/ Москва

Михаил Каменский: Как список Forbes зависит от списка Sotheby's. И наоборот

На прошлой неделе в галерее «Триумф» Михаил Каменский рассказал членам клуба «Сноб», что происходит с современным русским искусством, и назвал художников, чья слава закатилась с кризисом

Участники дискуссии: Мария Байбакова
+T -
Михаил Каменский: Как список Forbes зависит от списка Sotheby's. И наоборот
От редакции
Поделиться:

Михаил Каменский рассказал, как уже в 1993-1994 годах на аукционы стали приходить люди из российской политики и самых разных областей бизнеса. Они стали покупать предметы русского и мирового искусства самостоятельно или с помощью консультантов.

Некоторые делали ставку на серебряный век и русский авангард, искусство шестидесятников и нонконформистов.

По мнению Каменского, среди тех, кто активно шел на Запад, были «правильные» собиратели, которые понимали, что инвестиционный инстинкт в них рано или поздно потеснит страсть коллекционера.

Что нужно понимать под правильными инвестициями в искусство и дивидендами от коллекционирования? Измерять эти понятия только деньгами абсолютно неправильно. Каменский приводит два примера.

Петр Авен в течение многих лет вкладывал серьезные деньги в свое собрание, которое на сегодняшний день является лучшим из частных собраний по качеству картин и самым прозрачным с точки зрения подлинности. Возможно, он планировал в будущем открыть свой музей. Но отказался от этой идеи и не получил главного дивиденда — репутационного.

Другой тип коллекционера — «коллекционер на час». Это, например, Алишер Усманов, который приобрел коллекцию Вишневской-Ростроповича. Эта покупка сделала его «коллекционером Усмановым». Он использовал этот мощный имиджевый козырь и передал свое приобретение в дар российскому государству уже как коллекцию Усманова.

«Два этих примера абсолютно российские, с понятным и ощутимым советским корнем. В поведении этих людей присутствует четкое осознание советского наследия в современной политической жизни и понимание, каким образом можно использовать искусство и коллекцию как инструмент. Очевидно, Усманов уже использовал этот инструмент с максимальной эффективностью, а коллекция Авена ждет своего часа».

До кризиса русских покупателей интересовало любое искусство. Можно было позволить себе создать собственный тренд, развивать его и повышать капиталоемкость, а потом продать либо держать при себе и продолжать эту инвестиционную деятельность.

Кризис фильтрует эту ситуацию, очищая рынок от целых художественных пластов. Каменский приводит как пример русских художников конца XIX века, картинами которых были не так давно завешаны многие дома: «Это была очень специфическая постсоветская ситуация. Мы поставили задачу воссоздать культурный контекст, которого были лишены, и стиль жизни, которым не жили почти сто лет. Возникли особняки, в которых реконструировался стиль жизни конца XIX — начала XX века, и туда органично вписывались все эти художники-профессора и даже академики, которые по своему качеству совершенно не стоили того, чтобы за них платили огромные деньги. Прошло десять лет, дворцы остались, позолота потерлась, а картины исчезли. На их место пришли другие западные художники второй трети XX века. Возник массовый тренд к левизне, авангарду. Эти картины сейчас уходят в регионы: новое поколение региональной элиты начинает перекупать это все на Рублевке».

Комментировать Всего 1 комментарий

Михаил, мне очень приятна ваша поддержка! Совершенно искренне, получить такую обратную связь — это очень вдохновляет.

Мария Байбакова Комментарий удален