миг замер, как деревянный истукан, а потом его вырвало кровью. Люди бросились поддержать его, но он отстранился, шагнул вперед, покачиваясь как пьяный, подобрал замаранную тетушкиной кровью палку и опустил на голову Чжан Цюаня! 

— Прекрати! — воскликнула тетушка. Она с трудом поднялась и накинулась на Цинь Хэ: — Ты почему, вместо того чтобы присматривать за катером, сюда прибежал, а?! Тебя только здесь не хватало! — По лицу Цинь Хэ было видно, что ему неловко, он бросил палку и пошел к реке. 

Тетушка оттолкнула поддерживавшую ее Львенка и подошла к Чжан Цюаню — в это время Цинь Хэ громко разрыдался и побрел дальше — тетушка даже головы не повернула, ее взгляд был устремлен на Чжан Цюаня. Тот еще бормотал какие-то ругательства, но в глазах уже сквозила робость. 

— Отпустите его! — велела тетушка державшим его ополченцам. Те заколебались, и она повторила: — Отпустите его! Дайте ему палку! — скомандовала она.

Один ополченец подобрал палку и бросил перед Чжан Цюанем.

— Подбери свою палку! — презрительно усмехнулась тетушка. 

— Кто посмеет лишить меня, Чжан Цюаня, потомства, — пробормотал он, — с тем буду биться, не щадя жизни! 

— Отлично! — сказала тетушка. — Будем считать, что у тебя кишка не тонка! — И она указала себе на голову: — Давай, бей сюда! Ну же, бей! — Она прыгнула вперед на пару шагов и громко воскликнула: — Я, Вань Синь, сегодня рисковала жизнью! Было время, японцы штык на меня направляли, бабушка и то не боялась, что же я сегодня тебя бояться буду?

Вперед выступил Чжан Цзинья и толкнул Чжан Цюаня: 

— Извинился бы перед начальником Вань!

— Не нужно мне его извинений! — сказала тетушка. — Планирование рождаемости — большое государственное дело, если население не контролировать, будет не хватать еды, одежды, ухудшится образование, будет трудно поднять уровень жизни населения, трудно сделать государство богатым и сильным. Я, Вань Синь, кладу свою жизнь на дело государственного планирования рождаемости и считаю, что это стоит того.

________________________

1Часть выражения «спутник взлетел, красное знамя спущено», бытовавшего со времени расхождения позиций КПК и КПСС в 1957 году.

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Каждую неделю Илья Данишевский отбирает для «Сноба» самое интересное из актуальной литературы. Сегодня мы публикуем новый текст поэта, прозаика, соредактора проекта «Полутона» Евгении Риц, балансирующий между стихом и прозой
«Безумно богатая китайская девушка» — продолжение книги Кевина Квана «Безумно богатые азиаты». Ник, наследник многомиллионного состояния, желает избавиться от влияния своих родителей и жениться на обычной китайской девушке Рейчел. Однако перед ним стоит непростой выбор — жизнь с любимой или владение родовым поместьем в Сингапуре. Что он выберет? С разрешения издательства «Иностранка» «Сноб» публикует пролог
В своей новой книге «Изголовье из травы», вышедшей в издательстве «Эксмо», писательница Марина Москвина рассказала о путешествии в Японию — о восхождении на гору Фудзи, медитации в монастырях, прогулке по тропинкам поэта Басё и многом другом. «Сноб» публикует первые две главы, в которых описаны трудности с получением визы