Умер Давид Саркисян

Умер Давид Саркисян — музейщик, режиссер-документалист, ученый, куратор и наш товарищ по клубу «Сноб»

Фото: Арсений Несходимов
Фото: Арсений Несходимов
+T -
Поделиться:

Давид Ашотович родился 23 сентября 1947 года в Ереване в семье военного и преподавательницы русского языка. За свою жизнь он проявил себя во многих сферах: от физиологии до кинематографа и музейной работы.

Подробнее

Окончив биологический факультет МГУ на кафедре физиологии человека и животных и получив степень кандидата биологических наук, Саркисян более десяти лет проработал во Всероссийском научном центре по безопаности биологически активных веществ. Одним из главных достижений в физиологии для него стала разработка нового препарата Амиридина, применяющегося при лечении болезни Альцгеймера.

В 80-е годы увлечение Саркисяна кинематографом стало его основной работой. С середины 80-х он был вторым режиссером на киностудии «Мосфильм», кинокритиком в парижской газете «Русская мысль» и в московском журнале «Киносценарии», а позднее — автором и режиссером телепрограмм и документальных фильмов в компании «Всемирное Русское Телевидение». Самой удачной своей работой в кино сам Саркисян называл документальный телевизионный фильм «Товарищ Коллонтай и ее любовники» о революционерке и первой женщине-министре Александре Коллонтай, в котором он выступил одновременно режиссером и сценаристом. Так же он сам отмечал свою работу в качестве организатора, соавтора сценария и второго режиссера в картинах «Anna Karamazoff» и «Paralleli Vocali». Всего Саркисян снял более двадцати документальных фильмов.

В 2000-м году Саркисян возглавил Государственный научно-исследовательский музей архитектуры (ГНИМА) имени Щусева. Под его руководством ГНИМА был переименован в Музей архитектуры (МУАР), что, по его словам, символизировало преобразование Государственного музея архитектуры в современный музей, играющий актуальную роль в архитектуре и культурной жизни. Одной из самых известных работ Саркисяна в музейной сфере стало кураторство российской экспозиции «Два театра» на Венецианской биеннале в 2002-м году и выставки «Москва – Берлин. 1950-2000. Архитектура» в 2004-м году. Сам он также называл одним из своих успешных проектов участие в создании художественной галереи «Дом Нащокина». Кроме того, Cаркисян основал «Форум 44 и 7» — ежемесячные собрания общественности, посвященные текущему состоянию архитектуры и культурного наследия в Москве.

«Я не архитектор, я просто управляющий музеем», — так говорил Саркисян о себе, добавляя, что прожил уже четыре жизни.

Сергей Чобан

   Давид был идеальным директором для музея архитектуры, особенно для музея, представляющего и современную архитектуру тоже. И еще он был удивительным с человеческой точки зрения – добрым, нежным. Безумно жалко… Я не знаю никого другого, кто занимался бы такой академической деятельностью, музеем истории архитектуры и сделал бы из него современную и очень интересную площадку для выставок. Это гигантская утрата для современной архитектуры. Просто гигантская.   

Комментировать Всего 20 комментариев

Для меня это большая потеря как для друга и как для архитектора. Невозможно поверить.

Давид был идеальным директором для музея архитектуры, особенно для музея, представляющего и современную архитектуру тоже. И еще он был удивительным с человеческой точки зрения – добрым, нежным. Безумно жалко… Я не знаю никого другого, кто занимался бы такой академической деятельностью, музеем истории архитектуры и сделал бы из него современную и очень интересную площадку для выставок. Это гигантская утрата для современной архитектуры. Просто гигантская.

Я не знаю родственников Давида, которым я мог бы высказать свои соболезнования. Я вообще мало о нем знал, хотя очень его любил. Мне безумно его жаль - это был человек не просто талантливый,а всем вокруг незаменимый, умница, красавец, актер. Что будет без него с музеем архитектуры, который он превратил в настоящий музей? Что будет с нами без него, впору и нам посочувствовать. Ужасная, возмутительная потеря. 

С Давидом ушла целая эпоха. Никаких слов нет, одни эмоции. Ужасно, просто ужасно.

Мои искренние соболезнования.

Искренние соболезнования. Это был редкий человек.

Какая потеря! Потеря для всех для нас, для всей культуры нашей страны. Сколько он сделал, а самое главное мог бы сделать. Вот уж точно — невосполнимая потеря. Необычайной души человек, жизнелюб, оптимист. Добрейший человек — его любила вся Москва, а недругов у него, кажется, не могло быть, хотя он так яростно выступал в защиту нашего культурного наследия. Давид был центром притяжения всего светлого, разумного, интересного. Таким же центром стал его Музей. А его кабинет надо оставить Музеем в Музее. Музеем Давида Ашотовича Саркисяна в Музее Архитектуры.

Искренние соболезнование oт моего имени , от имени  Alain Reneido (CulturesFrance) , oт имени Николая Шибаева куратор Год России 2010 и всеx друзей из Франции которые любили Давида.

Потеря огромная для русского наследия 

31 декабря получил от него текстовое сообщение: “В новом году буду здоров, обещаю! С НОВЫМ ГОДОМ!” - не сдержал обещания...

Через Сноб за 2 месяца я нашел и потерял замечательного человека

Я нашел Давида 27 ноября в СНОБе. Там был его видео-комментарий о роли языка в формировании нации. Так я не только увидел Давида, но и услышал его голос после 25 лет существования в разных измерениях: он - в Москве, я - в Бостоне. Нахожу профайл Давида на Снобе, пишу ему через сноб: "Давид!!! Не прошло и четверти века, как мы нашлись... написал немного о том, как мы живем в Бостоне, кого и где видим из общих знакомых, и сообщил свой телефон мобильный ...". Назавтра звонок: Давид! Мы проговорили часа полтора. Он рассказал о том, что вот уже 10 лет работает директором Музея архитектуры; я поздравил его "как музейный работник - музейного работника" (Давид помнил, что на 1-м и 2-м курсах МГУ я работал ночным сторожем Тимирязевского музея на Малой Грузинской). Мы смеялись. Давид звучал так убедительно и радостно, как-будто нам опять по 20 и мы встретились 1 сентября после каникул.Моя жена Людмила и я учились вместе с Давидом на  Биофаке МГУ и главное, жили вместе в общежитии МГУ, сначала в 4-м корпусе Филиала дома студентов на Мичуринском проспекте, где на 2-м и 3-м этажах были комнаты для студентов женского пола, а на 3-м и 4-м - мужского. Из-за тесноты в комнатах, мы там только спали, а жизнь протекала в холлах, комнатах отдыха, кухнях, где мы гурьбой обсуждали политику, новости культуры, пили, пели, играли... в карты, нарды, шахматы, на гитаре...   Давид был в эпицентре всех споров. Говорил он с легким армянским акцентом. Но он был русским гражданином, как и все мы, населявшие это общежитие евреи, грузины, украинцы, татары ... несмотря на процентные нормы, которые заводили на каждого из нас в парткомовских кабинетах. Народы СССР в общежитии МГУ дружили на самом деле. Давид смешно рассказывал, как кто-то назвал первенца МЭЛЬС (от Маркс-Энгельс-Ленин-Сталин), а второго мальчика ЭЛЬМЭЛЬС, что якобы означает по-армянски "еще один МЭЛЬС"... и еще мы с ним собирались на Газике проехать из Еревана в Москву. Его отец управлял сельхозтехникой и мы надеялись, что он поможет нам купить в Ереване старенький ГАЗик.Давид был женат на красавице Эле, сокурснице, белокожей, волоокой, из Коми. Он был не просто романтиком. Он не стыдился своего романтизма и заражал им. Мы все знали, в том числе и Эля, что Давид, ее "Додик" влюблен в певицу Зару Долуханову. Время от времени он исчезал на день-два "на концерты Зарочки...". Где бы оне ни выступала, Давид сидел с букетом роз на первом ряду. Представляю его обожествляющий Зару взгяд, с первого ряда. Всегда, где бы она ни пела... Когда мы говорили по телефону 28 ноября, мы вспоминали друзей, договаривались встретиться в Лондоне. В Москве шел второй час ночи, Давид был еще в музее. Он звучал так бодро, что не было и мысли спросить о здоровье.... потом я писал на его элегантный, как все в Давиде, адрес: muar@muar...но ответа не было... и вот печальная новость в СНОБе.... Пусть Земля ему будет пухом, и пусть встретятся ему добрые и умные ангелы... я так надеялся его увидеть в этой жизни... Уход Давида - напоминание всем нам, и перешагнувшим 60-летнюю черту, и вот только к ней приближающимся: не откладывайте встречи... 

Жаль, жаль, жаль... Искренние соболезнования.

Царствие Небесное. Такой хороший человек был... Хотя, почему был? Думаю, что там, где он сейчас, все хорошие люди как раз и собрались.

Ушел друг, дорогой сердцу человек. Давид был удивительным, он был волшебным... Невыразимо горько.  

Мы теряем друзей... Слов нет просто. Такой умница...

Давайте держаться вместе.

Гражданская панихида состоится в пятницу, 15 января, в 11.00 в Музее архитектуры.

Какая печаль! Ушел Давид. Такой замечательный, жгучий, талантливый, разносторонний, щедрый. Помню свое первое впечатление от него: какой потрясающей... итальянец! Такие лица - редкость, такая широта интересов, возможностей и талантов - исключение. Помню его рядом с Рустамом Хамдамовым на съемках "Анны Карамазофф". Тогда это было самоотверженное, бескорыстное  служение гению. Именно так работал Давид. Без оглядки на собственное честолюбие, гордость или что-то там еще. О, как он любил тогда и Рустама, и Жанну Моро, и всех, кто появлялся хотя бы на миг в кадре этого несчастливого и великого фильма!  Наверное, это и был его самый главный дар - любить чужой талант и служить ему. И музей Архитектуры, который он возглавил, и выставки, которые он там устраиваил - это тоже был своего рода акт любви и какого-то высшего служения. На шестом десятке у него началась какая-то новая, другая жизнь. Никто и не думал, что Давид сумеет вырваться из тени вечного ассистента, помощника, секретаря. А ведь вот получилось! И все в его жизни получилось. "Все сбылось и спелось". Но почему, почему же так грустно?                  

Это очень, очень большая потеря. Давид был уникальным человеком.

О Давиде так замечательно написали – и Юра Аввакумов, и Гриша Ревзин, и незнакомый мне Борис Беренфельд и еще столько напишут и скажут. В пору сборник памяти печатать. Случайно нажала кнопку и увидела, что на Снобе у Давида 69 друзей. Выходит он, такой вечно занятой, не поленился и 69 раз набрал каждого из нас, а у нас на это времени не хватает. А я думала, что все звонят ему в больницу, а тут еще я, не самый ему близкий человек, да и деньги у него на телефоне вдруг закончатся и все такое. Прости меня, Давид...