Позитив и пустота

В прошлой жизни я имела некоторое отношение к пилотируемой космонавтике и, пользуясь возможностью, иногда забредала на семинары и конференции, напрямую не связанные с моей собственной работой. Меня интересовали в основном человеческие аспекты космических полетов: как проходит психологическая подготовка, с какими задачами и препятствиями сталкиваются ученые-психологи и группы психологической поддержки

Фото: ESA
Фото: ESA
+T -
Поделиться:

Психология жизни в изоляции — отдельная дисциплина, в которой я не являюсь специалистом, хотя точно знаю один основной постулат, можно даже сказать, заповедь: открытость в общении и прозрачность и полнота информации. Представьте себе, что вы сидите взаперти (ведь арктические экспедиции, погружения на подводной лодке и длительные космические полеты — это по сути заточение и есть), и источник информации у вас ровно один — канал связи, по которому «снаружи» приходит только то, что «с той стороны» решат послать. Атмосфера доверия складывается в том числе, когда человек, находящийся в изоляции, может быть уверен, что его группа поддержки знает его интересы, представляет и защищает их.

Хотя связь с внешним миром очень важна, не меньшее значение имеет атмосфера в коллективе, который работает в изоляции. На Земле, когда моделируют космические полеты, проводят в том числе и психологические исследования. Например, Московский институт медико-биологических проблем готовит к «запуску» проект «Марс-500». На 500 дней группа из шести человек будет полностью изолирована в условиях, аналогичных условиям полета на Марс. Если с космической станцией на околоземной орбите связь поддерживается регулярно, и задержка примерно в 5 секунд довольно быстро становится привычной в разговоре, то при полете на Марс по мере удаления от Земли звуковой сигнал будет идти до 20 минут. То есть обмен фразами «Привет» и «Сам привет» займет 40 минут. Значит, с Землей можно будет только переписываться, а все устное человеческое общение будет ограничено той группой, в которой ты живешь. Жизнь и работа окажутся неразрывно связаны между собой.

В обсуждениях полета на Марс возник любопытный психологический вопрос, связанный с тем, как человек воспринимает вид Земли из космоса. На станции Земля — доминантный объект, ведь высота орбиты станции всего 400 километров. По пути же на Марс Земля неминуемо сделается одной из точек на небе. Никто не знает, какое психологическое состояние может возникнуть у людей, оказавшихся в этой ситуации. Конечно же, можно создать виртуальные игры, показать картинки, но имитировать эту ситуацию на Земле невозможно.

Об этих и многих других интересных аспектах, о которых я так или иначе уже знала или по крайней мере слыхивала, разговаривали люди на семинаре, на который мне посчастливилось забрести пару лет назад. И вдруг вышел выступать человек, который явно не выглядел как ученый из знакомой отрасли. Он был единственным, кто не показывал графики (и вообще не сопровождал свое выступление никакими видеоматериалами), и тем не менее оказался самым интригующим докладчиком.

Речь шла о дисциплине, о которой я, кандидат психологических наук, никогда раньше не слышала: о позитивной психологии. А докладчиком оказался Мартин Селигман, отец-основатель дисциплины. Единственный мне известный отец-основатель, живущий и здравствующий до сих пор.

В прошлом председатель Американской психологической ассоциации, Мартин Селигман долгие годы работал в традиционном терапевтическом ключе, пока ему не пришел в голову вопрос: почему психология изучает (тщательно, систематически, научно обоснованно) психические расстройства, но не психическое здоровье? К психологам обращаются в депрессии, с проблемами, в лучшем случае в предчувствии неизбежных проблем. До самого недавнего времени не существовало раздела психологии, который мог бы, опираясь на научные исследования, посоветовать, что и как надо делать, чтобы сделать жизнь лучше, если к тому есть задатки и наклонности.

Я была так заинтересована этим двадцатиминутным выступлением, что сразу же по возвращении домой купила пару книг по позитивной психологии и прошла все онлайновые тесты. Всем, кто готов потратить на себя хотя бы полчаса, я от души советую их пройти. Регистрация на сайте совершенно безопасна. Они не просят денег и не рассылают спам. Подвоха нет: ученым просто нужно собрать как можно более широкую базу для исследований (протестированы уже десятки тысяч людей, и в надежности данных сомневаться не приходится).

Основные выводы такие: легче всего внутреннее чувство счастья дается врожденным оптимистам, ведь индивидуальная реальность человека состоит из объективных событий лишь отчасти — огромную ее часть определяет наша оценка происходящего. В результате тщательнейших и подробнейших наблюдений Мартин Селигман и его сотрудники пришли к выводу, что в спортивных состязаниях выигрывают команды, где все искренне верят в победу и говорят об этом вслух; что продажи выше всего у тех, кто считает неудачные попытки неизбежной частью процесса (сколько-то сделок все равно должно сорваться, и если не состоялась эта, значит я уже на пути к будущей удаче). На основании этих выводов Селигман с последователями разработали подробные рекомендации, как именно воспитать в себе позитивное восприятие жизненных событий.

Вот для того, чтобы в этом преуспеть, как раз и нужны тесты. По их результатам можно будет увидеть, какова ваша позиция относительно всех прочих составляющих вашей демографической группы. А главное, можно будет выявить собственные сильные стороны. Например, это может быть восприимчивость, сильно выраженная благодарность, доброта, любовь, щедрость, справедливость. Казалось бы, вещи очевидные, но, получая результаты тестов, человек начинает лучше понимать собственные реакции на происходящее и разбираться, как собственные сильные стороны направить себе на благо.

На том же сайте можно проверить собственный уровень счастья или оптимизма, проверить, сбалансированы ли в вашей жизни работа и все остальное.

Редкий случай, когда разговор затягивает в психологию, но не вынуждает при этом задумываться о прошлых болях и обидах.