Наплыв яхт, русских, арабов, поэтов и всплывшая подводная лодка

Отгремела первая неделя Венецианской биеннале. После шумных открытий, презентаций и вечеринок можно спокойно познакомиться с экспозицией

Фото: Марина Федоровская
Фото: Марина Федоровская
+T -
Поделиться:

 

Венецианская биеннале этого года запомнится старожилам не наводнением — в Венеции это дело обычное, а в первую очередь обилием яхт. Не исключено, что набережные залило именно из-за них — бухта просто вышла из берегов. Наплыв яхт и наплыв русских. Впрочем, не только. В этом году все отмечали две тенденции: мощное присутствие русского современного искусства и арабского. Павильон Арабских Эмиратов и Дубайский павильон появились на биеннале впервые, не говоря уж о выставке художников из Саудовской Аравии. Арабское искусство превращается в модный тренд: в Дубае уже пятый год проходит ярмарка современного искусства, а в лондонской галерее Saatchi & Saatchi недавно состоялась выставка художников с Ближнего Востока.

У русского современного искусства тоже есть свои поклонники, его поддерживает Даниэль Бирнбаум. Главного куратора Венецианской биеннале можно назвать специалистом по русскому современному искусству, так много времени он провел в России, отбирая выставочные проекты. Еще один большой друг России — Жан-Юбер Мартен, знаменитый экс-директор Центра Помпиду, он стал куратором 3-й Московской биеннале, которая пройдет осенью, с 24 сентября по 25 октября. По традиции об этом было объявлено здесь, в Венеции: поддерживать друг друга, передавая эстафету международных выставок из рук в руки, — давний обычай всех ярмарок и биеннале.

Выставка Дубосарского и Виноградова Danger! Museum развернулась в палаццо Bollani неподалеку от Сан-Марко. Девять огромных полотен, написанных в фирменной быстрой технике, с изображениями Барака Обамы на коне, Пабло Пикассо и обнаженной Гай Германики. Культовые медийные персонажи — любимая тема Дубосарского и Виноградова: они черпают вдохновение в глянцевых журналах и горячих новостях, обращая пафос гламура в иронию. Художники вообще c иронией смотрят на мир, достается и зрителям. Создав свой «музей» в Венеции, они решили поиграть в видеоарт и с самого начала выставки принялись за съемку фильма (возможно, со временем он превратится в полноценный арт-фильм). Предупреждение о возможности съемки в завуалированном виде содержится в самом названии выставки: «Осторожно! Музей». И действительно: в холсты вмонтированы камеры. За час до открытия выставки можно было посмотреть, как эта система работает: полюбовался на картины — иди в подвал любоваться на себя в комнате видеонаблюдения. Александр Виноградов признал, что подглядывать нехорошо, но сумел объяснить причину столь неделикатного арт-поведения.

Но очень скоро залы палаццо Bollani заполнились публикой, и трудно было не заметить Шалву Бреуса, Софью Троценко, Марка Гарбера, Игоря Маркина, Пьера Броше, Петра Авена, а также Наталью Водянову.

Александр Пономарев пришвартовал свою раскрашенную подлодку неподалеку от Ca' Rezzonico — огромного дворца XVIII века, теперь Музея венецианской живописи, где разместилась коллекция работ из собрания Стеллы Кесаевой. Пока публика курсировала между инсталляцией SubTiziano, продолжающей проект Пономарева с подводными лодками, и экспозицией Stella Art Foundation, художник рассказал о своей подлодке и о своем восприятии Венеции.

Как допустили в воды Венеции разрисованный плавучий объект, рассказала и куратор этой выставки Виктория Ионина-Голембиовская, племянница Людмилы Петрушевской. Энергичной девушке удалось доказать руководителям муниципалитета Венеции, что подлодка в рамках биеннале скорее жест пацифизма, нежели нарушение правил водного хозяйства, а кроме того — найти подходящее место для «парковки».

Впрочем, помимо SubTiziano, которая до Венеции успешно всплывала в Париже, Москве и множестве других городов мира, туристы могли видеть и другие плавучие арт-объекты.

Выставка That Obscure of Art из коллекции известного мецената и коллекционера Стеллы Кесаевой уже путешествовала за границу. В прошлый раз — в Вене, в Музее истории искусств (Kunsthistorisches Museum) — более 70 работ Звездочетова, Кабакова, Осмоловского, Комара и Меламида, Косолапова, Дмитрия Александровича Пригова, Влада Монро, Джикия и других русских художников были изящно вписаны в контекст академического искусства. Ныне «Этот смутный объект искусства» до октября останется на Большом канале в стенах великолепного Ca'Rezzonico. Вот как выглядит выставка в начале осмотра.

На втором этаже Ca' Rezzonico разместилась подборка графики Леонида Тишкова и Александра Джикия. Водолазы Тишкова на фоне роскоши XVIII века смотрелись непривычно, и служительницы музея недовольно фыркали.

Под патронажем Стеллы Кесаевой в 53-й биеннале впервые участвовали поэты. Московский поэтический клуб с 3 по 7 июня провел здесь серию открытых чтений в садах Giardini. Кураторами этого перформанса были Даниэль Бирнбаум и Евгений Бунимович, а назывался он Making words («Создавая слова»). Название рифмовалось с девизом нынешней биеннале Making worlds («Создавая миры»). «Естественно, что поэты заняты созиданием мира, ибо поэты возвращают слову его подлинный смысл», — сказал Евгений Бунимович.

После насыщенной культурной программы неплохо расслабиться. Традиционное гулянье проходило в саду у Альберто Сандретти — некогда консула Венеции в России и одного из старейших коллекционеров русского искусства. У входа в сад гостей встречал бронзовый Петрович — персонаж, придуманный Андреем Бильжо.

Неизвестно, выпивали ли гости Сандретти с Петровичем, однако Марат Гельман, известный своей любовью к танцам, к десяти вечера уже вовсю отплясывал с художником Шабуровым. Впрочем, а что еще делать в Венеции, как не пить и веселиться!

Первая неделя биеннале прошла, как водится, с шумом. Многие еще непременно вернутся сюда, чтобы без толп и суматохи взглянуть на павильоны Giardini и Arsenale, а кто-то уже начинает готовиться к следующей биеннале.