Начать блог на снобе
Все новости

Юристы усомнились в способности электронной маркировки товаров «обелить» рынок

Комиссия по международному сотрудничеству и Комиссия по взаимодействию с предпринимательским сообществом и правовой защите бизнеса Ассоциации юристов России (АЮР) провели 23 июля конференцию с участием ключевых экспертов по теме «Влияние цифрового маркирования на рынок», сообщает корреспондент «Сноба»

24 июля 2020 20:00

Участники встречи обсуждали особенности правовой интеграции цифровой маркировки в России и изучили мнение представителей бизнеса по поводу нововведения. Председатель Совета Торгово-промышленной палаты России по интеллектуальной собственности Иван Близнец обратил внимание, что еще 20 лет назад в России впервые поднимались вопросы о создании подобной маркировки.

«И многие предлагали введение именно маркировки, метки, что якобы решит вопрос с контрафактной продукцией. Но тот анализ, который мы проводили, и те затраты, которые нес бизнес, были несопоставимы с затратами, которые потребует нанесение меток. Сегодня технологии продвинулись, но давайте тогда дадим возможность бизнесу самому решать эти вопросы, не принудительно. Фактически государство принуждает, не решая проблему контрафактной продукции», — сказал Иван Близнец.

Об опасениях:

Председатель Союза потребителей России Петр Шелищ заявил, что по его мнению «вся история с цифровой маркировкой» не имеет никакого отношения к интересам потребителей. Он считает, что если в течение нескольких лет в России введут обязательную цифровую маркировку всего продовольствия, это значит, что из кармана потребителей «ежегодно будут вынимать минимум 140 миллиардов рублей».

«Я не берусь защищать 1,5 триллиона, на которые указал финансовый институт Минфина, но могу сказать твердо: наши граждане приобретают продовольственные товары ежегодно на 16 триллионов рублей и средняя цена на товарную единицу — 80 рублей. То есть это 200 миллиардов товарных единиц. Марка стоит 50 копеек, то есть там уже 100 миллиардов рублей из наших карманов ни за что. Плюс, судя по тому, как в Минфине оценили в 40 процентов накладные расходы — вот еще 40 миллиардов. За что? Ни за что. Ни от какой фальсификации защитить в принципе не может, марка — просто товар, который покупает любой легальный производитель. Что он производит, насколько соответствует качество тому, что он предлагает потребителю? Никак не связано с процедурой приобретения марки, ни нанесения марки, ни считывания», — заявил он.

Председатель комиссии по взаимодействию с предпринимательским сообществом и правовой защите бизнеса Гульнара Сергеева рассказала, что только 24 процента представителей бизнеса в России положительно отнеслись к проекту маркировки товаров. 77 процентов отнеслись критически: они считают, что это приведет к дополнительным затратам или даже к разорению.

Кроме того, была изучена мировая практика, которая показала, что внедрение подобных систем происходило только в России и Белоруссии, в других странах, в том числе успешных и экономически развитых, подобных обязательных мер не вводили.

Эксперт Комиссии по международному сотрудничеству Ассоциации юристов России Вадим Верченко усомнился в способности электронной маркировки «обелить» рынок. По его мнению, важно понимать, что именно подразумевается под «обелением» и что именно дает маркировка; он также напомнил, что есть «два больших блока», составляющих нелегальные товары — контрафактная и фальсифицированная продукция.

«В настоящее время простая грубая подделка почти не практикуется. Правообладатели, как правило, сталкиваются с тем, что какой-то другой производитель оформляет свою продукцию таким образом, что у потребителя создается впечатление, что он покупает продукцию у первого производителя, который себя положительно зарекомендовал. При этом у нарушителя даже зарегистрирован такой товарный знак, который он наносит на этикетку (...). На наш взгляд, недобросовестный производитель, который паразитирует на чужом товарном знаке, все равно получит код и будет производить, пока через суд это не прекратит другой производитель, — говорит Верченко. — Система маркировки даст дополнительный инструмент, благодаря которому можно будет установить производителя, получить данные об объемах произведенной продукции, но нужно учитывать, что оператор маркировки обеспечивает участникам оборота только ту информацию, которую они сами туда внесли. А более расширенный доступ обеспечивается органам государственной власти. Соответственно, производитель без судебного запроса получить из системы маркировки полную информацию не сможет».

Из-за этого, считает эксперт, возникает вопрос: действительно ли такой дублирующий инструмент, как маркировка, позволит «обелить» рынок. По поводу фальсификата Верченко заметил, что на стадии получения и нанесения кода реальный состав продукции с информацией на этикетке не сравнивается, как и с требованиями о том, что именно должно указываться на этой этикетке.

Чего ждать:

По словам руководителя департамента общего бизнес-анализа Центра развития перспективных технологий (ЦРПТ) Веры Волковой, маркировка позволит клиентам отслеживать информацию о производителях прямо на месте покупки, если воспользоваться специальным сканирующим приложением. Например, при приобретении обуви уже сейчас можно проверить слова продавца о стране-производителе. Этим уже пользуются не только покупатели, но и сами участники рынка для работы с поставляемой им продукцией.

Известно, что табак, лекарственные препараты, алкоголь уже продаются только с маркировкой. Перед вводом запрета на продажу товаров без маркировки к работе с проектом подключаются производители. Так, например, в сфере продажи обуви в системе зарегистрировались 69 тысяч участников рынка.

С 1 октября вступает в силу запрет на продажу парфюмерии без маркировки. Уже зарегистрировано 4,5 тысячи участников этого рынка. С 1 октября станет обязательной маркировка фототоваров, а с 1 ноября — шин и покрышек. По словам Веры Волковой, в системе уже зарегистрировалась достаточная доля участников. Уже с 1 января 2021 года запрещается оборот немаркированных товаров легкой промышленности.

Поддержать лого сноб