Издательство: «МИФ»

С чего всё начинается?

Давайте начнём наш разговор с вопроса: что такое миф? Казалось бы, ответ на него очевиден, ведь мы знакомимся с мифами ещё в детстве. Возьмём, к примеру, «Легенды и мифы Древней Греции» — книгу, открывшую для нас мир древних богов, героев и фантастических существ: кентавров, циклопов, сирен, сатиров. Любознательные читатели шли дальше и вскоре осознавали, что есть другие миры и ещё более удивительные создания: древнеегипетский бог Ра с головой сокола, увенчанной солнечным диском; пернатый змееподобный бог ацтеков Кетцалькоатль; крылатая богиня Иштар в Древней Месопотамии. А благодаря современному кинематографу стал нам ближе и древнегерманский пантеон — имена Тора и Локи знает чуть ли не каждый любитель супергеройских сериалов и комиксов!

И всё же что такое миф? Если вы полистаете солидные справочники, то не обнаружите в них чёткого определения — вам придётся прокладывать путь сквозь витиеватые размышления авторов о природе мифа. Даже составители универсальной авторитетной энциклопедии «Мифы народов мира» не ответили прямо на этот вопрос, а ограничились замечанием, что мифы «в “школьном” понимании — это прежде всего античные, библейские и другие старинные “сказки” о сотворении мира и человека, а также рассказы о деяниях древних, по преимуществу греческих и римских, богов и героев — поэтические, наивные, нередко причудливые». Похожее толкование мы находим в «Словаре русского языка», здесь миф определяется как «древнее народное сказание о богах и легендарных героях, о происхождении мира и жизни на земле». Таким образом, в мифах нам дана история о сотворении мира (космогонии) и его гибели (эсхатологии), о богах-творцах (демиургах), о первых обитателях и происхождении людей, о знаменитых героях и их подвигах. Думаем, на таком самом общем понимании мифа мы остановимся, чтобы продолжить наш разговор и перейти к другому вопросу: у каждого ли народа имеются мифы?

И да и нет! Как пишет известная исследовательница славянской мифологии Елена Левкиевская, «каждый народ имеет свою систему мифов», но каждая национальная система «развивается глубоко индивидуально». Многие элементы мифологической картины мира меняются под воздействием внешних факторов — тех уникальных исторических событий, которые переживает отдельно взятый народ. Одним из таких переломных моментов в европейской истории было принятие христианства, прервавшее процесс формирования национальных мифологических систем у многих народов. Новая религия сравнительно быстро вытеснила из общественного сознания языческую веру в древних богов, их место заняло христианское учение о Боге. Именно поэтому миф как набор архаичных представлений о мироустройстве не сохранился в первозданном виде у европейцев. Данное обстоятельство затрудняет изучение мифологии тех этнических групп, что сложились в единые нации после христианизации, но мы можем воссоздать мифологическое ядро по древним свидетельствам, дошедшим до нас с дохристианских времен, когда существовали племенные союзы — восточных славян, древних германцев и так далее. Такая реконструкция позволяет выяснить, какие фрагменты давних языческих верований сохраняются в каждом народе, например, в виде суеверий.

Вот и получается, что современные жители Европы полноценными мифами не располагают, но имеют богатое мифологическое наследие, которое восходит к «старине глубокой» и которое мы не можем игнорировать! И раз уж эта книга посвящена мифологическим воззрениям немцев — крупного европейского этноса, насчитывающего более ста пятидесяти миллионов человек, — то начинать разговор стоило бы с тех времен, когда древние германцы разделились на племенные союзы, а те, в свою очередь, распались на отдельные племена и стали продвигаться вглубь континентальной Европы. Однако даже этого отправного пункта было бы недостаточно. Как засвидетельствовали античные историки, которые познакомились с германскими племенами при Юлии Цезаре, уже в I столетии до нашей эры полноценное знание об устройстве древнегерманского пантеона было частично утрачено германцами (по крайнем мере, теми из них, что впоследствии образовали ядро немецкой нации): 

Нравы германцев во многом отличаются от галльских нравов: у них нет друидов для заведывания богослужением, и они мало придают значения жертвоприношениям. Они веруют только в таких богов, которых они видят и которые им явно помогают, именно: в солнце, Вулкана и луну; об остальных богах они не знают даже по слуху.

Надеемся, теперь стало понятнее, почему книга о мифологических представлениях немцев носит название «Германские мифы». Если мы говорим о мифах немецкого народа, то отталкиваемся первоначально от мифологии эпохи общегерманского единства, но изучать её можем только по тем реликтам, которые сохранила народная память немцев. Приведем в поддержку такого подхода еще один аргумент, теперь уже ссылаясь на великого Якоба Гримма, одного из любимых братьев-сказочников. В начале XIX века он задумал собрать все доступные свидетельства мифологического мышления своих соотечественников, начав с описания древнегерманских языческих богов. Двигаясь по исторической шкале от глубокой древности к современности, Якоб Гримм шаг за шагом реконструировал мировоззрение германцев континентальной Европы, но всегда помнил, что его цель — представить целостную и гармоничную мифологическую картину мира немецкого народа, основанную на вере в древних богов. Так появилась его блестящая работа «Германская мифология» (Deutsche Mythologie).

От древних германцев к современным немцам

Здесь бы сразу и перейти к разбору феноменального труда Якоба Гримма. Но прежде давайте выясним, как формировался немецкий народ, когда и почему жители той части Европы, которую мы сейчас называем Германией, осознали себя как единая нация. И не забываем, что на немецком языке говорят ещё как минимум в Австрии и Швейцарии.

Вопрос этногенеза германцев остается предметом дискуссий, поскольку археологические, лингвистические и письменные источники допускают различные интерпретации. Начиная с бронзового века, когда прагерманские племена выделились из индоевропейской общности, и до эпохи Великого переселения народов шёл процесс расселения германских племен, перекроивший этнополитическую карту Европы. В VI веке до нашей эры на территории современной Дании и Северной Германии складывается особая археологическая культура предримского периода, которую назвали ясторфской. Лингвистические данные подтверждают, что именно здесь, в изоляции от кельтских и балто-славянских соседей, завершилось формирование прагерманского языка: первое передвижение согласных, изменившее согласные звуки индоевропейского праязыка при переходе в прагерманский, стало языковым маркером германцев (ср. лат. pater и англ. father). В III веке до нашей эры германцы начинают продвижение на юг, в бассейны Эльбы и Одера. Археологи фиксируют смешение ясторфских и кельтских артефактов: железные серпы кельтов появляются в германских поселениях, а кельтские монеты — в захоронениях вождей. А вот первое столкновение с Римом произошло в 113 году до нашей эры, когда кимвры и тевтоны разгромили римские легионы при Норее. Однако настоящим водоразделом стала битва в Тевтобургском лесу в 9 году уже нашей эры. Объединенные племена херусков под руководством Арминия уничтожили три римских легиона, остановив дальнейшую экспансию империи. Ответом Рима стало возведение 568-километровой системы укреплений от Рейна до Дуная (лат. limes)