Мария Эйсмонт /

23806просмотров

Градообразующая тюрьма. Репортаж

Мария Эйсмонт побывала в уральском поселке Сосьва, где бывшие заключенные и их бывшие охранники вместе вышли на митинг против закрытия колоний. Видеоверсию репортажа смотрите на сайте телеканала «Дождь»

Участники дискуссии: Сергей Кондрашов
Иллюстрация: William A. Smith
Иллюстрация: William A. Smith
+T -
Поделиться:

Рыжего мужчину в первом ряду митингующих было трудно не заметить. Он был в наколках и держал плакат «Нет закрытию колоний!»

На всякий случай я уточнила, откуда наколки. Нет, я не ошиблась, он действительно сидел, правда давно, «по глупости, по малолетке». Сейчас же он пришел на площадку перед зданием администрации в поселке Сосьва, чтобы протестовать против закрытия здешних колоний. Всего на площадке собралось человек двести. Организаторы митинга — самого массового в поселке за последнее десятилетие — местные бизнесмены. Администрация формально согласовала мероприятие, а негласно еще и поддержала: не будет колоний — не будет доходов в местный бюджет.

Фото: Мария Эйсмонт
Фото: Мария Эйсмонт

— Сколько тебе заплатили, что ты сюда вышел? — провоцирует его стоящий рядом мужчина.

Рыжий человек в наколках не сразу понимает, что у него спрашивают, а потом заметно обижается:

— Нисколько. Я сам пришел! Если прикроют зону, то тут вообще все без работы останутся. И будет как в Пуксинке.

Фото: Мария Эйсмонт
Фото: Мария Эйсмонт
Депутат Сосьвинской думы Ольга Прокопенко

Поселок городского типа Сосьва в 450 километрах на север от Екатеринбурга с населением чуть больше 7 тысяч человек уже давно живет за счет колоний — двух строгого режима и одной лечебной для больных туберкулезом. Бывшее градообразующее предприятие — деревообрабатывающий комбинат — давно обанкротилось и сейчас представляет собой пустую территорию с заброшенными разваливающимися строениями, по которой бегают бездомные собаки и через которую рыбаки сокращают путь к речке.

Фото: Мария Эйсмонт
Фото: Мария Эйсмонт
Депутат Сосьвы

«А я еще помню те времена, когда приехал итальянец, они тут новое оборудование устанавливали, ряд новых станков, — вспоминает депутат местной Думы от ЛДПР Рустам Сейтмагамбетов. — Все это функционировало, работало, а потом смена руководства, дележка власти и, соответственно, развал. — Рустам разводит руками. — Теперь у нас основная масса народу работает на колонию. И получается как градообразующее предприятие». Он смеется, хотя термин «градообразующее предприятие» по отношению к исправительным колониям уже давно тут никого не удивляет. «Других таких учреждений, организаций, получается, нету».

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором
Остатки комбината в Сосьве

Слухи о закрытии колоний взбудоражили поселок. Окончательного решения пока нет, но в Сосьве знают, что по ночам воронки вывозят заключенных. Об этом говорил глава округа, об этом говорят на улице и в столовой. Депутат Ольга Прокопенко — учитель истории в поселковой школе, а заодно и в колонии — каждую неделю, приходя на занятия, недосчитывается нескольких учеников и слышит: «Увезли». «Особенно обидно за тех, кому скоро сдавать ЕГЭ, — говорит она. — Куда их переводят? Дадут ли им возможность там учиться?»

Большинство жителей поселка Сосьва так или иначе связаны с исправительными учреждениями: они либо там работали, либо отбывали наказание. Глава Сосьвинского городского округа — сам бывший сотрудник ФСИН.

— Никто никому согласия на ликвидацию пока не давал, — говорит он. — Насколько я знаю, в колониях активно вывозят осужденных, вот и все. ГУФСИН, может быть, не считает, что ему необходимо провести какие-то совещания, встречи с главой городского округа.

Фото: Мария Эйсмонт
Фото: Мария Эйсмонт

— Почему закрывают?

— Причина непонятная. Если посмотреть рейтинг по ГУФСИНу и взять наши колонии — у них есть определенный рейтинг по разным показателям. Колонии работают неплохо. Если в этом году они проводят ликвидацию, нам денежные средства не поступают, область нам не может помочь компенсировать, мы будем вынуждены некоторые свои внутренние программы свернуть. Если колония будет ликвидирована, нам же надо людей будет обеспечивать рабочими местами. Сейчас где-то найти другие источники доходов — это тоже вопрос. Люди волнуются, они же видят что в Пуксинке произошло. Можете съездить посмотреть.

«Проблемы там, безусловно, есть, жалобы оттуда приходят, — рассказывает Дмитрий Рожин, член общественной наблюдательной комиссии за местами лишения свободы Свердловской области. — Это в основном, естественно, жалобы на бытовое обеспечение, на оказание медицинской помощи, жалобы личного характера, связанные со свиданиями. Мы приезжали в холода, были жалобы на плохую работу котельных, на замерзание самого спецконтингента в бараках».

Правозащитники считают, что есть другие исправительные учреждения, которые необходимо закрыть. Например, вторую колонию в центре Екатеринбурга. «Никому в Екатеринбурге, если по-честному спросить, в центре колония не нужна, — продолжает Дмитрий. — Заодно у главка, как говорится, исчезнет лишний очаг напряжения, потому что слава у второй колонии очень нехорошая, говорят о пытках. Постоянно поступают жалобы об избиениях, о странных смертях. То, чего о колонии с периферии и не услышишь».

Фото: Мария Эйсмонт
Фото: Мария Эйсмонт
Жители Пуксинки

В ГУФСИН по Свердловской области причины возможного закрытия сосьвинских колоний — до конца, уверяют там, вопрос о закрытии не решен — объяснили сокращением учреждений, удаленных от большой земли, с отсутствием капитальных строений и изношенным жилым фондом.

«Если учреждение будет ликвидировано, то мы предоставляем трудоустройство, у нас есть все возможности, — говорит Александр Левченко, глава пресс-службы областного ФСИН. — У нас много колоний и всегда есть, куда всех устроить. Люди получали льготы, жилищные сертификаты и живут в Свердловской области и за ее пределами. Думаю, средства массовой информации и ряд общественников все это преувеличивают. За эти годы были ликвидированы десятки колоний и тысячи людей, где эти недовольства? Люди все получили».

Люди — это прежде всего сотрудники ГУФСИН и, во вторую очередь, вольнонаемные, работавшие в колонии. Местный малый бизнес — владельцы кафе, магазинчиков, обслуживавших тех, кто работал в колонии, — ничего не получает, кроме убытков. Именно бизнесмены организовали митинг, они же активно собирают подписи для отправки в Екатеринбург.

«Если год назад я свой дом могла продать за полтора миллиона, даже за два, если с ремонтом, коттедж новый, — прикидывает хозяйка столовой Наталья Жуйкова, — то на сегодня максимальная цена 600 тысяч. А у меня четверо детей».

Фото: Мария Эйсмонт
Фото: Мария Эйсмонт
Глава сосьвинского городского округа Алексей Сафонов

Столовая в Сосьве — аналог ресторана: здесь празднуют дни рождения и гуляют на корпоративах. «У меня всегда колонии заказывали вечера, гуляли своими коллективами. В этом году я встречаюсь с ними и говорю: “Почему нынче не гуляете?” — “А какое настроение гулять?” Все сидят молча на своих рабочих местах».

— Нам страшно, — говорит Елена, владелица нескольких магазинов продуктов и спиртного. — У нас даже 8 марта торговля прошла, можно сказать, на ноль. Думаем, что на фоне слухов о закрытии. Люди боятся, видать, даже и тратить деньги на что-то, потому что не знают, на что дальше жить на фоне кризиса.

— Идти предпринимателям некуда. Даже если нам уезжать — не с чем, — говорит Наталья.

— Не с чем на самом деле, — соглашается Елена. — Получается, мы основные, кто пострадал.

— Закроют колонию — мы закроем свой бизнес. Не будет смысла, нам нечем будет платить им зарплату.

Митингом предприниматели остались не очень довольны: людей вышло меньше, чем ожидалось. Не пришли действующие сотрудники ФСИН и члены их семей, а это несколько сот человек.

— Один человек может закрыть, а чтобы это остановить, нужно как минимум тысячи три. Все-таки для нашего сегодняшнего митинга должен быть очень хороший организатор, — рассуждает Елена.

— У нас всю жизнь пуганый народ, — вступает Рустам. — Не боюсь сказать этого.

— Да, — соглашается Наталья, — вояки идут в приказном порядке голосовать.

— Я даже не буду скрывать, вот наша оппозиционная партия ЛДПР, — продолжает Рустам, — всегда с нами идет народ, который голосует за нас. А за них идут в приказном порядке. Или административный ресурс.

— Даже их жены не пошли, — говорит Наталья. — Я сама разговаривала: давай пойдем на митинг. — Нет, мне муж сказал: сиди дома».

— Но был же где-то случай, — продолжает она. — Кажется, в Ивделе тоже хотели закрыть много лет назад колонию. Мне кажется, там люди тоже вышли. Там вышли вместе с военнослужащими и все отстояли.

— Ну ничего, пойдем по домам собирать подписи. Будем рассылать, наверное, во все инстанции. Бить во все колокола.

— Вам кажется, вы сможете повлиять? — спрашиваю бизнесменов.

— Мы надеемся.

— Надежда умирает последней.

— Иначе будет как в Пуксинке.

Фото: Мария Эйсмонт
Фото: Мария Эйсмонт
Глава Пуксинки

Это было как минимум десятое упоминание Пуксинки за день. «Вам стоит туда съездить посмотреть. Только вы не доедете, наверно». Читать дальше >>

Читать дальше

Перейти ко второй странице

Читайте также

Комментировать Всего 1 комментарий

Корткая у людей память. Им кажется, что это сейчас в Сосьве начался упадок. На самом деле, все последние шестьдесят лет были периодом постепенной стагнации и сокращения населения. Эпохой настоящего процветания Сосьвы, когда её население росло как на дрожжах, когда строились школы и создавалась вся социальная (да и инженерная) инфраструктура, были 1930-1955. Вот тогда лагеря были........ Народу в них........Нынешние - жалкая тень былого блеска. Еще в 1935 году в Сосьве было около 5000 постоянных жителей, а к 1955 население увеличилось втрое. Ну а потом только сокращалось...

 

Новости наших партнеров