Все новости
Колонка

Роль приличного человека. Чего на самом деле ждут от Хабенского во главе МХТ

3 Ноября 2021 09:40
Константин Хабенский много раз исполнял такие роли в кино, и от него теперь ждут — и друзья, и враги, — как он сыграет роль порядочного человека в жизни, при высокой должности, в непростых обстоятельствах. Это, возможно, и есть главная интрига в российской культуре сегодня — а вовсе не количество будущих премьер в МХТ

«Хабенский во главе МХТ — это хорошо или плохо?» — восклицает в сердцах неравнодушный, но не слишком осведомленный читатель. Театр редко становится горячей новостью, и каждый раз в таких случаях на головы читателей вываливается огромное количество информации обо всем, что было в театре до того, масса внутренних дрязг и сплетен. Не говоря уже о громких отставках «по соседству» — в понедельник из МХАТ имени Горького уволился худрук Эдуард Бояков. В связи с назначением Хабенского сразу обозначились две партии: одна — обеими руками за назначение, другая — против (в ней — известные режиссеры и критики). Кто бы по-простому объяснил — хорош или плох Хабенский в этой новой роли? С точки зрения культуры и здравого смысла.

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно понять две вещи. В какой роли Хабенский сегодня выступает — и что он может сделать в сегодняшних обстоятельствах, то есть понять его коридор возможностей.

Всех так или иначе волнует логика назначения Минкульта, которая и вызвала наибольшую критику: Хабенский состоялся как актер, но о его режиссерских успехах мы пока не слышали (кроме поставленного им фильма «Собибор»). Например, председатель Союза театральных деятелей России Александр Калягин или режиссер Юрий Бутусов открыто говорят, что во главе МХТ должен быть режиссер, а не актер. Им уже ответили, и еще много раз повторят: это желательно, но вовсе не обязательно. Сегодня можно не быть признанным режиссером, но при этом оказаться хорошим менеджером или, выражаясь современным языком, интендантом — как показывает опыт и наш, и зарубежный.

Константин Хабенский Фото: Агентство «Москва»

Если мы припомним все прежние громкие назначения — Миронов, Меньшиков, Безруков, Машков во главе театров — то увидим: руководящие посты в 2010-е получили известные актеры (в каком-то смысле даже суперактеры) 1990–2000-х. Какие-то из этих театров сегодня более успешны, какие-то — менее, но общее для этих руководителей определение — не столько даже «слава», сколько — «блеск». Пушкина, между прочим, при жизни многие называли «ловким человеком»; в этом нет ничего уничижительного, это означало — умение жить в свете. «Блестящий человек» — из того же ряда. Эта характеристика не дает представления о профессионализме или даже таланте, но говорит, по крайней мере, о том, что человек на виду и умеет нравиться многим. Театр должен не просто существовать — он должен блистать. Логика подобных назначений проста: человек, добившийся успеха для себя, способен добиться блеска и для институции. Подобная ситуация — результат парадоксального существования «государственного бюджетного учреждения культуры» в условиях формально частной, капиталистической экономики: умение худрука входить в любые двери (то есть договариваться с чиновниками) является в этих условиях высшей профессиональной добродетелью. В этом смысле назначение Хабенского более чем логично и предсказуемо. 

Ответ на второй вопрос — «что может сделать Хабенский в новой роли?» — не кажется столь же очевидным. Можно подумать, читая иные реплики, что сегодня, наконец, осуществилась главная мечта Хабенского. На самом деле он сейчас не столько победитель, сколько заложник обстоятельств. В фильме «Доктор Лиза» (2020) — о Елизавете Глинке — Хабенский играет рядового врача, который вынужден выбирать между должностными инструкциями и долгом человечности. Та же дилемма сегодня и перед самим Хабенским. Времена-то у нас далеко не блестящие. Пандемия, которая напоминает спектакль с неизвестным количеством антрактов, плюс какие-то глухие попытки консерваторов привести театр «в соответствие со стратегией национальной безопасности».  

Все хотят понять для себя формулу существования «интеллигента в непростых обстоятельствах»

В этих условиях Хабенский не может сегодня позволить себе вольничать, как, скажем, его великий предшественник Олег Табаков, который в вегетарианские 2000-е открыл двери МХТ всем формам и смелым экспериментам. Но — парадокс — он не может себя вести и как предыдущий худрук МХТ Сергей Женовач, который был показательно абсолютно аполитичным, «театром в себе». Главный театр страны — «барометр» общества — должен не просто быть, а блистать (повторим), а, стало быть, он должен иногда «ходить по краю». Громкими (общественно значимыми) сегодня становятся именно такие театральные премьеры, которые выходят за границы театра. Театр должен подмигивать и раздражать, иначе будет скучно. Первое репертуарное решение Хабенского вполне в этом русле — спектакль «Идеальный муж» в постановке Константина Богомолова возвращается на сцену МХТ. И в Минкульте это, кажется, понимают, потому у нового руководителя театра будет, по крайней мере на первых порах, карт-бланш. И вопрос в том, сумеет ли Хабенский им воспользоваться, чтобы «выторговать» для себя и для театра, так сказать, побольше свобод, которые сегодня возможны.

Этот вопрос сегодня волнует многих — «каковы границы свободы?» — в условиях усиления контроля государства за всеми сферами жизни. Все хотят понять для себя, условно, формулу существования «интеллигента в непростых обстоятельствах». Хабенский, собственно, много раз исполнял такие роли в кино — и от него все теперь ждут, как он сыграет роль порядочного человека в жизни. И его друзья, и враги. Это, возможно, и есть главная интрига в российской культуре на сегодняшний день: искусство оставаться порядочным человеком, занимая высокую должность. Важнее сегодня не то, что Хабенский «поставит», а то, как он будет себя вести. Вот почему на самом деле нас так интересует кейс Хабенского, а вовсе не количество и качество будущих премьер.

А что вы думаете об этом? Обсудить тему и поспорить с автором теперь можно в комментариях к материалу

Больше текстов о политике, культуре и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

Вступайте в клуб «Сноб»!
Ведите блог, рассказывайте о себе, знакомьтесь с интересными людьми на сайте и мероприятиях клуба.
Читайте также
Саша Чернякова
«Новая этика» — гласит одна из надписей, окружающих тело обнаженной модели Джилл Кортлев на обложке российского Vogue. В ноябрьском номере издание решило затронуть тему бодипозитива и поговорить об изнанке модельного бизнеса. Проблема в том, что фигура Кортлев едва ли отличается от фигуры среднестатистической женщины, и в таком контексте дискурс о «новой этике» и бодипозитиве выглядит очередным глянцевым лицемерием