Курбан-байрам в Москве. Репортаж

Праздник жертвоприношения — главный праздник в исламе. В этом году он празднуется 15-17 октября

Фото: РИА "Новости"
Фото: РИА "Новости"
+T -
Поделиться:

Сегодня мусульмане отмечают Праздник жертвоприношения (Курбан-байрам).  Он посвящен драматическому эпизоду, описанному еще в Ветхом завете -   жертвоприношению Авраама (в исламской традиции - Ибрахима).  Ибрахиму явился ангел и приказал убить сына во славу Аллаха,  но едва тот занес нож, как ангел сделал так, чтобы нож не смог резать. Ибрахим, таким образом, проявил безграничную покорность, а Аллах - безграничное милосердие.  Вместо сына зарезали барашка - и теперь мусульмане каждый год приносят ритуальную замещающую жертву.  

Основные мероприятия в Москве проходят у Московской соборной мечети (станция метро “Проспект Мира”), а также около Московской исторической мечети, расположенной на Большой Татарской улице, дом 28. Некоторые улицы возле мечетей перекрыты; список перекрытий приводится в сообщении на сайте московского ГИБДД.

Празднование Курбан-байрама в Москве традиционно связано с массовым скоплением мусульман возле мечетей и на специально организованных  площадках для совершения намаза. В августе власти Москвы заявили, что в столичных парках таких площадок  организовано не будет.

В этом году праздник в Москве проводится при повышенных мерах безопасности. Из-за воскресного погрома в Бирюлево полиция усилила охрану общественного порядка, чтобы не допустить межэтнических конфликтов.

Второй по важности праздник - Ураза-байрам, окончание священного месяца Рамадан  - в августе в Москве отпраздновали 150 тысяч мусульман. По оценкам, в  праздновании Курбан-байрама также примут участие не менее 150 тысяч человек.

 Евгений Бабушкин:

Еще в метро, на переходе, толпа сменила облик. Вверх по рыжей ветке - поток молодых мужчин в одинаковых джинсах, в черных куртках из кожзама. Обратно -  работяги обычного, здешнего, пестрого вида. Приехали. «Проспект Мира». Доброе утро.

 Евгений Бабушкин:

Главные приметы этого утра: огромное число цыганок-попрошаек и живописные конные полицейские. Цыганок они не трогают: это в буквальном смысле ниже их достоинства. Улица Щепкина частично перекрыта внутренними войсками. Унылый  рев мегафона: "Проходим в сторону мечети. Не задерживаемся".

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Евгений Бабушкин:

А вот что происходит внутри, за пищащими металлоискателями. Понимаю, почему это кого-то может напугать. А мне весело - как в отпуск съездил. Народу... не знаю, сколько тут народу. Тысячи. Десятки тысяч.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

Эскалатор метро Проспект Мира, любопытствующий мужчина снимает верующих на портативную камеру: "С праздником! Не волнуетесь?". "А что волноваться? - в ответ, и потом на камеру - Всем, кто живет в России , здоровья!". Серьезность на лицах - это явно не напряжение, а ожидание обращения духовного лидера.

 Евгений Бабушкин:

Поет муэдзин, стрекочет полицейский вертолет, огромная толпа хранит молчание. Тут красиво. И ирреально.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Евгений Бабушкин:

Как всякий журналист, жду бучи и махача. Как всякий порядочный человек, надеюсь на мирное развитие событий. Сюда никто не сунется, это вам не Бирюлево. Аккуратные ряды верующих напоминают боевое построение. Организованная религия - страшная сила.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

У полицейских, стоящих в переходе, спрашивают: "А чего автоматы-то не дали?" - "Сами не понимаем".

 Юлия Гусарова:

ОМОНовец грубит верующему, старику с костылем, явно уже впавшему в детство, потому что идет мимо кордона. Молодой рядом напрягся, но конфликт разрешился.

 Анна Карпова:

Сокольники.

В метро и на улице нет никакого усиления, быстрым шагом в сторону павильона номер 2 парка Сокольники среди инсталляций из матрешек движутся мужчины тех самых национальностей, которые не приветствуют русские (и не очень) патриоты.

 Евгений Бабушкин:

Не могу заняться любимым делом - подслушивать разговоры. Не понимаю ни слова! Впрочем, звучит и русская речь - но говорят о мелком, о еде, о заработках, как в церкви,  в общем. Кстати, я тут пока единственный немусульманин. Кажется, прочие журналисты решили не рисковать.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

Метров за 200 до мечети молодые люди с длинными бородами вежливо, но твердо попросили меня дальше не идти, в этот момент запел муэдзин.

 Евгений Бабушкин:

Понял наконец, что делает эту толпу такой странной. Ни одной женщины. Ни одного ребенка.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

ОМОНовец надрывается в мегафон: «Проходим прямо в сторону мечети! Не задерживаемся на рынке». Молодые люди спешно расхватывают коврики для молитв и четки. Торговец ими - колобок с белесой бородкой и московским выговором.

 Юлия Гусарова:

Один из солдат, прочесывающих проспект, сделал круглые глаза: "Как вы тут оказались?!" - остальные, услышав, тут же свернули шеи в мою сторону: в радиусе ста метров я мало того, что единственная не-мусульманка, я единственная женщина.

Фото: Юлия Гусарова
Фото: Юлия Гусарова

 Евгений Бабушкин:

Молитву транслируют через эдакие фургончики, к которым и предпочитают жаться журналисты. Только что была проповедь, но звук дрянь, слов не разобрать. Зато муэдзин поет чисто и прозрачно, как в Иерусалиме.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

Троица молодых узбеков снимает на телефоны зависший над проспектом вертолет.

 Евгений Бабушкин:

"Намаз сейчас начнется, а вы с телефоном играете!" - с укором говорит сосед. Прости, дружище, не играю - работаю. Солнце наконец взошло.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

Солдаты иногда слишком усердно провожают верующих на намаз, хватая за куртки и отводя от палаток.

 Юлия Гусарова:
Зазвучала молитва.

 Евгений Бабушкин:

Кажется, правда пора валить на удобную наблюдательную точку. Еще чуть-чуть - и не выберусь, народ-то прибывает. Впрочем, никакой давки. Фаланги невозмутимых верующих.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 

 Анна Карпова:

Сокольники.

Чувствую себя очень неловко, похоже, я единственная девушка в этом павильоне, где собралось уже около двух тысяч мужчин. Они слушают проповедь, некоторые снимают на телефон, в том числе меня. В проповеди рассказывается о том, почему в этот праздник режут баранов, но так как я пропустила половину рассказа, не решусь его воспроизводить своими словами.

 Анна Карпова:

Сокольники.

Стоить предупредить, что я совершенно незнакома с этой религией, не знаю, что как называется и в каком порядке проходит. У меня нет никаких предрассудков, вот только традиция жертвоприношения мне категорически неприятна и я считаю это варварством. Тем временнм павильон номер 2 парка Сокольники наполняется верующими.

 Евгений Бабушкин:

Вся эта бесконечная площадь хором поет тахрим - возносит молитву перед началом намаза. Чисто животный эффект многотысячной толпы: самому петь захотелось. Но не стал, а вместо этого нашел второго человека в шляпе. Теперь тут не так одиноко.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Евгений Бабушкин:

Объявляют, что праздник будут транслировать на всю страну - Первый канал. Верховный муфтий - вероятно, это он, я же только голос слышу -  призывает вести себя прилично, не вставать невовремя. "Мы все искренне, со слезами на глазах совершаем намаз. Давайте будем терпеливы!".

 Евгений Бабушкин:

Сейчас начнется!

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Анна Карпова:

Сокольники.

Последние полчаса слушаю, как правильно выбрать животное для жертвоприношения. Возраст, вес, здоровье. Праздничную молитву обещают начать через 10 минут.

 Юлия Гусарова:

Служба началась. Мужчины лишь шевелят губами, вторя пению из динамиков, но из этой совокупности еле слышных звуков вырастает шум, подобный шороху гравия.

 Юлия Гусарова:

Перед намазом разулись единицы, холодно.

 Евгений Бабушкин:

Верховный муфтий обращается к верующим - вначале по-арабски, потом по-русски. Его учили те же люди, что патриарха Кирилла  - манера торжественной речи у обоих одинакова. Муфтий вкратце об'ясняет, зачем во славу Аллаха совершать жертвоприношение.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

Во время обращения муфтия его речь начали перекрывать православные колокола.

Фото: Юлия Гусарова
Фото: Юлия Гусарова

 Евгений Бабушкин:

Муфтий ругает грех высокомерия на примере стран и наций, которые ставят себя выше других. О ком это он? Поброжу пока по улице Дурова. Жаль, снаружи не так интересно, как внутри.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Анна Карпова:

Сокольники.

Все еще приходят опаздывающие, сразу у дверей садятся совершать молитву с остальными. Некоторые умудряются еще и снимать на телефоны и планшеты

 Юлия Гусарова:

Муфтий цитирует Мухаммеда: "Араб не имеет превосходства над не-арабом, не-араб не имеет превосходства над арабом. Белый не имеет превосходства над черным, черный не имеет превосходства над белым, а один человек превосходит другого лишь благочестием и поступками".

 Евгений Бабушкин:

На пакетик обратите внимание. Глобализация!

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Евгений Бабушкин:

До того, как начал вещать муфтий, было хорошо. Чувствовалось дыхание честной веры, бедности, гордости - и одновременно покорности. А сейчас - скучно, протокольно, типа "Песни года". Ну вот, даже телеграмму Путина читают вслух - про "плодотворный диалог" и т.д. А теперь и Медведева.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

Зачитаны поздравления Собянина, Мениханова, Кадырова. Продавцы на импровизированном базаре задремали.

 Евгений Бабушкин:

Поздравления Кадырова и Рахимова зачитывают полностью, а Собянина - только пересказывают. Тем временем фотографы приготовили стремянки. На фото - Илья Варламов.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

По рядам верующих босиком ходят волонтеры с ящиками для сбора средств на строительство мечети.

 Анна Карпова:

Сокольники.

Как только молитва закончилась, треть мужчин повскакивала и направилась к своей обуви. Организаторы в зеленых жилетах, тоже мусульмане, останавливают их, просят дослушать проповедь о дружбе религий и национальностей. Мимо прошел мужчина с пачкой рекламных листовок "барашки от 6000 рублей", раздает верующим.

"Братья, если никто не торопится, помогите собрать ковры," — просят организаторы. Но братья куда-то торопятся.

Фото: Анна Карпова
Фото: Анна Карпова

 Евгений Бабушкин:

Муфтий продолжает. А я заскучал и почитал комментарии к репортажу. Нет, ну чего боятся эти странные люди из интернета? Курбан-Байрам - самое безобидное из того, что случается в Москве по утрам.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 

 Анна Карпова:

Сокольники.

"Уважаемые граждане, не задерживаемся, просьба разойтись," — вещает в мегафон полненький полицейский. Праздничная молитва в Сокольниках закончилась.

 Юлия Гусарова:

Спящая продавщица

Фото: Юлия Гусарова
Фото: Юлия Гусарова

 Юлия Гусарова:

Звучит призыв к намазу, верующие снова разуваются, но не все.

Фото: Юлия Гусарова
Фото: Юлия Гусарова

 Евгений Бабушкин:

Намаз начался.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Евгений Бабушкин:

"Ислам" - значит "покорность".

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Евгений Бабушкин:

Видно, что наш знакомый в шляпе - не кланяется. Ислам дозволяет это, если человек болен.

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Юлия Гусарова:

Намаз совершен, верующие собирают коврики, куски обоев, газеты и пакеты.

 Евгений Бабушкин:

Ну вот и все. Полезли профессиональные попрошайки, выстроились очереди в биотуалеты, разверулась торговля. Наверно, эта женщина сегодня отлично заработала, и ее крыша тоже. Праздник!

Фото: Евгений Бабушкин
Фото: Евгений Бабушкин

 Евгений Бабушкин:

Тут мясо, как на концерте Sex Pistols в 2008 году. Конная полиция не без удовольствия наблюдает за нами.

 Евгений Бабушкин:

С вами был Евгений Бабушкин. Ну, с праздником что-ли.

Трансляция завершена. Спасибо, что были с нами.

Комментировать Всего 11 комментариев

Дорогая редакция!

Спасибо за трансляцию. Но перед следующей трансляцией прочтите матчасть, пожалуйста. Чтобы не отправлять на освещение мужской молитвы девушек, например, тем самым немного смущая людей. Или чтобы удержаться от коммента "ислам значит покорность" под фото с кланяющимися.

Я не мусульманка и не носитель "(религии) головного мозга", но считаю важным хоть в общих чертах разбираться в том, с чем сталкиваешься в работе. Поэтому для своей работы (пришлось как-то привлекать "исламские" инвестиции) не поленилась и потратила некоторое время на изучение этой религии и культуры, чего и Вам желаю.

Чтобы вот не было таких репортов от Анны Карповой:

"Стоить предупредить, что я совершенно незнакома с этой религией, не знаю, что как называется и в каком порядке проходит. У меня нет никаких предрассудков, вот только традиция жертвоприношения мне категорически неприятна и я считаю это варварством. <...>"

Во-первых, если Вы журналист и освещаете событие - кого интересует, что именно Вам неприятно, и что именно Вы считаете варварством (при этом не будучи вообще в курсе сути религии и праздника)?

Во-вторых, если все же неприятность совсем нескрываема и непреодолима - зачем идете "освещать" праздник, посвященный тому, что Вам категорически неприятно?

В-третьих, кого Вы пытаетесь обмануть фразой про отсутствие предрассудков?

Фразы "Стоить предупредить, что я совершенно незнакома с этой религией, не знаю, что как называется и в каком порядке проходит" вполне было бы достаточно.

Извините за занудство.

Спешно проконсультировался у знакомого арабиста - говорит,  что "ислам" действительно означает "покорность", точнее  - "подчинение". 

Такаббаль Аллаху минна ва минкум!

Эту реплику поддерживают: Варвара Грязнова

Евгений, все верно. Но я не совсем о буквальном смысле (с которым все окей). Я о символическом понимании значения слова "ислам" - когда это не просто "покорность", а "покорность Богу и его Закону". Без вот этого уточнения меня немного коробят такие комментарии под такими фотографиями.

Может, я как-то неверно уловила, или, может, я слишком привыкла к толстым и тонким намекам под такими фото на якобы "пропаганду" рабского сознания исламом...Извините, если Вы не имели в виду такого - просто меня расстраивают такие "намеки". Как раз к Вашему освещению - кроме этого уточнения - у меня претензий почти совсем нет :) Хотя еще вот про отсутствие женщин с детьми улыбнуло.

Эту реплику поддерживают: Christina Brandes-Barbier de Boymont, Надя Аль-Ахмед

Я, разумеется, знал, что там будут только взрослые мужчины. Но одно дело знать, а другое - внезапно почуять,  что вот эта человеческая масса устроена совсем иначе, чем обычно.

Впрочем, любой репортаж - это остранение, это Наташа в театре.  

"я совершенно незнакома с этой религией..."

Меня тоже покоробила фраза журналистки, подобные высказывания говорят о непрофессионализме и определенном лукавсте, - все же это одна из основных мировых религий и не верится, что человек "совершенно незнаком" с ней.

Незнакома с сюжетом репортажа, но все равно иду освещать?.. Странно это

Поддерживаю, Варвара, ваше обращение к редакции. 

По-моему фразой про предрассудки она хотела сказать, что у неё нет предрассудков касательно ислама как такового, но к жертвоприношениям она относится крайне негативно (адепт какой бы религии их не совершал). 

Да и события таки проходили в парке/на улице, где имхо любая женщина имеет право быть.

Заодно тоже извиняюсь за занудство.

150,000 -- это не так много. Это примерно столько же, сколько русских в Вашингтоне и его окрестностях. И у меня никогда нет впечатления, что они все здесь заполонили.

Откуда такие цифры? Может, Балтимор посчитали? Нас, конечно, тут много, но чтобы сто пятьдесят тыщ..

Да, я считала Балтимор. Цифры, конечно, очень приблизительные. После Вашего комментария я полезла в Гугл, но данных мало, я нашла только, что русско-американцев в Вашингтоне и Мэриленде (они это тоже считают вместе) около 87 тысяч. Я думаю, те, кто считали, остальную толпу не включили (татар, узб. евреев, армян и так далее) -- но большинство-то говорит в основном по-русски.

Муфтий цитирует Мухаммеда:

"Араб не имеет превосходства над не-арабом, не-араб не имеет превосходства над арабом. Белый не имеет превосходства над черным, черный не имеет превосходства над белым, а один человек превосходит другого лишь благочестием и поступками"

Какие хорошие слова! Ах, если бы все 150000 слушали что говорит муфтий, а потом следовали бы его словам, как много проблем бы это решило. А то сходили, помолились, барашка съели - а дальше? Вообщем, как многие на Пасху. 

репортаж с религиозного мероприятия - вершина снобовской журналистики...то есть маразма

...не пойти-ли дальше - рассказать и показать миру в деталях процесс обрезания...

...или  поминальную пьянку на кладбище на Пасху...

...совсем плохи наши дела, дамы и господа...