Вадим Рутковский /

ММКФ. Отбросы начинают и выигрывают

34-й Московский международный кинофестиваль ушел в историю

Кадр из фильма «Отбросы» режиссера Тиндж Кришнан
Кадр из фильма «Отбросы» режиссера Тиндж Кришнан
+T -
Поделиться:

Церемония закрытия 34 ММКФ возбудила светских хроникеров и обитателей блогов несуразным поведением министра культуры Мединского (он заговорился настолько, что забыл вручить Катрин Денев приз «Верю» за творческие достижения) — ок, полку клоунов-чиновников прибыло, в этом ничего удивительного нет, да и официальные фестивальные церемонии принято ругать. Кроме них, на ММКФ часто достается жюри. И есть за что. Известен один легендарный пример стойкости жюри перед административным ресурсом — 1963-й год, победа сомнительного со всех официальных точек зрения фильма «Восемь с половиной» (в советский прокат он попал лишь в конце 1980-х, что было стопроцентным нонсенсом: призеры ММКФ закупались оперативно). И есть великое множество спорных решений. Так, странной традицией на ММКФ стало награждение российских фильмов; среди вопиющих примеров — победа «Путешествия с домашними животными» в 2006-м и «Пети по дороге в царствие небесное» в 2009-м. И этот абсурдизм не объяснить, как в советские годы, кулуарными интригами и вмешательством партии. По доброй воле награждали. Нынешний призовой расклад склоняет к мысли, что административный ресурс не обязательно зло: вот, дали жюри волю и получилось то, что получилось.

Лучшим фильмом конкурса была «Орда» Андрея Прошкина; смелым жестом выглядело бы и награждение «Последней сказки Риты» Ренаты Литвиновой. В итоге Литвинову не заметили вовсе, а Прошкину отдали «Серебряного Георгия» за режиссуру (третий по значению приз), отметив также Розу Хайруллину за женскую роль (отличную, но все же второплановую). И ведь все приличные люди заседали, режиссеры — Эктор Бабенко, Сергей Лобан, Жан-Марк Барр, Явор Гырдев и итальянская прокатчица Адриана Кьеза ди Пальма. Я вот правда не понимаю, как так вышло. Бог с ними, с художественными достоинствами призеров, здесь у каждого свой вкус и свои системы мер и весов. Неожиданно то, что все эти не обиженные темпераментом люди отдали золото нейтрально-проходному, не стремящемуся ни задеть, ни удивить, шаблонно-гуманистическому фильму — показанным на старте фестиваля «Отбросам». В пересказе там все хорошо: Эдди Марсан, британский спец по ролям ничтожеств с истомленной душой, играет обезображенного псориазом отставника, травмированного военной операцией и оттого пьющего (приз ММКФ за мужскую роль тоже достался ему). Допиться до цирроза ему не позволяет встреча с юной темнокожей бомжихой: девушка не подарок, но герой принимает ответственность за молодую жизнь и становится на путь отрезвления. Такой вот сюжет, из которого вполне мог получиться резкий, но светлый фильм. Резкости в нем как раз ни на грош, как и хоть какой-то многомерности — персонажи, как любили говорить в советской журналистике, ходульные. Впрочем, тетеньки-киноклубницы (это отдельная категория зрителей ММКФ, любители, съезжающиеся со всей России, в большинстве придерживаются крайне консервативных взглядов, не стесняются разговаривать в кино по мобильнику, но честно ходят на конкурсную программу) довольны: наконец, говорят в умилении, хороший, добрый фильм посмотрели. Я тоже за доброе кино, только если оно про живых людей, а не фантомов, которых режиссер Тиндж Кришнан использует в воспитательных целях.

Укором победителю основного конкурса выглядит фильм, победивший в «Перспективах», — «Разрушители», тоже британский, тоже женщины-режиссера, Диктины Худ. И тоже с травмированным войной ветераном в качестве одного из главных героев. Однако уровень психологической достоверности здесь повыше, и к односторонней узкоколейке отношения не сводятся.

Кстати, и второй по значению приз основного конкурса, специальный «Серебряный Георгий», отошел женщине-режиссеру, мексиканке Кении Маркес, возглавлявшей кинофестиваль в Гвадалахаре, а теперь дебютировавшей фильмом «Срок годности». Согласно моде 1990-х годов, он разбит на три новеллы, посвященные трем героям соответственно (Рамона — пожилая матрона, потерявшая своего великовозрастного сына Освальдо, Мариана — ее непутевая соседка, которую Рамона ошибочно подозревает в романе с Освальдо, Эрано — прохиндей, работающий «на побегушках» в морге). Следуя той же старинной моде, болтается между черной комедией, триллером и сентиментальной мелодрамой — этот микс, напоминающий латиноамериканские мыльные оперы, вероятно, и подкупил возглавлявшего жюри бразильца Бабенко. А ведь тоже бросовое кино; надо было дирекции на жюри надавить, разве нет?