Вадим Рутковский /

Римский фестиваль: израильские террористы прикрываются Путиным

Самая непредсказуемая и интересная секция Римского фестиваля — программа CinemaXXI, изобретение куратора Марко Мюллера, уничтожающее границы между кино и contemporary art'ом

+T -
Поделиться:

«Такие произведения в музеях надо показывать», — проворчит ретроград. «А мы там и показываем», — будет ему ответ. Основная площадка конкурса CinemaXXI (то есть и «Кино XXI века», и «Чинемакси») — построенный Захой Хадид центр современного искусства MAXXI. Его белые стены-волны уравнивают в правах кино и совриск.

Впрочем, авторы, собравшиеся в этой прекрасной утопической программе, границ в творчестве не признают и на критические потуги все разложить по полочкам не ведутся. Идеальный участник «Чинемакси» — «Непал форева» Алены Полуниной, некогда блистательной журналистки (мы вместе и счастливо работали в журнале «ОМ»), легко распрощавшейся с журнальным глянцем ради авторской документалистики. «Непал» лишь формально документальное кино, в котором Алена вывозит Сергея Малинковича и Виктора Перова, дуэт комичных лидеров партии «Коммунисты Петербурга», в Непал, на рандеву с тамошними единомышленниками. Это и приключенческий фильм, и фильм-приключение, запечатленная авантюра, которую мог бы сопровождать отдельно изданный каталог. Годится ли «Непал» для демонстрации в музеях? Да, как документация антропологического эксперимента и пример веселой политической игры. Подходит ли он мультиплексам? Уверен, тоже да: при всей необычности это полноценный фильм с незаурядным коммерческим потенциалом — и сатирическая комедия, и экзотическое кинопутешествие, и душевное buddy movie (я уже и забыл, но вот независимые источники напомнили, что сразу после просмотра — еще прошлой зимой — я назвал героев «Винни-Пухом и Пятачком под красным флагом»).

Другой российский конкурсант — «Бирмингемский орнамент — 2» (первую часть Марко Мюллер показывал еще в венецианских «Горизонтах»), ироническое и политическое видеоупражнение кинематографиста Андрея Сильвестрова и художника Юрия Лейдермана. «Атлас» — образец не столько кино, сколько ожившей живописи и пластической поэзии.

Это дебют выдающегося французского фотографа (или — здесь уместнее будет старинное определение его профессии — светописца) Антуана д'Агата: он своей камерой обнаруживает красоту в маргиналиях, грязной жизни проституток и наркоманов всей планеты. А португалец Марко Мартинш сделал новый фильм «Двадцать-один-двенадцать: День, когда не наступил конец света» в соавторстве с художником Микеланджело Пистолетто, чья выставка в конце нулевых проходила в ГЦСИ.

Там же, в ГЦСИ, совсем недавно показывали несколько работ едва ли не самого наглого артиста наших дней, израильтянина Роее Розена (о чем мы своевременно сообщали). В Рим Розен привез фильм «Видео "Погребенных заживо"». Зрители ГЦСИ и читатели «Сноба» уже знают, что Розен обожает мистифицировать публику, выдавая придуманных персонажей за настоящих. Новая работа объединяет архивы арт-террористической группировки «Погребенные заживо», все члены которой — выходцы из СССР. В фильме-конкурсанте собрано несколько видеозаписей «ПЗ», в трех из них (по отдельности уже показывавшихся на разных выставках) заложники «ПЗ» рассказывают исторические анекдоты. Первые «жертвы» — лидер творческого объединения «Левиафан» Михаил Гробман и его жена Ирина Врубель-Голубкина, редактор журнала «Зеркало»: под дулами автоматов эти достопочтенные и абсолютно реальные люди читают с листа «в форме диалога» анекдот об императрице Екатерине Великой, славившейся своими сексуальными аппетитами, надоевшем ей любовнике Понятовском, уставшем слизывать конскую сперму с царского бедра, и екатерининском наперснике Григории Потемкине.

Второй анекдот звучит на фоне плаката футбольного клуба «Зенит» и террориста в красном платье, рыжем парике и маске с лицом Путина (к отбывающему третий президентский срок политику Розен вообще неравнодушен: вот, например, свежий его проект «Ночь Владимира»). Рассказывает его палестинец Скандар Копти, сорежиссер отмеченного в Канне и номинированного на «Оскар» фильма «Аджами», — тоже настоящий человек, а не выдумка! Копти достался самый сложный и длинный — о святых, обсуждающих во времена реформ патриарха Никона мистический смысл диагональной перекладины на распятии. До чего они договорились, у меня рука не поднимается написать, но третий анекдот (он вложен в уста искусствоведа Яира Гарбуза) коротко перескажу, чтобы дать полное представление об отвязанности арт-беспредельщика Розена. В этом «анике» честный еврейский доктор Ефим, приговоренный Сталиным к расстрелу, уже у стенки впервые в жизни обращается к Богу и молит его — не ради себя, но ради жены и ребенка — совершить чудо. И чудо произошло: слон с двумя хоботами родился в Сенегале. Кроме анекдотов, в фильме есть эксперименты по оживлению предметов потребления — утюгу посвящена целая мини-опера: «Все знают, как становится горяч твой низ, как только нажимаешь кнопку!.. Силой-силушкой живой наполняйся, утюжок! Шевелись и задыши, как пирожок! Ну пожалуйста, попробуй, утюжок!»

Конечно, не все фильмы в «Чинемакси» такие же дикие — их (коротких и полнометражных) тут за 50, часть заступает на другую некинематографическую территорию — театр.

И самый добротный и консервативный из них — «Страх падения» Джонатана Демме, автора, на минуточку, «Молчания ягнят», сознательно поставившего крест на голливудской карьере. Он экранизирует спектакль Андре Грегори по ибсеновскому «Строителю Сольнесу» с Уоллесом Шоном в главной роли. Картина трогательно посвящена Луи Малю, некогда превратившему в фильм «Ваня на 42-й улице» спектакль Грегори и Шона «Дядя Ваня».

А открылись «Чинемакси» документальным фильмом Винченцо Марры «Администратор», и эту картину, в которой ничего революционного нет, тоже с полным правом можно отнести к самому актуальному кино ХХI века.

 

Герой Марры Умберто Монтелла занимает в неаполитанском кондоминиуме должность, аналогичную нашим начальникам ЖЭКов; чуть ли не единственный его кинематографический родственник — персонаж Нонны Мордюковой из «Бриллиантовой руки», не в чести жилищно-коммунальное хозяйство у кинематографистов. Потому что рутина, череда бытовых дрязг, денежных недоразумений и соседских распрей. Не героический какой-то герой выходит. А у Марры очень даже, стоик и подвижник, положивший жизнь на примирение соседей и решение бесконечных некиношных проблем, не растерявший энергии даже после тяжелой операции — Умберто оттяпали часть пораженного опухолью кишечника. Это фильм об обычных людях, от которого невозможно оторваться: потому что не бывает ординарной жизни, если за камеру берутся неординарные режиссеры.