![Аватар](https://0d314c86-f76b-45cc-874e-45816116a667.selcdn.net/2036CDF3_DB7B_47CA_803F_32509C81F047_avatar.jpg)
Тим Бертон. Про уродов и зверей
![Кадр из мультфильма «Франкенвини»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/2e/7d/2e7d2ae8401c86fcb35cd30ee8d1fc391368f1f2407f5f7d77fb87ec15987a61.jpg)
![Кадр из мультфильма «Франкенвини»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/0d/db/0ddbf9a99a846e175f49ae0ed45a29e466a2aa409694a2a01ca4cad95c517b68.jpg)
![Кадр из мультфильма «Франкенвини»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/12/8d/128d23c5bc3678d066954b73c242361f3cf8f7d4e3ffc238f5ad292c4c08d7cd.jpg)
![Кадр из мультфильма «Франкенвини»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/6b/1e/6b1e3f4783717fabe87e427e33ce722ec072d62367241d7883942cbe246e0f21.jpg)
![Кадр из мультфильма «Франкенвини»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/9f/ec/9fece7a1178c9990dbbd0121a0b25d5e3538a66f9445cf1a44094b9e86d23e4b.jpg)
![Кадр из фильма «Антон тут рядом»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/45/0b/450be62388bfbcb663f61bad9b073c99996ef3677e681cc9c7e83f9f84892f0c.jpg)
![Кадр из фильма «Антон тут рядом»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/af/aa/afaa7bdea93c52dcea6ecd9cb55dac5ec01816c1d3495043b330141e7f3e848e.jpg)
![Кадр из фильма «Антон тут рядом»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/c5/38/c538ec609edb0541806aea52332d22c1342f3f1aef2e37b0a38528a00eff709f.jpg)
![Кадр из фильма «Антон тут рядом»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/a1/cb/a1cb8dbc0003b45c5c00b811853dda1d72a26a90d90f451119824c1ce08e9f12.jpg)
![Кадр из фильма «Антон тут рядом»](https://snob.ru/indoc/attachments/snob2/5e/7f/5e7f47f2b8237b302bbe74a163e26109a63ff6bca540f77bc9c2cf26f31f9007.jpg)
Не понятно, то ли включать «Франкенвини» в обязательную школьную программу, то ли лепить на афиши жесткое возрастное ограничение: Тим Бертон сочиняет выполненную в фирменных готических тонах сказку о смерти. Причем с фирменным же вниманием к посмертным изменениям. Виктор Франкенштейн — юный кинолюбитель, школьник-затворник из благополучной семьи, но почти без друзей. Единственный товарищ мальчика — пес Спарки, почти мифологическое существо наподобие дружелюбного бультерьера. Городок Новая Голландия, где живут Франкенштейны, притягивает молнии — учитель физики (будь этот фильм старым и игровым, роль досталась бы Беле Лугоши или Борису Карлову) сладострастно рассказывает, как электроны из гневной тучки стремятся слиться с землей. После того как Спарки гибнет под колесами автомобиля (в минуту триумфа неспортивного Виктора на бейсбольном поле), только физика помогает мальчику укротить скорбь: он приходит к надгробию в виде креста из двух мозговых костей, эксгумирует труп собаки и с помощью хитрой машинерии гальванизирует его молнией. Пример Виктора оказывается заразительным для редкозубого упыря Эдгара, а за ним и других одноклассников — и Новая Голландия наполняется монстрами с кладбища домашних животных...
У Бертона обыватели — и добрые, и сердитые — выглядят не меньшими уродами, чем, скажем, гибрид летучей мыши и кота-прорицателя Мистера Кисскера. «Франкенвини» — отчаянный панегирик странности и фриканутости; понятия «норма» в мире Бертона не существует. При этом все монструозные персонажи как дома чувствуют себя в пространстве популярной американской культуры, где с богом разговаривают, отбивая в небо бейсбольный мяч, попкорн может стать оружием для борьбы с обнаглевшими морскими обезьянами, дух конкуренции воспитывают школьные конкурсы. Это, конечно, автобиография как она есть — если Виктор не вырастет ученым, то точно станет режиссером. Для него уже нет границы между кино и жизнью: «Надо подклеить», — говорит он, когда в проекторе плавится кинопленка. «Надо подклеить», — говорит он, когда у ожившего, но уже успевшего немного разложиться Спарки отваливается хвост. Кино — мистическое изобретение на границе между физикой и метафизикой — и есть универсальный клей, аккумулятор бессмертия. И некрореалист Бертон убежден в этом также истово, как и в том, что во всяком физическом уродстве есть красота.
«Антон тут рядом» — хроника необычной дружбы между основателем петербургского журнала «Сеанс» Любовью Аркус и подростком-аутистом Антоном Харитоновым. Режиссерский дебют Аркус, превратившей в фильм часть жизни, — не столько социальная критика (чего ждали), сколько признание в собственной непохожести и мучительном узнавании своих странностей в человеке, страдающем аутизмом. Аркус почти нет в кадре; впрочем, ее закадровый комментарий сопровождает все действие, и она как минимум такой же равноправный главный герой, как и Антон. График проката свел ее фильм с высказыванием Бертона — не иначе как по иронии высших сил, прочитавших интимные дневники эксцентричного калифорнийского сказочника и петербургского киноведа.