Культ достигаторства — что приходит ему на смену
Несколько лет назад моя знакомая, которая работала тогда в Яндексе, рассказала мне, что берёт отпуск за свой счёт раз в квартал. Уезжать она никуда не собиралась. Отпуск был нужен ей, чтобы спокойно, без встреч и звонков, разобрать накопившиеся задачи. Я помню, что подумала тогда: разумно.
Услышать в этой фразе то, что в ней на самом деле было, я смогла гораздо позже. Женщина покупала у своей компании право поработать. Меня это тогда не смутило по простой причине: мой собственный отпуск к тому моменту выглядел точно так же.
В начале 2023 года я перешла на первую позицию СЕО, к которой меня вела карьера предыдущих пяти лет. Через два с половиной года стала со-СЕО, сейчас возглавляю образовательный холдинг. Такой рост зажигает и даёт топливо лететь дальше, потому что всё время кажется, что вот-вот эта волна закончится и покорять высоты больше не получится. За каждое достижение при этом что-то кладётся на алтарь. Мои подъёмы становились всё раньше, соразмерно уровню ответственности и масштабу команд. Отпуск медленно уходил на второй план, для него никогда не находилось подходящего времени, а потом он превратился в тот самый способ разгрести задачи в тишине. Я много путешествовала и зимовала в других странах, и в новом месте меня обычно больше интересовало качество интернета и мобильной связи, чем всё, что было вокруг. Свободное время долго казалось мне глупостью: лучше потратить его на закрытие задач или на что-то новое.
Культ достигаторства прекрасно работает на растущем рынке, где выстроена понятная система: больше работаешь, получаешь морковку впереди в виде поощрений и признания. Моё расписание состояло из выверенных планов на две недели вперёд, и это давало устойчивость. Пока я держу календарь, я держу понимание того, что происходит с бизнесом, командой и проектами.
Стабильность эта мнимая, и держится она ровно до того дня, когда человек впервые узнаёт полное значение слова «выгорание». Я помню утро, когда предательски не смогла заставить себя поехать в офис. Через несколько дней я почти полностью потеряла интерес ко всем проектам, а следом и к управлению командой, хотя именно команда дольше всего держала меня на плаву.
Я ушла с позиции СЕО полностью выгоревшей, без плана возвращения и без запасного проекта. Три месяца я путешествовала по Европе и не делала ничего. Не думала о работе, не открывала ни один проект, не заглядывала в чаты. Я хорошо помню дорогу по серпантину, где единственной мыслью было: «Я очень устала, и мне не нравится та жизнь, которую я живу».
Вернулась я с двумя пониманиями. Первое: как прежде я больше не смогу. Второе: культ достигаторства перестал работать не только у меня лично, он перестал работать в тех реалиях, в которых сейчас существуют люди и бизнесы. Второе понимание подтверждается каждый месяц в моей коучинговой практике. Пару лет назад руководители и предприниматели приходили ко мне с запросом расширить зону влияния и перейти на следующий уровень. Сегодня основной запрос звучит иначе: помогите выбраться из внутреннего кризиса или найти себя во внешнем мире, потому что текущая работа больше не мотивирует, несмотря на все морковки.
Самое показательное происходит внутри сессии. Люди почти никогда не могут сформулировать критерий успешного результата в цифрах. Зато они очень подробно говорят о процессе и о чувствах, которые хотят через свой будущий проект испытывать. Достигаторство мерило человека величинами, которые считаются: должность, оборот, размер команды, скорость роста. Ему на смену пришёл запрос на глубину, смысл, понятное будущее и спокойствие. Обеспечить последнее сейчас не может никто, поэтому человек обеспечивает его себе сам доступными способами. Для многих таким оплотом становится собственный проект или выход в медийность, уже без гонки за подписчиками и лайками, скорее как возможность перевести фокус на что-то созидательное.
Управленчески всё это складывается в один навык, который я считаю главным на ближайшие годы. Место достигаторства заняла адаптивность. Чем сильнее прокачана эта мышца, тем больший результат показывают и человек, и бизнес, и команда.
В своей компании мы уже шесть месяцев ведём программу «Коучинг руководителей и лидов». К каждому С-level руководителю и каждому лиду назначается коуч, который работает одновременно с внешним запросом от меня как от СЕО и с внутренним запросом самого сотрудника. Задача формулировалась так: выработать внутри команды способность пропускать через себя больше изменений, чем приходилось раньше.
Логика достигаторства в такой ситуации подсказывает совершенно другое. Рынок шатает, покупательская способность падает, значит, надо ускоряться, добавить контроля, планёрок и отчётности. Мы вложили в это бюджет и полгода, и результат такого вложения не отражается ни в одной квартальной метрике. Дороже денег здесь стоит моё собственное время. Запрос от бизнеса формулирую я, дальше он становится запросом к конкретному сотруднику, и достигнутый результат мы с ним отмеряем вместе. Это требует внимания и ресурса, которого у руководителя чаще всего просто нет. Сейчас я вижу, как это начинает давать плоды, и мы спускаем программу дальше, на линейных сотрудников. В образовании нам приходится работать с изменениями сильнее, чем в большинстве отраслей, и адаптивность оказалась ровно тем, что позволяет команде выдерживать этот темп.
Моё расписание сегодня выглядит совсем не так, как три года назад. Сначала в него попадает то, что важно для физического и ментального здоровья, и только потом приоритеты по проектам и командам. Я всегда найду время на то, чтобы предотвратить выгорание, и ежедневно контейнирую стресс через несложные поддерживающие практики. Достигаторство при этом никуда из меня не делось и остаётся моим лейтмотивом и топливом. Я по-прежнему засиживаюсь в офисе до девяти вечера и работаю без выходных, когда точно вижу, что моё усилие сейчас действительно требуется. Разница в другом: раньше за одним циклом достижений сразу начинался следующий, а теперь я не пропускаю стадию отдыха и восстановления. Я называю это жизнью по спринтам. Спринт всегда заканчивается, в этом его главное свойство.