Игорь Кривулин /

Пилот Андрей Дунчич: У меня в офисе лучший вид из окна

Командир экипажа, пилот-инструктор самолетов Airbus авиакомпании S7 Airlines — о себе и семье, о том, легко ли быть пилотом и как современные технологии повышают безопасность полетов

+T -
Поделиться:
Фото: Юлия Майорова
Фото: Юлия Майорова

Первый пилот в семье врачей

Еще в детском саду на вопрос: «Что тебе подарить на день рождения?» я отвечал: «Самолет!» Став старше, начал ходить в авиамодельный кружок, где сначала собирал воздушных змеев, а потом первые планеры и кордовые модели с двигателями. Сам я из семьи врачей: отец хирург, мама психотерапевт. Все мое детство было связано с медициной — отец даже брал меня на операции, но мне было неинтересно. Поняв это, отец мне сказал, что лучше не быть врачом вообще, чем посредственным.

Я оканчивал школу с первоначальной летной подготовкой в Ейске, где помимо основных предметов преподавали аэродинамику и конструкцию самолета. В 10 классе уже летал на ЯК-52. Школа приучила меня к самостоятельной жизни и, конечно, дала хорошую физическую подготовку: даже лопинг — качели, которые тренируют вестибулярный аппарат — научили крутить.

Единственной сложностью в плане физкультуры, с которой я столкнулся позже, уже в военном авиационном училище, стали лыжи. Я родился и вырос в Крыму — сами понимаете, как там со снегом. Но я выходил из положения: отстегивал лыжи, забрасывал их на спину и бежал. И приходил, кстати, не последним. Преподаватель физкультуры, как-то увидев это, сказал: «Не ставлю тебе двойку только потому, что до финиша доходишь». Правда потом я приловчился и к лыжам.

После училища я отслужил восемь лет в транспортной авиации, а затем решил, что пора что-то менять, приехал в Москву и прошел переподготовку на пилота пассажирского самолета. И уже в 2007 году стал работать в S7 Airlines, которая примерно в то же время завершила масштабный ребрендинг — тогда же появился узнаваемый цвет самолетов.

Фото: Юлия Майорова
Фото: Юлия Майорова

Про технологии в авиации

Наша авиакомпания активно внедряет современные технологии, что очень удобно и пассажирам, и сотрудникам авиакомпании. Для пассажиров — это, прежде всего, сервис: бронирование билетов и регистрация на рейс возможны на сайте или в мобильном приложении. Можно даже заранее узнать, кто будет твоим соседом по креслу!

А для нас это прежде всего система AIMS (AirlineInformationManagementSystem) — программа, которая помогает планировать и оптимизировать работу авиакомпании в целом. Она позволяет следить за оборотом рейсов, оптимально планировать экипажи, учитывать рабочее время. Раньше мы могли узнать только график на следующий день. Например, завтра лететь, мы звонили дежурному, он нам говорил, когда и куда. Сейчас система позволяет узнать состав экипажа, свой план на месяц с учетом выходных, отпуска и учебы. Ты даже можешь следить за окончанием сроков своих сертификатов, и в зависимости от этого здесь же, в системе планируется обучение.

У нас в авиакомпании при планировании работы на первом месте стоит безопасность, а уж потом экономика. Пилот по нормам может налетать не более 90 часов в месяц, и система четко за этим следит. Учитывается все: ночные и дневные рейсы, количество посадок и т.д. Значимым преимуществом внедрения современных технологий нашей авиакомпанией является возможность уйти от бумажных носителей. Сейчас самолеты S7 Airlines оборудованы планшетами с программами для расчета взлетно-посадочных характеристик и всевозможными картами. То, что раньше приходилось носить в отдельном чемодане, теперь есть в электронном виде. Но существует ряд документов, которые до сих пор летают в «твердых» копиях, в частности, сертификаты. Когда приходит инспекция, особенно за рубежом, они просто восторге от того, что у нас все четко по списочку разложено — пожалуйста, вот на русском, вот на английском…

Про автопилот, авиационный комплекс и летную прозорливость

Раньше летали экипажи из пяти-семи человек. Представляете, сколько народу? Потому что сама система управления была крайне сложной, и каждый выполнял свою функцию. В современных самолетах в кабине два человека. И теперь нам в помощь и автопилот, и компьютеры, которые рассчитывают данные за штурмана, и система автотраст, работающая за бортинженера. С одной стороны, нагрузка на экипаж увеличилась, с другой — автоматика, безусловно, снимает с нас ряд задач. Сейчас из-за автоматизации самолет правильно было бы называть авиационным комплексом.

За время работы в S7 Airlines, помимо большого опыта пилотирования гражданских самолетов, я приобрел, на мой взгляд, достаточно ценное качество — «летную прозорливость»: умение предвидеть ситуацию и просчитать не один, а несколько вариантов действий. Это именно с опытом приходит. Например, еще только едешь на работу, и уже по дороге начинаешь обдумывать предстоящий рейс: анализировать погодные условия, вспоминать особенности аэропорта назначения. Это очень важно для пилота. Наша работа предполагает большую ответственность — за себя, за экипаж, за пассажиров, за самолет, за имидж авиакомпании. Зато это компенсируется моральным удовлетворением от работы. Я счастливый человек — с удовольствием иду на работу, с удовольствием возвращаюсь домой.

Фото: Юлия Майорова
Фото: Юлия Майорова
 

Про пассажиров и правила хорошего тона

Мне нравятся наши пассажиры. Они всегда благодарят экипаж за полет, с пониманием относятся к различным обстоятельствам — это действительно трогает. Например, зимой перед взлетом часто возникает небольшая заминка из-за очереди на «облив». В таких случаях я всегда объясняю пассажирам причину задержки рейса и важность противообледенительной обработки. Кстати, со стороны эта процедура выглядит так, как будто самолет поливают «Фантой».

Для пилотов правило хорошего тона — здороваться с диспетчерами на языке той страны, в которую летишь. Тут есть свои особенности. Например, я если лечу во Франкфурт, то говорю «Гутентаг». А вот баварцы на такое приветствие могут и не ответить, зато, если скажешь им «Грюс гот», они обязательно с тобой поздороваются. В Дюссельдорфе есть один диспетчер, который старается на русском сказать «Счастливого пути». У него это пока плохо получается, но мне очень приятно.  

Про подготовку самолета к вылету, безопасность и резервный экипаж

Подготовка самолета к вылету — это целый процесс, который строго регламентирован и тщательно отработан. Помимо технических служб, борт осматриваем и мы: сначала второй пилот снаружи, а я внутри, затем мы меняемся местами и проходит вторичный осмотр борта. Такая же процедура и после выполнения полета. Исключений нет, даже при разворотных рейсах. Главная обязанность стюардесс — не разнести еду, а обеспечить безопасность пассажиров в салоне. Они даже когда проводят инструктаж перед взлетом, наблюдают за пассажирами и оценивают обстановку в салоне.

Безопасность обеспечивается регулярным обучением членов экипажа и аттестацией. По сути, мы учимся всю жизнь. Каждые полгода в учебном центре проводится сезонная подготовка. Сейчас прошла весенне-летняя, которая включает в себя перечень вопросов, который нам нужен именно для летней навигации. Например, сдвиги ветра, использование локаторов, обход грозовой облачности.

Раз в год весь летный экипаж проходит обширную медицинскую комиссию, раз в полгода — менее жесткую, но такую же обязательную. И, конечно, непосредственно медицинский осмотр перед вылетом. На самом деле, если ты себя плохо чувствуешь, то лучше позвонить и сказать: «Я не могу, заболел». Всегда дежурит резервный экипаж авиакомпании, который размещается в гостинице рядом с аэропортом и в любой момент готов приступить к выполнению рейса.

Про отношение к самолету

Несколько лет назад я был одним из первых пилотов, кто управлял только что полученными с завода воздушными судами – тогда как раз в парке авиакомпании появились новые Airbus А320. В S7 Airlines очень молодой парк, регулярно получаем новые самолеты. Летать на новом лайнере очень приятно – атмосфера новизны чувствуется во всем. По ощущениям можно сравнить с тем, когда садишься в только что купленную машину из салона, только масштабы совершенно другие.

Хотя не совсем правильно говорить про самолет «новый» или «старый». Если  в авиакомпании грамотно выстроена система обслуживания бортов с соблюдением всех технических регламентов, а, главное, ведется строгий контроль за их выполнением, то они и в десять, и в пятнадцать лет будут как новенькие и соответствовать всем требованиям безопасности полетов.

А вообще, от личного отношения к самолету тоже многое зависит. Вот мой инструктор мне говорил: «Ты сел в кабину, и теперь ты здесь хозяин, нужно относиться ко всему бережно. Следующий экипаж придет и ему будет приятно, что все чистенько и аккуратно. Все-таки это наше рабочее место».

О семье, хобби и лучшем виде из окна

С женой мы познакомились на специализированных курсах английского языка. Она тоже пилот, только я пилотирую Airbus, а жена – Boeing. Она одна из первых в стране женщин, кто научился летать на этих самолетах, причем ей тогда было 25 лет. До этого она работала стюардессой.

В свободное время я собираю модели самолетов. У меня есть сын, ему это тоже интересно, но получается пока плохо — для семилетнего ребенка это слишком тонкая работа. Я ему поручаю что-нибудь полегче, например, отточить деталь, а он обижается: «Хочу склеить что-нибудь».

Не знаю, станет ли сын пилотом. Он хочет, но это пока, конечно, незрелое решение. Хотя уже с интересом мерит мою и мамину фуражки.

Случайных людей в авиации не бывает, потому что надо ее любить. Если только пришел деньги заработать — долго не продержишься.

А вообще, я люблю шутить, что у меня в офисе лучший вид из окна. Особенно когда в сторону Еревана летишь и впереди виднеется Эльбрус.