Исправно пытался смоделировать какую-нибудь жизненную ситуацию, при которой эти поправки могли бы иметь практическое значение.

То ли в силу моей низкой юридической грамотности, то ли от недостатка воображения, успехом эти мои эксперименты не увенчались. Не помогла и пояснительная записка, любезно приложенная авторами поправок к своему законопроекту. Я так и не понял, зачем ФСБ вдруг понадобилось выносить эти самые предупреждения гражданам и организациям — и кого конкретно в нашей великой стране, с ее богатой заплечной историей, штраф в 500 рублей способен испугать сильнее вызова на Лубянку.

Весьма достойную попытку разгадывания этой головоломки предпринял давеча в «Снобе» Раф Шакиров. Он описал ситуацию, при которой ФСБ сможет, используя вновь обретенные полномочия, вмешиваться в бизнес коммерческих структур, указывая тем или иным предпринимателям, с кем им можно, а с кем нельзя заключать сделки. Однако же пример такого вмешательства г-н Шакиров привел из тех времен, когда поправки не только не действовали, но даже еще и не обсуждались. Их отсутствие, очевидно, не мешало чекистам вступать в «споры хозяйствующих субъектов» без церемоний. И предпринимателям, которых гэбэшная крыша вразумляла в неформальной обстановке, с глазу на глаз, без протокола, отнюдь не придавало храбрости отсутствие исходящего номера на «предупреждениях» от парней с Лубянки.

В этом, если вдуматься, и состоит самая большая загадка всего нашего постсоветского опричного законотворчества. De facto полномочий у ФСБ хватает, чтобы любого жителя страны и прослушивать, и задержать, и арестовать, и поместить под стражу на любое количество времени: независимых судов, которые могли бы защитить гражданина от произвола спецслужб, в России не существует и не предвидится. Тем не менее из года в год в наше законодательство добавляются все новые статьи и нормативные акты, расширяющие полномочия силовых ведомств по слежке, перлюстрации, прослушке, использованию наемных и добровольных осведомителей, в том числе анонимных...

Можно с уверенностью констатировать, что за последний десяток лет наши спецслужбы вписали в законодательство больше полномочий для своих сотрудников, чем они за последующую пару десятилетий смогут переварить. Взять хоть недавние правила вскрытия корреспонденции граждан на предприятиях связи (где для этих нужд требуют оборудовать специальные комнаты), хоть печально известный СОРМ-2, дающий ФСБ технический доступ к миллиардам сообщений электронной почты и чатов, хоть незабвенный приказ №613, регламентирующий порядок рассмотрения этой службой анонимных доносов. Все эти юридические новации на момент своего принятия вызывали массу споров в обществе, но впоследствии всякий раз выяснялось, что их практическое применение столь же невозможно, сколь и бессмысленно. Если б в штате ФСБ и сыскался лишний десяток миллионов сотрудников, чтобы прочитывать все наши мейлы и сообщения ICQ, а в свободное время — вскрывать все бандероли и конверты на почте, то где бы у этой рати нашлась свободная минута, чтобы разобрать всю ту Джомолунгму анонимных доносов, которыми отставные стукачи и ветераны НКВД завалили почтовые ящики различных силовых ведомств со дня принятия приказа №613?!

Приходящая мне в голову разгадка этой законотворческой аномалии может показаться читателю чрезмерно романтичной: не скрою, она и мне самому такою кажется. Возможно, где-то там, в высоких кабинетах, работает с документами неисправимый Лубянский мечтатель. И предвидит он светлые времена, когда деятельность наших спецслужб станет регулироваться буквой Закона. И исключительно ради тех далеких времен он и старается, загодя подсовывая в Думу законопроекты, столь нелепые на фоне нашей повседневной реальности. Чтобы однажды, в незнакомом нам правовом государстве с именем Россия, недосмотр законодателя не помешал его измученным юридическими рамками коллегам спасти Отечество.

Жаль только жить в эту пору прекрасную...