Зло, физика, рок-н-ролл:
8 самых правдивых книжных новинок

Львиную долю жанра non-fiction, изобретенного Труманом Капоте, составляют биографии. Но не только. Мы выбрали самые свежие и интересные издания на русском языке — о том, как устроен мир, из чего состоит человек и на кого вообще ориентироваться

+T -
Поделиться:

Кит Ричардс, «Жизнь»
Corpus, 2012

В прошлом году издательство Corpus перевело совсем свежие мемуары Патти Смит, ставшие мировым бестселлером, в этом — как бы в качестве продолжения — автобиографию гитариста Rolling Stones, написанную в 2010-м, без всякой самоцензуры и с тем же задором, с которым Ричардс умеет играть на гитаре. Собственно, достаточно раскрыть первую страницу, чтобы уже не выпустить пухлый том из рук: «Глава первая, в которой меня останавливает полиция Арканзаса во время нашего американского тура 1975 года с последующим противостоянием». Тут много про охоту на «Стоунз», шрамы, дикие выходки — Ричардс как-то вынюхал прах отца (а концерт в Петербурге группе пришлось отложить из-за падения рокера с пальмы). Большую часть жизни Кит существовал на разного рода веществах, и никто не сомневался, что ему есть что рассказать про секс и наркотики, чем про рок-н-ролл. Приятный сюрприз: значительная часть книги посвящена и творчеству. Вдвойне интереснее читать.

Эммануэль Каррер, «Лимонов»
Ad Marginem, 2012

Едва ли не главный французский бестселлер прошлого года, побывавший на столе у изголовья президента Саркози и в шорт-листе премий Гонкуров и Ренодо. Герой романа, Эдуард Вениаминович Лимонов, феноменальной популярности книги удивлялся («Я был уже раз известен во Франции как писатель в 80-е годы, но к 2011 году я уже имел статус, подобный статусу давно умершего, да еще и подозрительного писателя. Меня и не любили, и позабыли»), сам же текст сдержанно хвалил. Каррер и в самом деле отличный писатель (автор, в частности, «Зимнего лагеря») и режиссер (его единственный игровой фильм «Усы» участвовал в каннском «Двухнедельнике режиссеров»). И интерес к России у него не случайный: он вырос в семье советолога Элен Каррер Д’Анкосс, а в 2003-м делал документальную картину о городе Котельнич.

Алексей Цвелик, «Жизнь в невозможном мире»
Издательство Ивана Лимбаха, 2012

Книга крупного физика-теоретика, который определенно скромничает, говоря, что не считает себя писателем. «Жизнь...» — довольно необычный «опыт философской биографии», композиция, элегантно составленная из вполне серьезных ответов на вопросы о мироустройстве (часто — в форме этакой литературной медитации) и исторических анекдотов с участием больших ученых (из которых можно узнать, как жил и работал настоящий, а не придуманный Стругацкими НИИ чародейства и волшебства, в миру известный как Институт Ландау).

Сьюзен Зонтаг, «О фотографии»
Ad Marginem/Гараж, 2012

Издательство Ad Marginem начало сотрудничать с центром современного искусства «Гараж». Вместе они будут выпускать ранее не издававшиеся на русском книги по искусству и культуре. Первые плоды союза: cборник статей Бориса Гройса «Политика поэтики», «Краткая история кураторства» Ханса-Ульриха Обриста и эссе Джона Берджера «Блокнот Бенто». «О фотографии» — сборник критических текстов философа-суперзвезды, публиковавшихся в журнале New York Review of Books и собранных автором под одной обложкой в 1973-м. Фото у Зонтаг — не только одно из визуальных искусств, но опыт, меняющий отношение к миру, и, более того, мощная сила, влияющая на сам мир. Странно, что до сих пор никто не решался перевести и опубликовать текст Зонтаг в России — и как мы только жили?!

Ханна Арендт, «Ответственность и суждение»
Институт Гайдара, 2012

Арендт — выдающийся философ, историк и политолог, разобравший по косточкам феномен тоталитаризма. Ее работу «Банальность зла. Эйхман в Иерусалиме» (1963, русский перевод 2008 года) следует прочитать каждому, кто хотел бы узнать границы зла и максимально близко приблизиться к ним. «Ответственность и суждение» (2003) — сборник эссе, написанных в последнее десятилетие жизни, с 1965 по 1975-й годы, и впервые опубликованных в 2003-м. Эти тексты на первый взгляд тоже о зле, уже не связанном с политикой и идеологией. А в конечном счете — о человеческой природе.

Кристофер Сэндфорд, «Роман Полански»
Рипол Классик, 2012

Практически любая картина Романа Полански (хоть «Ребенок Розмари», а хоть и провалившиеся в прокате «Пираты») становилась этапным событием. При этом жизнь режиссера всегда вызывала у общественности еще больший интерес, чем его работы. У автора биографии Сэндфорда — точно, поэтому в этой очень тщательной книге о полном опасных приключений жизненном пути Романа написано больше, чем о фильмах. Впрочем, все очень профессионально: Сэндфорд щедр не только на детали голливудского периода (до биографии вечного изгнанника матерый журналюга Сэндфорд прославился жизнеописанием Курта Кобейна, Дэвида Боуи, Пола Маккартни и — снова здравствуйте — Кита Ричардса): автор припомнил даже то, как секретарь польской компартии Владислав Гомулка швырялся пепельницей в экран после просмотра «Ножа в воде».

Артур Ленниг, «Штрогейм»
Rosebud, 2012

Независимое издательство, название которого вдохновлено «розовым бутоном» из фильма Орсона Уэллса «Гражданин Кейн», с периодичностью раз в год выпускает по одной монументальной книге о кино. По большей части это биографии: Луизы Брукс, Вернера Херцога, Орсона Уэллса и Стэнли Кубрика. Новый герой — Эрих фон Штрогейм, самый желчный и циничный из монстров кинорежиссуры, великий трикстер, снимавший масштабные немые фильмы (почти все искалечены продюсерским вмешательством) и в конце концов изгнанный из профессии. Штрогейм известен и как актер, игравший в картинах Жана Ренуара и Билли Уайлдера. Ленниг создает биографический эпос, в котором поражения не отличить от побед. Поучительно, даже если классика кино вас в принципе не интересует.

Энцо Сичилиано, «Жизнь Пазолини»
Лимбус Пресс, 2012

Эта биография, написанная через три года после убийства Пьера-Паоло Пазолини (1978), довольно ловко совмещает историческую хронику (римский писатель и критик Сичилиано был на короткой ноге с ключевыми фигурами 1970-х) и чувственный, полный поэтических цитат рассказ о друге-герое, который предстает практически святым. Что, конечно, ни разу не соответствует действительности.