Все новости
Редакционный материал
Домашний фастфуд, доставка для зумеров и новый dark kitchen.

Интервью с сооснователем «‎Кухни на районе» Кириллом Родиным

Уже совсем скоро будут подведены итоги премии «‎Сделано в России — 2020»‎, а пока «‎Сноб» продолжает рассказывать о номинантах‎. На этот раз мы поговорили с сооснователем и директором по маркетингу «‎Кухни на районе» Кириллом Родиным‎ о том, зачем проекту сделка с совместным предприятием «‎Сбера»‎ и Mail.ru Group, чем райдер отличается от курьера и как благодаря первоапрельской шутке «‎Кухне» удалось продать пачку майонеза за 100 тысяч рублей‎
4 декабря 2020 18:06
Фото: Пресс-служба «Кухни на районе»


Ɔ. В одном из интервью ты сказал, что история «‎Кухни на районе» существует в разных версиях, потому что каждый журналист пересказывает ее по-своему. Расскажи, как все было на самом деле.

Проект задумывался еще в 2016 году в гуглдоке Алексея Колесникова (сооснователя «‎Кухни на районе»‎ — Прим. ред.). Примерно год мы созревали, и в итоге было решено сделать одну кухню с доставкой домашней еды, что для 2017 года казалось нонсенсом. Это сейчас мы уже протоптали эту дорожку и поняли, что домашняя еда — тренд. А тогда все нам предрекали быстрое закрытие: «Не взлетит». Королями масс-маркета в то время были пицца, суши, вок с доставкой по два-три часа. Идея быстрой доставки выглядела сумасшедшей. Но наш концепт заключался не только в меню, но и в стабильном сервисе. Стабильность была важна, потому что мы хотели обеспечивать именно повседневный прием пищи. ‎Мы хотели закрыть будние дни, когда среди недельного 21 приема пищи почти 19 или 18 — это повседневные завтраки, обеды, ужины, которые нужно себе готовить или где-то находить. На деле это бизнес-ланч или чебупели вечером. И я не шучу. Большинство россиян действительно так воспринимают повседневный прием пищи. Я и сам его так вижу. Понятно, я сейчас не про центр Москвы, не про 1%, который может позволить себе пять раз в неделю ходить в ресторан. 


Ɔ. Как вы тестировали эту идею?

На себе, без больших вложений в маркетинг. Потом мы запустили на фейсбуке таргетированную рекламу, раскидали пару листовок по подъездным ящикам. За первые два месяца клиентская база заметно расширилась — доля нас самих и наших близких от общего числа заказывающих стала меньше 50%. В первый же год мы создали самую важную отличительную штуку «‎Кухни на районе». На первый взгляд это обычный dark kitchen — ресторан без зала. Но наша уникальность заключается в особой модели ротации меню, сверхсложной для общепита. Мы поставили амбициозную цель — обновлять в меню по 50–100 блюд в неделю. Даже для поточной конвейерной столовой это адская задача.‎ Мы хотели, чтобы эта ротация мимикрировала под домашнюю готовку. Ты же не готовишь 30 дней подряд макароны? Скорее всего, тебе хочется сменить какое-то блюдо, обновить рацион. Нам как раз хотелось подстроиться под поведение человека внутри приложения.


Ɔ. Расскажи подробнее, как составляется меню.

У нас есть шеф-повар — креативный создатель общего списка блюд. Он генерирует идеи под наши требования. Понятно, что не должно быть сложных блюд, которые готовят по шесть часов. Сейчас в нашем архиве четыре тысячи уникальных блюд. На основе общего списка отдел data science составляет план меню на следующую неделю. Раньше это был один Леша Колесников. Теперь у нас уже работает целая группа дата-сайентистов. Но самое важное из того, что у нас есть для data science, — это история продаж на юзера. Благодаря данным можно сделать более точный прогноз — что именно люди захотят есть на следующей неделе, какой будет спрос в плохую погоду или праздник. И дальше отдел data science создает идеальное расписание. 


Ɔ. Кто ваша клиентская база? Это все миллениалы и зумеры?

Наша основная аудитория — 25–37 лет. Это люди с доходом от 50–70 тысяч и дальше до бесконечности. В самом начале мы были очень популярны у айтишников. Им не надо ничего объяснять. Они такие: «О, это приложение для еды, установлю и попробую». У других групп больше порогов, им уже сложнее рассказать про приложение. Сейчас аудитория намного шире. Нашу еду, например, часто заказывают люди из арт-индустрии. Зумеров среди клиентов мало. Помню, когда мне было 16, я еще не ностальгировал по домашней еде. Я тогда сидел и мечтал, что я стану взрослым, свободным, и мне казалось, что я буду обедать, завтракать и ужинать в «‎Макдоналдсе»‎. Но в 21 я понял, что питаться в макдаке каждый день невозможно. Оказывается, пицца и суши надоедают тебе на третий день, и ты уже мечтаешь о маминых сосисках с макаронами. Мне интересно работать над привлечением зумеров, и у нас уже есть классные достижения. Например, нас обожают есть в тик-ток-хаусах. Мы получаем бесплатную нативную рекламу уже примерно полгода. Больше всего мне нравится, когда жители тик-ток-хаусов выкладывают бэкстейджи, и видно, что они там едят «‎Кухню на районе». ‎Они даже Николая Баскова на бэкстейджах кормили нашей едой. 


Ɔ. Ты как маркетолог уже думал о людях постарше — например, 50+? Как их можно зацепить?

Конечно. Это вообще моя любимая тема. Но, честно, я не верю, что там какое-то золотое дно. Я по своим родителям сужу. Объяснить взрослому человеку, что можно вообще не готовить дома, — это сложно. Я маме своей говорю: «Ты можешь больше не готовить». Да, круто звучит, но мама все равно не заказывает в «Кухне‎»‎. Я ее, конечно, и не заставляю, но спрашиваю, почему не заказывает, а она отвечает: «Ну, папа ругается». То есть папа приходит и говорит, мол, давай лучше сами приготовим, что мы не можем, что ли?


Ɔ. По сути, ты предлагаешь стабильность «‎Кухни на районе»‎ тем, у кого и так все стабильно?

У них вряд ли все стабильно. Штука в том, что они сами не смогут повторить нашу ротацию. Нужно реально очень много времени потратить, чтобы придумать новый завтрак. Попробуй мне сейчас назвать пять рецептов на завтрак, что-то помимо яичницы с беконом и каши. Если ты не сможешь, то это показатель того, что даже очень опытные домохозяины и домохозяйки вряд ли смогут придумать для себя 30 разновидностей завтрака на месяц. Этим я и попробую ударить, когда мы будем делать рекламную кампанию на взрослое население.

Фото: Пресс-служба «Кухни на районе»


Ɔ. Один из моих коллег называет «Кухню на районе‎»‎ домашним фастфудом. Ты согласен с таким позиционированием?

Да, все верно, очень прикольно сказал. Внутри мы иногда в шутку говорим про «‎Макдоналдс 2.0»‎. По сути, мы работаем на той же скорости. Понятно, что мы еще в начале пути, но тот же «Макдоналдс» оттачивал себя 60 лет, а нам всего два года. Но нам кажется, что мы уже очень многое сделали. К нам приходят профессионалы рынка и смотрят на производство, внутренние процессы, айти-составляющую, некоторые охают, ахают — это приятно, значит, мы на правильном пути. Мы уже доставляем в день больше 25 тысяч заказов. Это мы еще не всю Москву охватили. У нас 43 кухни — это около 50 районов Москвы из 90. Для сравнения: «Яндекс» и Delivery отчитывались, что у них по несколько миллионов заказов в месяц. И ни для кого не секрет, что половина этих заказов уходит на «‎Макдоналдс», еще немножко KFC и Burger King. По сути, мы можем обслуживать столько же заказов. Только «‎Макдональдс» — это конструктор LEGO, где меню не меняется уже 60 лет, а бургеры собираются за шесть секунд. Мы же собираемся создавать сто вариаций разных блюд: от скрэмбла с лососем и профитролей до пельменей и борща. 


Ɔ. Когда «‎Кухня»‎ стартовала, вам в соцсетях часто писали: «Когда поймете, что это безнадежно, — позвоните мне, я куплю у вас печку». Почему в вас так не верили и почему вы не сломались?

Так писали единицы. Проблема на самом деле была в том, что на рынке не было ни одной прибыльной доставки. А мы еще и зашли не просто с доставкой, а с бесплатной доставкой, без минимальной суммы заказа. Поэтому наше дело считали провальным. Сейчас такая модель уже никому не кажется безумной. Та же «Яндекс.Лавка» — фактически симбиоз «‎Кухни» и «‎Самоката» — начинала по нашей модели, а потом, набрав аудиторию, сделала доставку платной.


Ɔ. Как я понимаю, «Кухня на районе» — это не только dark kitchen, но еще и собственная фабрика, которая делает полуфабрикаты. Для России это уникальная модель, а в мире есть аналоги?

И в мире тоже нет. Есть популярный фастфуд Rebel Foods. Идея Rebel Foods — это cloud kitchen. Суть концепции: создаешь одну большую кухню для приготовления блюд и добавляешь к ней еще 10–15 виртуальных проектов с разными сайтами, названиями и меню. Все готовится на одной кухне, из одних продуктов и одними и теми же людьми, но в агрегатор ты встаешь десятью разными онлайн-витринами. Это делается для того, чтобы захватывать больше трафика из агрегатора и собирать больше аудитории. Выглядит разнообразно — пицца, суши, шашлык, а готовишь ты это из одних продуктов. Намного больше шансов, что человек тыкнет во что-то твое. Точных копий нашей модели в мире еще нет.


Ɔ. Я пользуюсь «Кухней на районе» уже больше месяца. Мне не попадаются никакие промоакции, которые, например, бывают у Delivery. Они будут?

Пока нет. Но вообще у нас такая концепция: ты получаешь еду с бесплатной доставкой и без минимальной суммы заказа, которая включает в себя стоимость продукта, работу повара и небольшую маржу. Но ты сильно экономишь время. Понятно, что одно блюдо кому-то покажется дороговатым, но если посчитать, сколько ты тратишь на продукты, на их закупку и потом еще готовку, то обнаружишь выгоду. У меня был такой эксперимент: за 31 день я не ел нигде, кроме «Кухни». В итоге я потратил чуть больше 30 тысяч рублей. Я считаю, что 30 тысяч для питания в Москве — это нормально. Люди, конечно, думают, что самому готовить дешевле. Но они забывают посчитать походы в фастфуд и рестораны. Часто люди пересчитывают, сколько они потратили в гипермаркетах, но не считают, сколько времени потратили на готовку и сколько на выходе получится готовых блюд.


Ɔ. Как «‎Кухня на районе»‎ пережила карантин?

Карантин был интересный. Он подарил нам первый месяц за всю истории «Кухни», когда наша выручка упала — минус 10% в апреле по сравнению с мартом. Люди тогда испугались, что надолго сядут по домам, и скупили огромное количество запасов еды. В мае, когда паника прошла, мы выросли на 80% — такого быстрорастущего месяца у нас до этого не было. Еще благодаря карантину мы запустили новый продукт — социальный набор еды. Раньше не доставляли холодную еду, только горячую и свежеприготовленную. А когда начался карантин, мы выпустили этот продукт, чтобы помочь людям. Это был максимально сытный набор (больше 2000 калорий) на весь день, полтора килограмма еды. Мы вообще убрали маржу, и цена составила 492 рубля. Дешевле нигде не было, мы проверяли. И эти наборы прямо бомбанули. В первый день мы приготовили 1500 наборов, их раскупили до обеда, на второй день — 2000 наборов, и их тоже раскупили до обеда. И до сих пор мы на максималках — по 1500–2000 наборов в день. Благодаря своему набору мы ворвались в нишу доставок коробок еды.


Ɔ. Какими проектами «‎Кухни»‎ ты как маркетолог гордишься больше всего? 

Мне все нравятся. Приведу в пример самую первую вирусную акцию «Кухни на районе» — майонезная змейка. Тогда у нас были одна-две кухни, и можно было развлекаться по полной. Мы запустили первоапрельский розыгрыш с как бы элитным меню, в котором мы продавали 3 грамма майонеза за 500 рублей. Для этого меню мы специально придумали маленькие контейнеры, буквально по 3 сантиметра в ширину, и маленькие пакетики. Курьер ехал на заказ и доставал из своей огромной сумки эти маленькие пакетики 5 на 5 сантиметров. Названия блюд звучали дорого — мы просто переводили русское название продукта на французский и итальянский. Майонезная змейка у нас так и называлась pericolosa seprente. В итоге мы продали майонезных змеек на 100 тысяч рублей. То есть буквально мы продали пачку майонеза за 100 тысяч. Было всего два недовольных клиента, которые не поняли прикол. Мы вернули им деньги и дали бонусы сверху.

Фото: Пресс-служба «Кухни на районе»


Ɔ. Если говорить про маркетинг, то у «Кухни» еще есть свой новояз. Объясни, какая разница между вашим райдером и обычным курьером, фудреактором и фабрикой-кухней?

Мы же делаем что-то новое на рынке. И понятно, что запускать что-то новое со словосочетанием «фабрика-кухня», от которого веет прям таким 53-м годом, конечно, не хочется. Райдер — это точно не курьер. Райдер доставляет только на велике, и скорость доставки у него выше. Плюс у курьера спорная коннотация, поэтому райдер — осознанный выбор. Это слово позволило выделить их как отдельный класс. Райдеры больше получают и работают в лучших условиях: в рабочее время у них есть трехразовое бесплатное питание, крыша над головой и даже душевая.


Ɔ. Как было принято решение о сделке со «Сбером»?

Сделка у нас с О2О — это совместное предприятие между «Сбером» и Mail.ru Group. Решение было принято после того, как мы в течение года пообщались с большим количеством фондов и инвесторов. Для нас эта сделка показалась лучшим вариантом, тем более там была взаимная «химия», которую мы сразу почувствовали.


Ɔ. Что изменилось после сделки?

Работы, конечно, стало больше. Сделка для этого и была — для инвестирования в рост. Скоро произойдет скачок, и будет тяжело. Из-за пандемии мы открыли всего три кухни за все шесть месяцев. Сразу после сделки у нас уже плюс восемь кухонь. Мы будем наращивать темпы. 


Ɔ. Вы планируете выходить в регионы?

В планах это, конечно, есть. Очень хотелось бы попробовать нашу модель в разных городах страны.

Беседовал Асхад Бзегежев

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект "Сноб" — Общество». Присоединяйтесь

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
В 2016 году российские разработчики Артем Кейдунов и Павел Тиунов основали в Сан-Франциско стартап Cube Dev. Компания занимается разработкой Cube.js — платформы для создания сервисов аналитики. «‎Сноб» поговорил с разработчиками об их продукте, российском IT-рынке и жизни в Кремниевой долине‎
Пандемия ускорила темпы роста российской онлайн-торговли и изменила привычки покупателей. Пока производители пытаются адаптироваться к новым реалиям, Skolkovo Ventures и компания DEEP выводят на рынок проект Station. Новый холдинг позволит сделать взаимодействие бизнеса и конечных потребителей более эффективным, а еще поможет технологическим стартапам быстрее осваивать рынки. О проекте «Снобу» рассказали управляющий директор DEEP Михаил Вощинский и гендиректор Skolkovo Ventures Владимир Сакович
Максим Нальский — российский предприниматель, владелец нескольких крупных IT-компаний. Главный редактор «Сноба» Ксения Чудинова поговорила с ним об отечественной IT-индустрии и различиях между российскими и американскими пользователями