Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

Боятся ли мужчины сексуальных женщин

Усиление позиций феминизма как будто только подтвердило мнение, что мужчины пасуют перед сильными женщинами. Почему общество запрещает испытывать сексуальное влечение, давят ли гендерные стереотипы на мужчин и как выйти на путь диалога и уважения к чужим границам — разбирается Ольга Нечаева
9 сентября 2020 12:05
Иллюстрация: Маша Млекопитаева

В прекрасном новом мире женщины постепенно отвоевывают себе право на сексуальную субъектность и открытое проявление желания. Казалось бы, мы близки к раю, ведь мужская сексуальность напрямую завязана на то, что женщина хочет и получает удовольствие. Однако исследование, опубликованное в Европейском журнале социальной психологии, показывает, что мужчины испытывают тревогу, если женщина открыто демонстрирует сексуальный интерес. 

Как же так?

«Мужчины боятся женской сексуальности, — пишет одна из авторов, психолог Моран Мизрахи. — Женщины испытывают социальное давление быть сексуальными и соблазнительными тем или иным способом. С другой стороны, если женщины демонстрируют это слишком открыто или слишком рано, это пугает мужчин. Женщинам очень сложно найти баланс между этими ограничениями».

История пестрит примерами и легендами, в которых раскрепощенные женщины считались угрозой социальному порядку, начиная от менад, растерзавших Орфея, и заканчивая сжиганием ведьм. XIX век выстраивал свое отношение к женской сексуальности исходя из социальных классов. Приличные женщины среднего класса должны были быть образцом добродетели (в отличие от мужчин) и отвергать животное начало в себе, в то время как простолюдинки могли считаться более «физически доступными». Это помогало, в частности, оправдывать феномен проституции — неизбежное зло «простых» женщин, с которыми мужчины могли реализовать свои низменные позывы, не запятнав добродетельности женщин своего класса. Эта викторианская иллюзия о «лишенных низменных страстей» дамах делила всех женщин на «уважаемых» и «падших», требуя от первых воздержания и добродетели. 

«Пасть», или поддаться страсти, несло для женщин как риски нежелательной беременности и болезней, так и отвержение обществом, потерю репутации. Страстность и чувственность были табуированы и считались чем-то неженственным, в то время как холодность являлась признаком скромности, воспитания и чистоты, призом за которую была защита и покровительство во времена, когда защитник и покровитель был необходим. Демонстрировать опытность, сексуальный аппетит или желание с этой точки зрения было рискованным поведением. Неудивительно, что женщины не только не говорили о том, чего они хотят, но и не признавали собственных желаний в принципе.

Психиатрический диагноз «нимфомания» стал активно применяться именно в этот период. «Симптомы» включали в себя сексуальную неудовлетворенность, неприличные приставания к мужчинам, и, самый тяжкий грех, практики самоудовлетворения через мастурбацию. Лечение было жестоким — от насильственного постельного режима и вегетарианской диеты до удаления клитора, яичников и диссекции влагалища. Как формальный диагноз «нимфомания» был удален из реестра психических болезней Американской ассоциации психиатрии только в 1980 году (на 7 лет позже, чем удаление диагноза «гомосексуальность»)!

В своей книге Heatthrobs: the history of women and desire (англ. «Сердцееды: история женщин и желания») профессор истории университета Сассекса Кэрол Дайхаус рассказывает о том, как эти подавленные в Викторианскую эпоху желания получили выход в культуре танца на рубеже XIX–XX веков. Анна Павлова, Айседора Дункан, Мод Аллан, рэгтайм, танго и чарльстон, джаз и бурлеск — это время создало звезд и культуру выражения эротизма через танец. Дальнейшее освобождение было отражено и в кино, которое постепенно показывало все более свободных, активных и открытых в своих желаниях героинь, тем самым трансформируя образ женщины от добродетельной овечки до страстной пантеры.

Что же до сих пор пугает мужчин в открытой женской сексуальности, когда мы, по идее, далеки от тургеневских барышень?

Исследователи обнаружили огромную разницу между тем, как проявление желания влияет на отношения. Уровень тревожности и неуверенности женщин в отношениях понижался по мере того, как мужчина демонстрировал высокий уровень желания секса с ними. Иными словами, женщины чувствуют безопасность в отношениях, если мужчина хочет их много и часто. По словам авторов, «женщины расценивают сексуальный интерес как желание отношений (любви, близости), а отсутствие желания секса — как потерю интереса в отношениях». У мужчин тенденция оказалась противоположной: тревога за будущее отношений снижалась, когда женщины демонстрировали чувства и эмоциональную близость, но при этом пониженный уровень сексуального желания. Чем более сексуально агрессивна была женщина, тем больше ее партнер чувствовал страх и тревогу. И тревога снижалась, если снижалось сексуальное желание женщины.

Этому феномену предлагается несколько объяснений. Прежде всего, страх мужчины, что более сексуально активная женщина будет чаще изменять. Вторая причина — нарушение гендерных стереотипов. «Активная сексуальность связывается с такими чертами, как настойчивость, напористость, доминирование, и другими чертами, которые считаются менее женственными», — считают исследователи. 

Мне видится, что исследователи не обозначили еще один важнейший факт: влияние стереотипов о сексуальности на право сказать «нет», «не хочу». Эта тема присутствует в общественном дискурсе в рамках феминизма: право женщины на личные границы, на отказ, концепция согласия, автономность и агентность. Но отношение к мужскому либидо как к природной данности, о котором я уже писала в прошлых колонках, вредит и здесь. Высокий уровень мужского желания приводит к снижению тревоги у женщин, а его отсутствие рассматривается как патология, требующая лечения. Возможно, мужчины боятся не столько сексуально активной партнерши, сколько чувства собственной сексуальной несостоятельности? Не хотят быть высмеянными как женщинами, так и мужчинами, оказаться или выглядеть «слабаком», «не мужиком».

Мы не привыкли признавать, что мужчины, как и женщины, могут переживать нарушения границ и гендерную дискриминацию. В нашей культуре пока никто полностью не свободен от обязательной сексуальности. От женщины ожидается секс, чтобы сделать приятное партнеру, от мужчины ожидается секс, потому что он просто обязан всегда хотеть и быть готовым. В этих ожиданиях границы, автономия, право на согласие и отказ стираются и для тех, и для других.

Возможно, прежде чем привычно обвинить мужчин в страхе перед сильными, страстными женщинами, стоит задуматься: а имеет ли мужчина в отношениях со мной, сильной и страстной женщиной, право на отказ, право быть не в настроении, право не возбуждаться и не хотеть меня, без последствий для отношений, без моих обид, без необходимости ссылаться на головную боль или проблемы на работе? 

Тогда, возможно, между табуированием женского желания и табуированием мужского отказа найдется третий, небыстрый путь — путь приглашения, путь диалога, путь уважения к границам, путь соблазнения, а не требования.

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Мужчин в обществе принято наделять звериными инстинктами: отсутствием контроля, животным желанием секса и предрасположенностью к полигамии. Как на самом деле обстоят дела с мужским либидо — рассуждает Ольга Нечаева
Идея о том, что сексуальная объективация — это проявление неуважения к личности и вообще очень плохо, сегодня стала общим местом. Вопреки тренду секс-колумнист Ольга Нечаева рассказывает, когда и почему объективизация нам просто необходима
Если в открытом обсуждении секса с партнером мы достигли некоторого прогресса, то разговоры о случайных сексуальных связях по-прежнему оказываются табуированы. Колумнист «Сноба» Ольга Нечаева размышляет, есть ли место чувствам в сексе без обязательств и всегда ли случайный секс происходит с незнакомцем