С улицы — в коллекцию: зачем идти на Стрит-арт маркет в Петербурге

Уличный опыт художников продолжается и трансформируется в их студийных работах. Эксперименты с медиумами и рефлексия обогащают творчество в городской среде, а её энергия и масштаб, в свою очередь, находят отражение в холстах, графике и объектах. В итоге эти два пространства не спорят, а питают друг друга.

Даниил Семикрас

В своём творчестве Даниил соединяет личный опыт с исследованием заброшенных пространств и городской среды. Его работы фиксируют ускользающие моменты и являются своеобразным визуальным дневником.

Творчество художника — и уличное, и студийное — построено на символах и образах, которые не сразу считываются рационально. О том, как рождается этот язык, он рассказывает сам:«В процессе создания работ я намеренно переключаюсь между состояниями: с рациональной и логичной проработки на неосознанное рисование и наоборот. Таким образом я достаю из подсознания образы, которые лишь спустя некоторое время могу осознать логически, увидеть новую взаимосвязь символов, понять их смысл и сделать вывод — как о себе, так и об окружающей реальности. В какой-то мере этот метод похож на игру в нарды, где бросок костей задают случайность, но ходы игрока логично направляют его», — говорит Даниил Семикрас.

Художник работает в смешанной технике: использует аэрозоли, пастель и разные виды красок. Это даёт ему свободу и позволяет создавать фактуры, которые становятся таким же языком образа, как и цвет. Сам способ нанесения дополняет образ и несёт в себе смысл.

Люба Лисицына

Уличная художница с академическим образованием. Городское пространство Петербурга ценно для неё плотностью смыслов и образов.

На улице Люба часто строит работу на повторяющемся рисунке: архаичные персонажи задают ритм, а их упрощённые формы складываются в единый паттерн. Постепенно фигуры становятся всё менее узнаваемыми — и всё больше напоминают иероглифы. Повтор создаёт паттерн, а паттерн подготавливает почву для более глубокого нарратива.

В студийной практике художница не боится экспериментов с медиумами. На маркете, помимо холстов, будут представлены её работы из угля и фарфора. Уголь для неё — материал с внутренним противоречием: это след горения, остаток чего-то уничтоженного и одновременно то, из чего рождается новое изображение. Через уголь Люба работает с темами цикличности, разрушения и повторения истории.

О том, зачем ей эта двойственность, художница говорит сама: «Когда рисуешь на улице, у тебя есть одно бесспорное преимущество — отсутствие заказчика и необходимости согласовывать свои идеи хоть с кем-то, кроме собственной совести. Pure art. Но искушение наступает, когда художник пытается перенести уличную практику в студию: буквально те же картинки, только на холсте или бумаге. Мне стало интересно создать единую экосистему, в которой уличные и студийные работы не дублировали бы друг друга, а дополняли и обогащали. Так появилась вязь из повторяющихся фигур, оплетающих город сеткой. На этой глубине появляются студийные работы. Так уличная практика становится не источником сюжетов для студийных работ, а входом в более глубокий пласт моей художественной системы».

Матвей Шапиро

В городской среде Матвей Шапиро известен деревянными ассамбляжами. Он берёт предметы с утилитарной функцией, разбирает их на элементы и деконструирует — а после собирает из этих деталей новые объекты, выстраивая собственные структуры.Работы художника строятся вокруг формы — её поиска, изменения и нового воплощения. В них чувствуется инженерная логика: независимо от того, работает ли автор с деревом, графикой или текстом, его подход остаётся аналитическим.

В графических работах художник взаимодействует с текстом: цитаты из авангардной поэзии и советского кино соседствуют у него с вопросами и высказываниями без субъекта. Визуально его стиль продолжает линию русского авангарда и конструктивизма. При этом современная подача и композиционные решения делают работы не иллюстрацией традиции, а её продолжением.

Кирилл Кто

Кирилл Кто — знаковая фигура отечественного стрит-арта. Москвичам он известен благодаря фирменным разноцветным шрифтам и глазам, вырезанным в фасадных сетках. Его художественный метод, сложившийся в середине 2000-х, находится на стыке граффити и поэзии.

Визуальный облик надписей выделяется яркой, разноцветной гаммой и по-детски наивной формой. Этот язык автор перенёс в графику, сохранив прямой контакт со зрителем.

Владимир Чернышёв

В практике художника сочетаются студийная работа и создание site-specific инсталляций. У этих объектов нет финальной версии: они меняются под влиянием среды. В своих работах Чернышёв обращается к темам временности и распада, смещая внимание с «мира для человека» к «миру без нас».

Центральный проект художника «Загородные практики» начался в 2013 году и продолжается до сих пор. Это объекты, созданные в садовом массиве под Нижним Новгородом. Проект существует независимо от институций, а его точные координаты не публикуются. Именно работы из «Загородных практик» легли в основу произведений, представленных на маркете.

Офорт на хлопковой бумаге «Замок» создан в поддержку одноимённой инсталляции — огромного деревянного замка-лабиринта, покрытого гудроном. Эта работа стала самым масштабным и впечатляющим проектом «Загородных практик». В офорте, выполненном в технике глубокого травления и сухой иглы, переданы образ и фактура замка — пространства, которое врастает в природу и одновременно спорит с ней.