Все новости

Партнерский материал

Почему средняя школа — худшее, что случалось с нашими детьми

Участники проекта «Сноб» Сергей Кузнецов и Екатерина Кадиева запускают новый образовательный проект — среднюю школу для детей со всего мира Le Sallay International Academy. Она строится на чередовании онлайн-занятий и напоминающих образовательные лагеря очных сессий, которые проходят четыре раза в году во французском замке. Презентация школы пройдет в США: в Нью-Йорке, Силиконовой долине и Массачусетском технологическом институте (Бостон). В отличие от лагерей или образовательных курсов, школа считается одним из самых сложных проектов как в запуске, так и в реализации. Зачем все это нужно, как это будет работать и почему именно средняя школа — рассказывает основатель проекта

1 Ноябрь 2018 19:00

Фото: Le Sallay International Academy

За последние несколько лет мне довелось разговаривать с родителями детей 10–14 лет из самых разных стран, и, к моему удивлению, почти все эти родители оказались уверены, что именно в их стране для детей этого возраста со школьным образованием все обстоит очень плохо. Американцы верят, что со средней школой все нормально в Европе, европейцы — что в Америке, русские эмигранты мечтают о хорошей московской школе, а москвичи — об образовании «как на Западе». Ничего подобного не наблюдается в случае начальной школы или high school, и это не случайно: средняя школа в самом деле остается серьезной проблемой во всем мире. Более того, различные исследования показывают, что за первые годы обучения в средней школе у детей падает мотивация к учебе и даже способность к пониманию текста.

Мне кажется, одной из причин является то, что по большому счету почти никто не знает, чему и как надо учить детей в этом возрасте. Когда ребенок только пришел в школу, перед ним стоит множество сложных задач: социальных и интеллектуальных. Учителя знают об этом и помогают ему в их решении. В старших классах, когда подросток уже начинает определяться с тем, чем он будет заниматься в дальнейшем, он уже готов погрузиться в выбранную область и с ним можно решать сложные задачи (если он склонен к математике) или читать сложные книги (если он собирается быть гуманитарием). А вот что делать с ребенком в средней школе — непонятно: читать и считать его уже научили, а по-настоящему серьезные знания ему вроде бы еще рано давать. К тому же непонятно, стоит ли будущему экономисту забивать себе голову детальной историей мировой литературы, а филологу — изучать теоретическую физику, поэтому все сложное и интересное не сговариваясь откладывают на старшие классы. А в средней школе основное время, как правило, уходит (в зависимости от страны и конкретной школы) на выработку у детей общих идеологических ценностей, дальнейшее развитие социальных навыков или занятия физкультурой и спортом.

В результате мы имеем то, с чего я начал: дети, привыкшие в начальных классах к интеллектуально насыщенной среде, в последующие годы зачастую сталкиваются с тем, что школа перестает быть для них местом интеллектуальной нагрузки. Им становится скучно, желание учиться пропадает, мотивация падает, а родители в один голос говорят, что со средней школой в их стране проблема.

Фото: Le Sallay International Academy

Что делают родители? Они придумывают, чем занять детей вне школы, отдавая их в самые разные кружки. Самые решительные вообще забирают детей на домашнее обучение — не случайно количество хоумскулеров последнее десятилетие растет во всех странах. К тому же теперь необязательно обучать ребенка самому — можно найти учителя в интернете, и ребенок будет заниматься онлайн. Статистика показывает, что по крайней мере в Америке академические результаты хоумскулеров лучше, чем у школьных детей, и это еще одно доказательство того, что средняя школа не очень хорошо справляется со своими задачами.

В том же самом убедились и мы за те годы, что делаем «Марабу» — образовательный лагерь, где дети со всего мира увлеченно занимаются математикой и гуманитарными науками от шести до восьми академических часов в день. Мы увидели, что с детьми от 10 до 14 лет можно говорить почти обо всем, о чем говорят со старшеклассниками. Поэтому, когда мы приглашаем читать лекции университетских преподавателей, многие из них поражаются, насколько дети схватывают все быстрее, чем студенты. В свою очередь, дети, приехавшие из разных стран, часто сознаются в том, что в их хороших частных школах они скучают на уроках, а у нас даже полтора часа пролетают незаметно.

При этом мы никогда не вводили никакого вступительного экзамена и не отбирали детей по результатам тестов или, как это иногда бывает, убедительности мотивационного письма. Поэтому к нам приезжают не только дети, которых принято называть «одаренными» или «талантливыми» и про которых и так известно, что они любят учиться, но и те дети, которых неполиткорректно называют «сложными»: несдержанные, непоседливые, с плохой концентрацией. Такие дети часто не любят ходить в школу — еще и потому, что иногда у них не складываются отношения с одноклассниками. Но в «Марабу» и эти дети неожиданно открывают для себя, что общаться со сверстниками может быть приятно и интересно, а учиться — это здорово и увлекательно.

Уже после первых лагерей «Марабу» родители стали просить нас придумать какую-нибудь круглогодичную программу, чтобы тот интерес к учебе, который возникал у наших детей летом, не исчезал, когда они возвращались в школу. Сначала мы отказывались, потом стали думать, как мы можем решить эту задачу — довольно сложную, особенно учитывая, что «наши» дети приезжают к нам из самых разных стран.

Фото: Le Sallay International Academy

Конечно, первое, что пришло нам в голову, — это онлайн-школа. У нас есть преподаватели, есть ученики, есть интернет — за чем же дело стало? Тем более что многие наши преподаватели сами читали онлайн свои курсы. Но когда мы начали обсуждать с ними эту идею, мы поняли, что как раз для детей 10–12 лет онлайн-обучение не очень хорошо подходит — точнее, не очень хорошо подходит, если дети не знакомы с преподавателями и не имеют возможности время от времени встречаться с ними живьем. Лицо на экране монитора не может заменить ребенку живого учителя, ведь, общаясь с компьютером, трудно сохранить и концентрацию, и мотивацию. Не случайно статистика показывает, что даже далеко не всякий взрослый доходит до конца своих курсов на Coursera.

Поэтому мы придумали смешанный формат. В начале года мы на три недели собираем вместе детей и преподавателей, чтобы они познакомились друг с другом и чтобы можно было протестировать детей и разделить их на разные группы не столько по возрасту, сколько по интересам и уровню знаний. А потом дети на два месяца возвращаются по домам и занимаются онлайн — с теми же преподавателями и со своими новыми соучениками, чтобы затем снова собраться вместе на несколько недель и рассказать, что они узнали за это время.

Понятно, что эту программу нельзя сочетать с обычной школой, поэтому нам пришлось взять на себя обязательства перед родителями, что дети, которые будут учиться у нас, смогут — в какой бы стране они ни жили — сдать все положенные экзамены. Разумеется, такое обучение не могло оставаться русскоязычным, поэтому нам пришлось найти англоязычных учителей, окончивших хорошие американские или британские университеты. Но, конечно, математика и естественные науки опираются на традицию отечественного преподавания.

Так возникла Le Sallay International Academy. В ближайшие две недели мы будем рассказывать о ней в Нью-Йорке (3 и 4 ноября), Калифорнии (8 и 10 ноября) и Бостоне (15 ноября) и будем рады видеть вас на наших встречах. Чтобы мы могли лучше все спланировать, мы просим вас зарегистрироваться вот здесь.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Рассказываем, как разобраться в том, что на рынке образования ценно, а что нет, и почему некоторые образовательные техники стоят так дорого
«Сноб» продолжает серию публикаций о Средневековье. На этот раз речь идет о еде: каково было представление о полезной и неполезной пище, какие продукты были доступны, их «рейтинг», гастрономические моды — в Средние века все это было устроено не так, как сегодня
Дети — это уникальные личности. А не «продолжение родителей», как бы им того ни хотелось. И поэтому у них есть право на собственный гендерный выбор