Все новости
Редакционный материал

Виктор Брызгалин: Культура и семейные узы: как они влияют на экономический рост

Говоря о развитии экономики, прежде всего мы имеем в виду крупные производства, финансовые рынки, состояние бизнеса. И мало кто задумывается, что важнейшими составляющими экономической сферы могут быть культура и семейные ценности, характерные для тех или иных стран и регионов, считает Виктор Брызгалин, преподаватель экономического факультета МГУ им. Ломоносова
6 октября 2021 14:25
Фото: Getty Images

Когда мы слышим слово «культура», обычно на ум приходят Третьяковка, Большой театр, кокошники, балалайки и прочие историко-художественные объекты. Но экономисты зачастую используют это понятие по-другому: помимо объектов, это ценности и поведенческие установки, которые разделяются большинством людей и медленно меняются во времени.  

Почему экономисты стали рассматривать культуру под этим углом? Ответ прост: ни один из рассматриваемых ранее факторов (будь то станки или другой физический капитал, рабочая сила или даже уровень образованности населения) не может полностью объяснить, почему некоторые страны на протяжении многих лет, несмотря ни на что, остаются бедными, а другие — богатыми. Так, ВВП на душу населения Бурунди на 2020 год составил 274 доллара, а Монако — 190 512 долларов (разница в 700 раз!). Как шутят экономисты, «развивающиеся страны — это страны, которые не развиваются».

Культура является одним из кусочков пазла, который помогает объяснить устойчивость различий. В обществах, где ценности и установки способствуют кооперации, а уровень доверия высок, люди чаще будут готовы общаться и осуществлять совместные проекты, несмотря на внешние условия. Так, по грубым оценкам, если бы уровень доверия в России был как в Швеции, ВВП на душу населения в нашей стране был бы выше на 69%. 

Рассматривая культуру в контексте экономики, важно помнить о трех пунктах:

  • Культура устойчива, но не неизменна. Истоки культурных различий между странами могут лежать в далекой истории (например, одна из причин низкого доверия в ряде африканских стран — торговля рабами в прошлых столетиях), однако при определенных условиях она может изменяться. Так, в Эстонии в 1996 году только 22% соглашалось с тем, что большинству людей можно доверять, а в 2011 году так отвечало уже 40%. 
  • Культурные различия есть не только между странами, но и между регионами.Различия между странами более значимые, чем между регионами, но все же региональную специфику нельзя сбрасывать со счетов. Так, в ряде национальных республик в России допускаемый уровень иерархичности («дистанция власти») ниже, чем в среднем по стране, а в Сибири и на Дальнем Востоке наблюдаются более высокая готовность действовать самостоятельно и независимо от других, чем в Поволжье (выше уровень индивидуализма).  

  • Культура тесно связана с закрепленными в стране «правилами игры» — формальными институтами.Культура поддерживает законы, установленные в обществе, а законы — культуру. Разделить эти явления непросто, но возможно, а при проведении изменений важно учитывать оба фактора.

Важнейшей частью культуры являются ценности и установки, способствующие кооперативным действиям между людьми (так называемый социальный капитал). Доверие, а также просоциальные нормы и социальные связи являются ключевыми составляющими социального капитала.

Не всякий социальный капитал одинаково связан с экономическим процветанием. Сила связей с близкими родственниками и семьей, доверие близким, а не чужакам — тоже проявления социального капитала, но закрытого.

Вопрос о том, полезен ли закрытый социальный капитал (и, в частности, сильные семейные узы) для экономического развития, открыт. Все чаще исследования показывают, что в современном мире на длинных временных горизонтах сильные семейные (или клановые, родственные) узы препятствуют экономическому росту. Это вызвано повышением экономической отдачи от кооперации с «чужими» людьми в постиндустриальном мире по сравнению с доиндустриальным периодом: общение и взаимодействие только с родственниками ограничивает выбор бизнес-партнеров и может не позволить полностью реализовать потенциал. Сильные семейные узы могут сдерживать и от переезда, который позволяет получить более высокооплачиваемую работу

Однако в определенные моменты закрытый социальный капитал может быть экономически выгоден. Семья и друзья — отличная «страховка» на случай потери работы или экономических потрясений, и это помогает обществам мягче проходить кризисы: есть свидетельства того, что закрытый социальный капитал смягчает последствия ухудшения качества законодательной и судебной защиты в стране.  

Что все это значит для нас? Во-первых, культура имеет значение для экономики. Оценка доминирующих ценностей и поведенческих установок может дать понимание наличия скрытых возможностей (или, напротив, барьеров) для развития страны или региона в данный момент.
Во-вторых, различия в ценностях и поведенческих установках приводят к отсутствию универсальных решений. То, что хорошо сработает в стране или регионе с высокими запасами социального капитала, может не сработать там, где социальный капитал низок. В-третьих, без политики, способствующей повышению доверия и кооперации между людьми, добиться устойчивых темпов экономического роста сложно. Выделение денег на инвестиционные проекты и образование — это хорошо, но без желания и готовности кооперироваться в обществе эти меры могут не привести к желаемому результату.

Материал подготовлен в рамках совместного проекта «Сноб» и экономического факультета МГУ им. Ломоносова. В год 80-летия факультета молодые ученые делятся своими исследованиями по самым актуальным проблемам современной экономической науки. Смотрите видеоверсию беседы выпускника 2017 года, эксперта Института национальных проектов Виктора Брызгалина с шеф-редактором «Сноба» Сергеем Цехмистренко здесь.

Больше текстов об экономике, политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект "Сноб” — Общество». Присоединяйтесь




Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Константин Эггерт
Новый судебный процесс в Соединенных Штатах и завершающийся в 2022 году в Нидерландах суд по делу малайзийского «Боинга» могут вызвать волну исков к российским финансовым учреждениям
Ольга Нечаева
Выражение friends with benefits (англ. «друзья с привилегиями») и аббревиатура FWB стали уже более менее всем знакомыми. Однако, когда дело доходит до практики, оказывается, что люди понимают под этим выражением совершенно разные статусы отношений. Как уживаются секс и дружба и есть ли в этой паре место любви, разбирается секс-колумнист «Сноба» Ольга Нечаева
30 сентября 2021 года, после 11 лет заключения, на свободу вышел Константин Руднев, основатель «Ашрама Шамбалы» — когда-то самой известной в России секты. За 30 лет Рудневу удалось создать культ и подчинить себе тысячи людей. «Сноб» уже рассказал, как спортивная секция из Новосибирска стала сектой, а «просветленная жрица» Елена сбежала от голода и побоев. Во второй части секта зарабатывает капитал, сталкивается с правоохранительными органами и в ней впервые умирает человек