Валерий Кошляков: Русские художники не получили на биеннале нормального места

«Винзавод» помешал Валерию Кошлякову реализовать свой проект, а в «Гараже» ему дали проходную стену

Фото: Леонид Леонтьев
Фото: Леонид Леонтьев
+T -
Поделиться:

Основным элементом в проекте «Недосягаемые» должна была быть башня, которую я хотел установить на площади «Винзавода». А к ней прилагалась выставка, которая должна была стать своего рода комментарием к башне.

Все заявки я подал еще в начале августа, потому что такие вещи не делаются в последний момент. Но меня продинамили, за три дня до открытия мне говорят: «Ну давайте делать, только нужно нашему инженеру дать расписку, представить план башни».

Ну несерьезно это все, какое-то русское разгильдяйство. Все в отпусках, никому ничего не нужно, никто не хочет брать ответственность на себя.

Мне дико жалко, что так вышло, потому что, если бы мне сразу отказали, я бы придумал что-то другое. Я написал: «Извините автора за то, что он не реализовал свой проект». Мне приходится объяснять посетителям, почему так получилось, — хотя я не должен этого делать.

Я думал, что «Винзавод» — это зона искусства, что там не надо ничего объяснять, а все оказалось так сложно.

Все-таки нужно ориентироваться на русских. А они такие деньги тратят на то, чтобы привезти немецкую выставку, которая, на мой взгляд, малохудожественная... Русским отдают часть места, где они и так выставляются, — это политика нехорошая.

В «Гараже» прекраснейшая выставка и прекрасный куратор, но Жан-Юбер Мартен все-таки ориентирован на западных художников, и я не видел ни одного русского художника, который получил бы там нормальное место. Я предлагал им разные проекты, связанные с фасадом здания, но получил только проходную стенку. Я не в обиде, просто основной упор был сделан на западное искусство.

И разрешение тоже дали не сразу, поэтому я не шибко доволен тем своим объектом.

Зато я долго готовился к проекту «Искусство или смерть» в РАХ на Гоголевском — вот там я знал, что делать. Не было ни кураторов, ни администрации, которая бы нам мешала.

Я думаю, что «Искусство или смерть» — это основная наша выставка на биеннале. Единственное, о чем я жалею, — что я не показал ее в середине года, а только на биеннале, когда очень много других событий. Но так получилось, что нигде больше живопись не представлена. Поэтому тот, кто хочет посмотреть живопись в Москве, должен идти на «Искусство или смерть».