Медведев и Обама продолжают разоружаться

Новый договор о сокращении стратегических наступательных вооружений был подписан сегодня в Праге президентами России и США Дмитрием Медведевым и Бараком Обамой. Новое соглашение предполагает сокращение количества ядерных боеголовок более чем вдвое для России и почти в четыре раза для США. Накануне подписания соглашения США обнародовали новую ядерную доктрину

+T -
Поделиться:

Решение о начале переговоров по новому документу было принято на встрече Медведева и Обамы в Лондоне год назад. Договор должен будет прийти на смену аналогичному соглашению, подписанному еще президентом СССР Михаилом Горбачевым, срок которого истек в декабре прошлого года.

Подробнее

Срок действия нового договора — 10 лет. Согласно документу, обе страны должны будут в течение семи лет сократить число своих ядерных боеголовок до 1550. Для России это будет означать сокращение своего ядерного арсенала более чем в два раза с нынешних 3897 боеголовок, для США — почти в четыре раза (по данным госдепартамента США, в июле прошлого года число американских ядерных зарядов составляло 5916). Стороны ограничивают и число носителей — количество развернутых и неразвернутых пусковых установок межконтинентальных ракет, пусковых установок на атомных подлодках и бомбардировщиков, несущих ядерное оружие, не должно превышать 800 штук (при этом развернуто должно быть не более 700 из них). Всего, по сравнению с Договором о сокращении стратегического наступательного потенциала, подписанным в 2002 году, стороны договорились сократить суммарное количество боезарядов еще на треть (по предыдущему соглашению уровень боезарядов был зафиксирован в 1700-2200 для каждой страны). Кроме того, Россия и США теперь более чем в два раза понизят предельные уровни своих стратегических носителей.

США более не отводят своему ядерному арсеналу главную роль в концепции национальной безопасности. Об этом говорится в новой ядерной доктрине страны, обнародованной в минувший вторник.

Как отмечается в документе, опубликованном на сайте минобороны США, массивный ядерный арсенал, оставшийся у США после холодной войны, не способен обеспечить защиту от угроз, например, террористов-смертников и предотвратить появление ядерного оружия у недружественных режимов. «Таким образом, сегодня важным является переориентировать нашу ядерную политику на решение самых неотложных задач — предотвращение ядерного терроризма и распространения ядерного оружия», — заявляют в Пентагоне.

Согласно документу, США впервые отказываются от возможности нанесения ядерного удара по неядерной стране — даже в том случае, если она осуществила нападение на Америку, использовав химическое или биологическое оружие. Впрочем, это обязательство не касается стран, которые не соблюдают Договор о нераспространении ядерного оружия, что, как отмечает Reuters, имеет отношение к Ирану и Северной Корее. Кроме того, США отказываются от разработки новых образцов ядерного оружия.

При этом доктрина не исключает возможности превентивного ядерного удара как такового.

Николай Злобин

   1. Договор полезен обеим сторонам, но по разным причинам. Россия на равных с США заключает системообразующий для нового миропорядка договор, что закрепляет ее роль в мировой системе. Выравнивание потенциалов позволяет России избежать скорой потери ядерного паритета с США.

Для США договор закрепляет американское доминирование в неядерных современных вооружениях, которые могут более эффективно решать задачи, стоявшие еще недавно перед ядерными силами. Ядерное оружие, являющееся основой современной российской системы безопасности, стало вчерашним днем США.

2. Для Обамы и Медведева подписание этого договора — очень крупный успех. Их предшественники не смогли подписать ни одного большого двустороннего договора. Это самое большое пока достижение в рамках перезагрузки отношений. Переговоры шли крайне тяжело и нервно, но оба президента показали понимание необходимости идти на компромиссы. Договор начал процесс восстановления доверия между Россией и США, которое было полностью утрачено в предыдущие годы.

3. Договор показал, что мы еще не разучились решать старые проблемы старыми способами. Нет никаких свидетельств, что мы учимся решать новые проблемы новыми способами. Глобальная система находится ближе к горячей войне, чем она находилась в период холодной войны, которая, кстати, была самым длительным мирным периодом во всей многовековой истории Европы. Причина возможной войны больше не монополия России и США, она не регулируется их двусторонним договором. 

4. Ядерные натовские потенциалы Англии и Франции не попадают под этот договор. В свою очередь, у России большое преимущество в тактическом ядерном оружии, что очень беспокоит европейцев, но оно также не попадает под договор с США. Проблема остается.

5. Договор не решает многие фундаментальные проблемы международной безопасности и относится скорее к повестке для холодной войны. Он усугубляет проблемы типа иранской или северокорейской.

Основой иранской ядерной программы является понимание собственной уязвимости. Почувствовав себя защищенным своей бомбой, Иран сможет вести себя гораздо активнее в регионе. Такая же логика, как с ПРО: если сам ты защищен, то ничто не сдерживает тебя от желания поиграть в дестабилизацию. Иран неизбежно станет обладателем ядерного оружия, это лишь вопрос небольшого времени. А это значит, что США будут расширять свой ядерный зонтик на страны Персидского залива, стараясь сохранить там статус-кво. Распространение ядерного оружия так остановить нельзя. Ядерное оружие становится оружием бедных. Проблема усугубляется.

6. Вашингтон вообще не ведет с постсоветской Москвой переговоры о контроле над другими видами вооружений, например, над современным неядерным ракетным оружием, в первую очередь высокоточным. У России есть огромный негативный дисбаланс в такого рода вооружении не только с США, но и с НАТО. У России есть дисбаланс в обычных вооружениях с Китаем. Это все ей нельзя не принимать в расчет при сокращении ядерного потенциала. США также не ведут переговоров с Россией по вопросам биологического оружия и т. д. США могут идти далеко по пути сокращения своего ядерного потенциала, не ослабляя свою обороноспособность. У России другая ситуация.

7. Договор может не прожить 10 лет. США точно не откажутся от создания глобальной системы ПРО, Россия может быстро выйти из договора, если сочтет, что США зашли в этом слишком далеко.

Ратификация договора в Сенате США, для которой нужно квалифицированное большинство в 67 голосов, будет проходить очень непросто. Сейчас у Барака Обамы там 57 сторонников. После ноябрьских промежуточных выборов их число неизбежно сократится. Ему надо найти компромисс с республиканцами для ратификации договора. Что именно будет основой такого компромисса — неизвестно, но вряд ли это будет Россия.

8. Договор о нераспространении ядерного оружия — второй по числу стран-участников после ООН международный документ. Он не базируется на балансе двух супердержав, как это было до сих пор. Это больше не монополия в руках Москвы и Вашингтона. Без добровольного участия многих стран в нераспространении ядерного оружия невозможно остановить его распространение. Не факт, что все другие государства легко пойдут на самоограничения.

9. США и Россия прямо отказывают другим странам в праве на разработку ядерного оружия, справедливо опасаясь, что оно рано или поздно окажется в руках агрессивных государств, террористов, групп организованной преступности или даже экстравагантных олигархов, мечтающих переделать мир на свой лад.

Это лишает остальные государства возможности иметь в своих арсеналах средства, хотя бы отчасти уравнивающие их с Америкой, тратящей сегодня на себя 55% всех мировых военных расходов и закрепляющей, в том числе через систему нераспространения ядерного оружия и его сокращение, свое глобальное военное доминирование. Решения этой дилеммы нет.

10. Последние полвека существовало два ядерных зонтика, позволяющих другим отказываться от ядерного арсенала, но передавать на политических условиях гарантии своей безопасности одному из двух гигантов. Сегодня государства вынуждены создавать собственные гарантии безопасности. Расширение ядерного клуба неизбежно. Вместо одного или двух зонтиков в обозримом будущем может сложиться непредсказуемая комбинация множества региональных ядерных зонтиков.

Не угроза войны с Россией, а опасность распространения ядерного оружия в сравнительно небольших количествах, но широких географических масштабах является основой политики Вашингтона в области ПРО, а также в области сокращения ядерного оружия и его нераспространения. Такие же мотивы и у России. Договор не решает эти проблемы.

 

    

Комментировать Всего 13 комментариев

1. Договор полезен обеим сторонам, но по разным причинам. Россия на равных с США заключает системообразующий для нового миропорядка договор, что закрепляет ее роль в мировой системе. Выравнивание потенциалов позволяет России избежать скорой потери ядерного паритета с США.

Для США договор закрепляет американское доминирование в неядерных современных вооружениях, которые могут более эффективно решать задачи, стоявшие еще недавно перед ядерными силами. Ядерное оружие, являющееся основой современной российской системы безопасности, стало вчерашним днем США.

2. Для Обамы и Медведева подписание этого договора — очень крупный успех. Их предшественники не смогли подписать ни одного большого двустороннего договора. Это самое большое пока достижение в рамках перезагрузки отношений. Переговоры шли крайне тяжело и нервно, но оба президента показали понимание необходимости идти на компромиссы. Договор начал процесс восстановления доверия между Россией и США, которое было полностью утрачено в предыдущие годы.

3. Договор показал, что мы еще не разучились решать старые проблемы старыми способами. Нет никаких свидетельств, что мы учимся решать новые проблемы новыми способами. Глобальная система находится ближе к горячей войне, чем она находилась в период холодной войны, которая, кстати, была самым длительным мирным периодом во всей многовековой истории Европы. Причина возможной войны больше не монополия России и США, она не регулируется их двусторонним договором. 

Читать дальше

4. Ядерные натовские потенциалы Англии и Франции не попадают под этот договор. В свою очередь, у России большое преимущество в тактическом ядерном оружии, что очень беспокоит европейцев, но оно также не попадает под договор с США. Проблема остается.

5. Договор не решает многие фундаментальные проблемы международной безопасности и относится скорее к повестке для холодной войны. Он усугубляет проблемы типа иранской или северокорейской.

Основой иранской ядерной программы является понимание собственной уязвимости. Почувствовав себя защищенным своей бомбой, Иран сможет вести себя гораздо активнее в регионе. Такая же логика, как с ПРО: если сам ты защищен, то ничто не сдерживает тебя от желания поиграть в дестабилизацию. Иран неизбежно станет обладателем ядерного оружия, это лишь вопрос небольшого времени. А это значит, что США будут расширять свой ядерный зонтик на страны Персидского залива, стараясь сохранить там статус-кво. Распространение ядерного оружия так остановить нельзя. Ядерное оружие становится оружием бедных. Проблема усугубляется.

6. Вашингтон вообще не ведет с постсоветской Москвой переговоры о контроле над другими видами вооружений, например, над современным неядерным ракетным оружием, в первую очередь высокоточным. У России есть огромный негативный дисбаланс в такого рода вооружении не только с США, но и с НАТО. У России есть дисбаланс в обычных вооружениях с Китаем. Это все ей нельзя не принимать в расчет при сокращении ядерного потенциала. США также не ведут переговоров с Россией по вопросам биологического оружия и т. д. США могут идти далеко по пути сокращения своего ядерного потенциала, не ослабляя свою обороноспособность. У России другая ситуация.

7. Договор может не прожить 10 лет. США точно не откажутся от создания глобальной системы ПРО, Россия может быстро выйти из договора, если сочтет, что США зашли в этом слишком далеко.

Ратификация договора в Сенате США, для которой нужно квалифицированное большинство в 67 голосов, будет проходить очень непросто. Сейчас у Барака Обамы там 57 сторонников. После ноябрьских промежуточных выборов их число неизбежно сократится. Ему надо найти компромисс с республиканцами для ратификации договора. Что именно будет основой такого компромисса — неизвестно, но вряд ли это будет Россия.

8. Договор о нераспространении ядерного оружия — второй по числу стран-участников после ООН международный документ. Он не базируется на балансе двух супердержав, как это было до сих пор. Это больше не монополия в руках Москвы и Вашингтона. Без добровольного участия многих стран в нераспространении ядерного оружия невозможно остановить его распространение. Не факт, что все другие государства легко пойдут на самоограничения.

9. США и Россия прямо отказывают другим странам в праве на разработку ядерного оружия, справедливо опасаясь, что оно рано или поздно окажется в руках агрессивных государств, террористов, групп организованной преступности или даже экстравагантных олигархов, мечтающих переделать мир на свой лад.

Это лишает остальные государства возможности иметь в своих арсеналах средства, хотя бы отчасти уравнивающие их с Америкой, тратящей сегодня на себя 55% всех мировых военных расходов и закрепляющей, в том числе через систему нераспространения ядерного оружия и его сокращение, свое глобальное военное доминирование. Решения этой дилеммы нет.

10. Последние полвека существовало два ядерных зонтика, позволяющих другим отказываться от ядерного арсенала, но передавать на политических условиях гарантии своей безопасности одному из двух гигантов. Сегодня государства вынуждены создавать собственные гарантии безопасности. Расширение ядерного клуба неизбежно. Вместо одного или двух зонтиков в обозримом будущем может сложиться непредсказуемая комбинация множества региональных ядерных зонтиков.

Не угроза войны с Россией, а опасность распространения ядерного оружия в сравнительно небольших количествах, но широких географических масштабах является основой политики Вашингтона в области ПРО, а также в области сокращения ядерного оружия и его нераспространения. Такие же мотивы и у России. Договор не решает эти проблемы.

Свернуть

Глядя на ситуацию «Сорок лет спустя» с другой стороны бывшего железного занавеса, я могу попытаться сравнить ощущение по отношению к ядерному оружию, которое было в Россиии, с тем, которое сейчас в Америке. Все это сугубо субъективно, но мне кажется, что в 60-70-е это казалось «fair game” - равные партнеры по разные стороны ринга перед боем пробуют свои перчатки, оценивают силу удара и на расстоянии запугивают друг друга.

Нынче ситуация, по-моему, изменилась. Для цивилизованных стран сама идея «массового поражения» представляется чудовищной. Мне кажется, сдвиг в массовом сознании произошел из-за терроризм, цель которого как раз и состоит в массововом поражении населения с целью вселить ужас .  Я не знаю что написано в военных доктринах, но очевидно, что война с использованием «массового поражения» перестала быть проемлимой этической доктриной (если вообще война может быть этически приемлема). Этически приемлемыми скорее стали вооружения, обладающие возможностями точечного удара. Когда можно ‘pinpoint’ противника–определить его расположение с точностью до булавочного укола на карте и так же точно поразить. И несмотря на анти-израилькую пропаганду, мбе кажется, что эту доктрину впервые стала употреблять именно израильская армия, которая сочеталал ее с практикой оповещения населения о предстоящем ударе.

Эта тактика точечного ударе еще и эффективнее, как покалазала война в Ираке. Вот выдержка из лондонского "Экономиста": (перевод наш)

2 апреля 2003 года <...> около 100 иракских танков окружили американскую  развед. станцию  к югу от Багдада. В ответ на просьбу о помощи бомбадировщик Б-52 атаковал часть группы, состоящую из 30 танков единственным, ставшим историческим, бомбовым ударом сбросив новую бомбу CBU-105. Результат шокировал вначале солдат с обеих сторон, а вскоре и военных обозревателей.

При спуске бомба CBU-105 разделилась на десятки мини-ракет, замедленных с помощью парашютов, каждая из которых выпустила по четыре диска, которые с помощью сканирующих лазеров и инфра-красных детекторов определили местонахождение танков и взорвались примерно в десяти метрах над ними. Взрыв направил заряды, размером с мандарин, в сторону цели, истребив её силой удара и сопровождающей шрапнелью: всех 30 танков как не было... солдаты оставшихся 70 танков немедленно покинули их и сдались....

Эффективность такого оружия выше, и действие его более приемлемо с точки зрения местного населения. Вот почему, мне кажется, в новой доктрине США концентрируются на разработке новых неядерных вооружений, ставя крест на 65 годах атомной гонки. Атомная гонка с самого начала была логическим тупиком. 

Сэм Коган Комментарий удален

Если бы Россия сейчас заключила с татаро-монголами соглашение об ограничении применения лука и стрел, то это вряд ли было бы «историческим» договором. Я, конечно, понимаю, что ядерное оружие — это не луки и стрелы, но как-то с трудом могу себе представить, что Россия и США завтра начнут ядерную войну и это является сегодня главной российской проблемой.

У нас совсем недавно метро взорвалось. Было бы, конечно, неплохо подписать аналогичный договор с террористами, но я боюсь, что это вряд ли возможно. Согласитесь, что взрывающееся метро — это гораздо более очевидная угроза, чем ядерная война с Америкой.

Вообще, если честно, я даже удивлена, что этот договор подписали. Потому что стратегия Путина заключалась в том, чтобы не подписывать его как можно дольше. Он в этой ситуации, ничего не подписывая, имел возможность всем демонстрировать свою великость. Ведь ядерное оружие — это единственная тема, по которой Россия может о чем-то договариваться с Америкой. А вот по поводу, например, микроэлектроники мы договариваться не можем, потому что просто предмета для дискуссии нет.

Метро взорвалось, но даже никто в отставку не отправился. Ядерное оружие - оружие стратегическое, а вот касcетные бомбы и пехотные мины вместе с белым фосфором и урановыми сердечниками... Не буду разглагольствовать. Просто скажите мне кто нибудь, что мне даст подписание такого договора, как гражданину России?

Угроз всяких много, не для всех взрывы метро явная угроза.

Верно подмечено. Для тех кто разъезжает с мигалкой по встречной полосе - это не угроза. Для них угрозы никакой нет. Подумаешь, метро, ядерная бомба с призрачной перспективой применения куда важнее.

Грустно это все.

Она хоть и призрачная, но есть. По ошибке или по дурости. И тогда о взрывах в метро никто уже не вспомнит. Может, и некому будет. Дмитрий, для Вас ядерное оружие, возможно, абстракция, а для меня - нет. Я после института военную практику проходил в самой такой части.

А где можно прочитать сей документ?

Что касается новой ядерной доктрины США, то моя позиция по этому поводу всегда была примерно одинакова. Вообще применение ядерного оружия ни для кого не хорошо, включая тех, кто его будет применять. Сегодняшняя война стала гораздо более тактической, чем глобальной. Если подумать о развитии конфликтов, то, несмотря на всеобщую глобализацию, война сегодня происходит практически на уровне деревень. Врагами являются не просто страны, а какие-то группировки. В данной ситуации новая доктрина — это хорошая игра, при которой убытков не несешь особых, а политически даже выигрываешь. Хотя, грубо говоря, это все ерунда. Ну, сказал Обама, что не будет применять оружие, ну а если война, например, и следующий президент будет применять… А если от этого будет лучше Америке, никто его не осудит. Или если наши друзья в Иране начнут применять оружие, то тоже найдется лазейка против них. Если уж совсем прямо говорить, то от ограничения использования ракет силы страны не меняются. Сейчас и у России, и у Америки достаточно оружия, чтобы уничтожить друг друга двадцать раз. И даже если это оружие ограничат в несколько раз, к существенным изменениям это не приведет.И сейчас, конечно, республиканцы начнут новую войну против Обамы, но он в таком положении, когда многое может.

Для Обамы договор  дело  личного успеха.

Любой договор лучше, чем его отсутствие. В декабре прошлого года Россия и США впервые за многие десятилетия жили без каких-либо договоров в области ядерного вооружения. Правы те, кто говорит, что этот договор накладывает минимальные обязательства по сокращению на США и практически никаких требований по снятию с боевого дежурства и по уничтожению ракет со стороны России. Для России важно, что в договоре с США увязана и прописана связь между наступательными движениями и противоракетной обороной – так, что нас эта трактовка устраивает. Хотя США могут по-своему трактовать эту увязку.

Многие называют это даже не договором о сокращении ядерных вооружений, а вообще договором о ядерных вооружениях. Даже если речь идет о том, что мы начинаем с некоего чистого листа, это, тем не менее, все равно важно. Важно и то, что Америке был нужен такой договор, который априори несомненно говорит о том, что США согласны на паритетное количество ядерного оружия с Россией. То есть признается право России на паритет. Это позитивные моменты договора, которые нельзя не замечать. Я бы не стал драматизировать то, что реального сокращения не будет. Я позитивно отношусь к тому, что процесс переговоров об оружии массового уничтожения начинается снова, будем разговаривать дальше, будем смотреть, что произойдет с российской оборонной промышленностью, будем ли мы способны достичь нижних планок, прописанных в этом договоре.

Эту реплику поддерживают: Гуля Хошмухамедова

От подписания этого договора мы здорово выиграли в экономическом плане. У нас огромное количество ракет, у большинства из которых скоро истекает срок годности. Чтобы поддерживать обороноспособность на нынешнем уровне, ракеты пришлось бы менять, а это колоссальные деньги. Поэтому хорошо, что договор подписан, и теперь не придется вкладывать миллиарды долларов в парк стратегических ракет — это было бы серьезной удавкой для России.

Второй положительный для нас момент — признание того, что мы все еще играем на мировой арене роль важной политической силы. В последнее время было принято думать, что Россия уже давно вычеркнута из первого ряда стран — участников мирового политического процесса. Но тот факт, что Обама подписывает этот договор с нами, говорит о признании роли России в мировом пространстве.

Выгода США, думаю, в основном политическая. Сегодня их терзает масса политических проблем: Ирак, Афганистан, сложные отношения с Китаем, да и в Европе почва для потенциальных конфликтов есть. Поэтому Штатам важно показать свою добрую волю и урегулировать вопросы хотя бы с Россией. Мне кажется, с инициативой выступила российская сторона, а Штаты пошли навстречу.

С другой стороны, некоторые политологи и военные стратеги считают, что договор подписан не на самых выгодных условиях, что мы где-то недоторговались. Но мне кажется, все это ерунда, потому что никакой войны между нами и Штатами все равно не может быть. Единственное возможное использование ядерного оружия — урегулирование локальных ядерных конфликтов между третьими странами. В особенности между такими, как Иран, Индия, Пакистан и Северная Корея. Но в этом случае, при самом печальном из возможных сценариев, нам пришлось бы использовать ядерное оружие вместе с США.

Не уверен, что в нынешнем виде договор ИМ нужен больше нас. Посмотрим, как пройдет в Конгрессе.