Художница Марго Трушина: В костюмах с «Мидсаммера» ездим на Burning Man

Журнальный материал

15 июля в усадьбе Середниково состоится юбилейный, десятый костюмированный бал Midsummer Night’s Dream. Ночь обещает быть волшебной: усадьбу и территорию вокруг нее украсят декорациями и инсталляциями, к которым приложили руку художники Sila Sveta. В качестве хедлайнера заявлен французский дуэт Air, помимо них выступят самые востребованные в Европе электронщики Viken Arman, Tosca, Ten Walls и Bedouin, будет и симфоническая музыка в исполнении New Ideas Chamber Orchestra. Действо увенчается традиционным перформансом на воде, подробности которого держатся в строжайшем секрете. Накануне мероприятия «Сноб» встретился с его организаторами, художницей Марго Трушиной и режиссером Жу Монтвилайте, чтобы разобраться, как среди москвичей появилась и ушла мода на карнавал и почему, несмотря на это, люди продолжают шить фантастические костюмы

12 июля 2017 12:03

Забрать себе

Жу Монтвилайте и Марго Трушина

Фото: Кирилл Пономарев/Сноб

За десять лет существования Midsummer Night’s Dream его резиденция, усадьба Середниково, превратилась в «место силы»: каждый июль здесь генеральные директора крупных компаний танцуют бок о бок с богемными художниками, поп-певцами и прекрасными бездельниками, нарядившись в пух и прах и загримировавшись до неузнаваемости. В этом году в усадьбу точно наведаются Марат Сафин, Ольга Свиблова, Андрей Бартенев, Константин Гайдай, Дима Билан и Андрей Чадов. Едва сходит снег, москвичи начинают шушукаться: «Как нынче наряжаться на “Мидсаммер”?» В этом году тема фестиваля — «Возвращение в райский сад». Вернутся ли туда гости первых балов Midsummer Night’s Dream и как за десять лет изменилась аудитория? С этих вопросов мы начали наш разговор.

Марго Трушина: Наша аудитория сложилась из самой активной московской публики: творческой интеллигенции, медийных персонажей, героев клубной тусовки, без которых сложно представить себе Москву 2000-х. Это наши друзья — тысяча человек, которые знают нас и друг друга лично. История «Мидсаммера» началась как наша с Салаватом Тимирясовым костюмированная свадебная вечеринка по мотивам пьесы «Сон в летнюю ночь», которую организовали наши друзья, компания Rise Entertainment — режиссер Жу Монтвилайте и продюсер Владимир Месхи. Потом, когда «Мидсаммер» превратился в фестиваль, друзья начали приглашать своих друзей. Получилось так, что каждый член сообщества должен был иметь с нами общих знакомых, если их не было, то к нам он, скорее всего, не попадал. Этот принцип актуален и сейчас.

Фото: Кирилл Пономарев/Сноб

Когда состоялся первый Midsummer Night’s Dream, ночная жизнь была другой — люди любили наряжаться на танцы. Потом эта мода ушла, и наш фестиваль остался единственным костюмированным ночным мероприятием в Москве. Я бы не стала называть это карнавалом, потому что для карнавала можно купить парик за триста рублей и маску. То, что происходит у нас, — чудо света: люди за полгода начинают готовиться, костюмы придумывать. Впрочем, мы свою аудиторию воспитали постепенно: в 2010 году публика выглядела скорее забавно, через год — красиво, а через два у меня случился культурный шок, когда я вышла на террасу усадьбы и увидела, как далеко зашла фантазия наших гостей. У нас есть пул дизайнеров, у которых многие знакомые заказывают сложные наряды, но они, конечно, не могут на всех нашить красоты, и большинство посетителей фестиваля создают образы сами.

СКто эти дизайнеры?

Марго Трушина: Дмитрий Логинов, создатель марки Arsenicum, и Татьяна Мамедова отвечают за футуризм, Константин Гайдай делает немыслимые головные уборы из перьев, Юджин Назарова создает образы мифических существ. У нас есть специальная группа в фейсбуке — Midsummer Night’s Style, посвященная костюмам и костюмерам. Ее ведет стилист Андрей Аболенкин, консультируя всех, кто собирается к нам прийти. Лично я сначала решаю, в кого мне хочется перевоплотиться, потом уже прикидываю, кому из знакомых мастеров по костюму ближе всего эта тематика, затем мы вместе обсуждаем и дорабатываем идею — это всегда совместное творчество.

СА что вы делаете с нарядами после «Мидсаммера»?

Марго Трушина: Мы с мужем и друзьями каждый год участвуем в фестивале Burning Man — нашим фантастическим костюмам там находится применение. После Burning Man, как правило, вещи в плачевном состоянии, их портят пыль и соль.

СНе там ли вы подсмотрели идею своего мероприятия?

Марго Трушина: Будете смеяться, но в Неваду мы впервые съездили после двух или трех «Мидсаммеров». Когда увидели, что там происходит, мы поняли, что интуитивно создали в подмосковном лесу свой маленький Burning Man — у них, конечно, своя философия и свои принципы, но в одном мы точно совпадаем: ответственность за «магию» лежит не только на организаторах, но и на всех участниках. Каждый, кто работает над образом для фестиваля, вносит свой вклад в мероприятие. Все получается, как мы задумываем, именно благодаря действию коллективной творческой энергии. Люди готовы всю ночь танцевать, даже если идет дождь, потому что они заряжаются друг от друга.

СЭпоха карнавала наступила в Москве в период расцвета клубов «Арма» и «Солянка», вечеринок Love Boat и «Лошадка» — на последнюю без костюма не пускали. Столица из лютого путинско-минаевского гламура со стразами и надувными губами ушла в кэмп и театр. А с наступлением десятых годов тусовщики стали аскетами — на мой взгляд, оттого, что люди стали чаще бывать на европейских рейвах. В Берлине, Лондоне фейсконтроль совсем другой: в клубы пускают не тех, кто привлекает внимание, а тех, кто производит впечатление благонадежного человека. Вот эти «благонадежность» и умеренность оттуда пришли в Москву…

Марго Трушина: Да, в Берлине скорее подумают, пускать ли тебя в клуб, если ты выглядишь слишком вычурно.

СИ как мотивировать людей продолжать карнавал?

Марго Трушина: Очень сложно! На всех вечеринках с заявленным дресс-кодом, которые я посетила за последние пару лет в Москве, никто этот дресс-код не соблюдал. «Мидсаммер» один такой остался — думаю, потому что он происходит всего раз в год и мы всех настраиваем на него как на праздник. В каждом из нас живет тяга к перевоплощению, и уж раз в год точно можно позволить себе уйти в отрыв и стать кем-то другим.

Жу, вы всегда на «Мидсаммере» работаете маяком, возникаете посреди толпы и говорите: «Все идите туда, там сейчас самое интересное!» — толпа вмиг организуется и утекает в нужном направлении.

Жу Монтвилайте: И правда! В 2012 году на одной сцене заканчивала играть группа Yello, а на другой, через овраг, Orbital начинала свой сет — вот уж я тогда побегала через этот овраг, чтобы все сориентировались. Ну что, друзья, кажется, лето все-таки наступило! Нормальные люди уже разъехались, только ненормальные, вроде нас, все еще здесь.

Фото: Кирилл Пономарев/Сноб

ССкажите, Жу, чего вы ждете от юбилейного Midsummer Night’s Dream?

Жу Монтвилайте: Я жду чуда. Семь из десяти лет истории фестиваля я принимаю активное участие в его судьбе и поняла, что планировать и прогнозировать все, что касается «Мидсаммера», невозможно. Чудо — это знаете что? Когда собираются все, кого хочешь видеть, когда все артисты долетают до Москвы без проблем и ни с кем не ссорятся, когда во время монтажа под дождем никто не ломает ноги, когда спонсоры счастливы. Чтобы все это сложилось, должны звезды сойтись. А они сходятся только благодаря любви друг к другу и к фестивалю.

СЯ с такой любовью каждый год делаю костюм! Сажусь за неделю с ножницами, красками, блестками и паяльником и думаю: ну елки-палки, зачем неделю жертвовать сном ради одной ночи? Куда потом девать эти конструкции? Но вот проходит первый час работы — и не можешь остановиться.

Жу Монтвилайте: Единственное, в чем я уверена, — что костюмы к «Возвращению в райский сад» уже активно готовятся. Мне об этом доложили проверенные источники. А значит, все помнят, что надо собираться вместе, танцевать, играть. Мы однозначно повзрослели за эти десять лет, но хочется надеяться, что не слишком сильно.

 

СИзменилось ли ваше отношение к фестивалю за это время?

Жу Монтвилайте: Хочется, чтобы все было качественно. Мы прислушиваемся к аудитории. Например, мы заметили, что гостям хотелось больше пространств, где можно посидеть и отдохнуть, предавшись грезам, поэтому нынче будет гораздо больше качелей, лавочек и других атмосферных мест. У нас был период поисков своего пути развития — аудитория росла, и фестиваль стал международным, к нам съезжаются гости со всего мира. Сейчас мы поняли, что важно не стремиться к росту аудитории, а сохранять свое сообщество, его уникальность. «Мидсаммер» снова станет кулуарным и будет проводиться реже — раз в несколько лет, для самых верных наших друзей.

СПриходилось ли вам с кем-то ссориться из-за отсутствия костюмов? Вы говорите, что большая часть посетителей — ваши друзья. Значит, среди них есть те, кто думает: не буду заморачиваться, меня и без перьев пустят. Я не раз была свидетелем того, как на входе говорили: «Извините, но это не костюм, вы не проходите».

Марго Трушина: Я каждый раз предупреждаю: ребята, без костюма никак нельзя. Это единственное правило, и надо его соблюдать. Мы даже барменов наряжаем в эльфийские костюмы, уши им приклеиваем. Некоторые думают, что раз они забронировали ложу в усадьбе, то правила на них не распространяются. Нет уж, даже если вы на вертолете прилетели, уважайте нашу традицию!

СПомимо Midsummer Night’s Dream планируется ли организация каких-то громких фестивалей?

Жу Монтвилайте: Мы и дальше планируем работать над закрытыми мероприятиями по всей стране. Мы готовим масштабный проект, связанный с public art. Скоро вы о нем узнаете!С

14 июля, накануне Midsummer Night’s Dream, в ресторане «Турандот» состоится костюмированный ужин. Его тематика созвучна названию бала в усадьбе Середниково — это шекспировский «Сон в летнюю ночь». Для гостей ужина выступят певица Елка и группа «Градусы», а шеф-повар ресторана Дмитрий Еремеев приготовит специальный сет блюд. Больше информации — здесь.

0 комментариев

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Войти Зарегистрироваться

Новости наших партнеров