«Моей собственностью распоряжается кто-то другой путем голосования». Москвичи о сносе хрущевок

Вчера мэрия Москвы опубликовала список пятиэтажек, жители которых должны с 15 мая по 15 июня проголосовать за или против сноса домов. Власти утверждают, что попавшие в список 4,5 тысячи домов находятся в неудовлетворительном техническом состоянии. «Сноб» поговорил с жителями хрущевок, которые выступают за или против сноса

Фото: Михаил Почуев/ТАСС
Фото: Михаил Почуев/ТАСС
+T -
Поделиться:

Александр Елисеев, против сноса. Район Черемушки, Нахимовский проспект

У метро «Профсоюзная» есть целый квартал добротных старых кирпичных домов, очень зеленый, с магазинами и парковками — идеальный для жизни. Наш дом оказался в списке. Мы живем тут 3 года. Квартиру покупали, как все москвичи: долго копили, брали кредиты и в долг у родственников. Для нас был очень важен район, поэтому квартиру мы выбирали в ущерб площади. Коммуникации в нашем доме ремонтировали года четыре назад, подъезд — недавно совсем. Кирпич очень хорошего качества, даже сверлится тяжело. В прошлом году поставили пластиковые окна. Бывает, как и в любом старом доме, в подвале что-то протечет, но каких-то хронических проблем нет.

Власти нацелились на квартал рядом с метро в очень хорошем месте, в то время как дома, которые реально нужно сносить, не сносят. Конечно, мы будем пытаться проводить собрания, голосовать, но вы же прекрасно знаете, как тяжело собрать людей в Москве. Кроме того, часть собственников сдает квартиры, а листовки с информационных досок у нас срывают в течение часа. Даже если нас оставят в нашем районе, то лучшего места нам все равно не дадут.

То, что делается сейчас с собственностью, — катастрофа. Институт собственности под угрозой полного уничтожения. У человека нельзя отобрать квартиру путем голосования или сборов подписей.

Ирина Лепеева, за снос. Район Коптево, Коптевская улица

Я живу рядом с новой станцией МЦК «Коптево» в доме 1959 года постройки. Со стороны он, может, ветхим и не кажется, но ад начинается внутри. Мы живем в угловой квартире на первом этаже, у нас проходят газовые разводки на весь дом. Мало того, что это выглядит страшно, так еще и потенциально опасно. Проводку и водопровод мы меняли сами: они износились еще лет 10–15 назад. Я за снос, потому что жить в изношенном и устаревшем доме опасно. Думаю, что хуже уже не строят. Квартиры в нашем доме малогабаритны до крайности. Мы ждали сноса еще по первой программе, но не попали. Мне не принципиально, жить в этом или одном из соседних районов.

На месте пятиэтажки можно выстроить, допустим, 16-этажный дом. Так на каждую пятиэтажку мы получим прибавку жилого фонда, который приносит живые деньги. В сносимых пятиэтажках метраж квартир маленький, так что давать квартиры взамен снесенных застройщикам выгодно.

Сергей Гамазин, против сноса. Район Фили-Давыдково, улица Артамонова

Я ремонт в квартире сделал год назад. В подъезде раз в 5 лет красят стены. Там не воняет, проводка не коротит. Трубы только поменять, и все. У нас нормальный крепкий кирпичный дом. Зачем его ломать, я не понимаю! Все, с кем я разговаривал, не поддерживают снос. Зная, как работает правительство, я считаю, что останемся в дураках только мы, жители. На моей улице практически все кирпичные дома одной серии попали в список, а на соседней улице Давыдкова стоят панельные пятиэтажки, и ни одной в этом списке нет. Кирпичные дома у них идут под снос, а панельные — нет! Удивительно!

Ольга Груздева, за снос. Таганский район, Большая Калитниковская улица

Наш дом, к сожалению, не попал в программу реновации, хотя по серии постройки он должен быть снесен. Мы давно стоим в очереди на жилье. У нас большая семья в крошечной квартирке, жилая комната в восемь квадратных метров на пятерых! Кушаем мы по очереди: сначала дети, толкаясь локтями, потом уже мы. Очередникам, чьи дома сносят, тут же дают новое жилье, но мы, к сожалению, пролетаем. Если бы нам дали жилье сразу, то мы бы переехали и в другой район. Так хочется всей семьей сидеть за одним столом. В том году у нас периодически отключали воду на неделю-две из-за постоянных проблем с трубами. До сих пор иногда холодная вода не течет — наверное, решили проблему не до конца. Балконы у нас покосившиеся, на них страшно выходить.  

Я не могу сказать за всех жильцов, но те, с кем я разговаривала, разделились поровну: половина за снос, половина против. Некоторые хотят переехать, потому что в доме нет лифта. Особенно сложно в этом плане пожилым людям. Против сноса в основном те, кто недавно сделал ремонт, и те, кто боится, что их переселят куда-нибудь за МКАД. Я их понимаю, с одной стороны, но с другой — в таком доме жить невозможно.

Николай Матвеев, против сноса. Район Коньково, улица Введенского

Дом у нас блочный, в хорошем состоянии. Я против сноса и против самого законопроекта о реновации. Он касается не только тех, кто попал в список. Нарушается право неприкосновенности жилища и право частной собственности: моей собственностью распоряжается кто-то другой путем голосования. Это категорически недопустимо! Взамен обещают равнозначное жилье, но что это такое, нигде в законодательстве не определено. Из слов господина Собянина следует, что равнозначное — значит равное по величине жилой площади. Допустим, человек покупал квартиру в центре, в том же районе мест нет, и ему дают жилье той же площади на окраине. Человек мог бы на те деньги купить на окраине квартиру в два раза большую.

Власти уничтожают основной жилой фонд города. Смысл всего этого — освободить площадки под новое строительство. Аварийное и ветхое строение не является основанием для сноса, его можно реконструировать, и это будет гораздо дешевле. Я в строительстве с 1991 года работаю, знаю ситуацию изнутри. Раньше строили гораздо лучше. Сейчас строительством занимаются неквалифицированные рабочие.

Алена Ларионова, за снос. Район Коптево, Коптевская улица

Наш дом 1963 года постройки — ему уже больше полувека. В этом году закончился капитальный трехлетний ремонт. Нам делали крышу, которая протекала как до, так и во время работ, сейчас течет или нет — не знаю, потому что сильного дождя не было. Живем мы на пятом этаже. Очень плохо без лифта: у меня мама-астматик, дедушка-инвалид — им тяжело подниматься. К тому же я с маленьким ребенком — каждый день приходится таскать коляску по лестнице.

Шесть лет назад мы делали ремонт в своей квартире, под обоями нашли много трещин, в которых были бычки и смятые пачки из-под сигарет. Ну как можно жить в доме с такими трещинами? У нас на этаже во всех квартирах очень жарко, а на первом холодно — не знаю, почему так. Отопительные батареи у нас не под окнами, как в нормальных домах, а прямо в стенах, и исправить это не удается, потому что нужно ломать стены с соседями, которые отказываются от этого — это понятно, кому нужна дырка в стене, чтоб видеть соседей, когда телевизор смотришь. К нам приходили строители со специальными камерами, просвечивали стены. Сказали, что отопительные трубы в отвратительном состоянии, могут лопнуть когда угодно.

У нас все соседи, кроме двух квартир из 60, за снос. Недавно было собрание жильцов, где предлагалось обсудить еще один капитальный ремонт. Мы все взвыли: зачем ремонтировать этот ужасный дом, лучше все снести и построить новый хороший! Люди даже готовы пожертвовать своими евроремонтами.