Спор длиннее поэмы. Вещь недели: Нейроодиссей
Наш кинокритик Сергей Сычёв считает, что Кристофер Нолан заставил широкую аудиторию читать Гомера. Мне кажется, вышло наоборот. Режиссёр показал людям, что рассуждать об «Одиссее» можно, не читая поэму и даже не глядя фильм. Хватит когда-то увиденной «Трои» (её сняли по другому эпосу Гомера — «Илиаде») и общего представления обо всём хорошем и плохом.
Редакторы пабликов славно отработали инфоповод, и последние несколько месяцев в любой группе, хотя бы косвенно связанной с кино, можно было читать многостраничные споры об «Одиссее». Они давно длиннее поэмы Гомера.
Больше всего спорщиков занимает цвет кожи Елены Прекрасной. В русскоязычном интернете на эту тему вообще спорят давно, участники меняют только героя в центре. Ещё недавно им был Северус Снейп из нового «Гарри Поттера» — он вернётся, когда сериал покажут.
Большинство напирает на историческую достоверность, меньшинство защищает свободу художественной интерпретации. Вечный двигатель. Редакторы пабликов, не будь дураки, играют на этой сексуализированной толерантности в духе Шона Пенна из «Битвы за битвой» и подбирают фотографии, где актриса выглядит максимально… никак? Иногда она корчит гримасы, иногда на снимке вообще другой человек.
Люди оказались готовы поверить в любой сомнительный слух об «Одиссее». Один из них — Эллиот Пейдж в роли Ахиллеса; этот сюжет, кажется, выдумали из воздуха. В гомеровской «Одиссее» Ахиллес уже мёртв и появляется единственный раз — в царстве мёртвых, куда спускается главный герой. А когда-то он пытался «откосить» от Троянской войны, переодевшись женщиной. Вы уже понимаете, какую чудо-метафору на радость защитникам традиционных ценностей сочинил бы Нолан, если бы слух подтвердился: Ахиллес понёс бы крайне извращённое наказание за отступление от важных для греков правил доблести.
Потом пользователи начали сочинять провокационные «цитаты Нолана из интервью» — вроде «Я вашу маму в кино водил, на "Одиссею"». Или что-то настолько же достоверное. Так, мытьём и катаньем, один из самых любимых в России зарубежных режиссёров превратился в предателя и «червя», который «пресмыкается» ради «Оскара».
Характеристику ему выдал простой русский человек Илон Маск. Он же заявил, что его сервис генерации изображений и видео Grok Imagine до конца года сделает полнометражный фильм по мотивам поэмы Гомера. Второй вариант, который поддержал бизнесмен, — дать денег Мэлу Гибсону, чтобы кино снял он. Выбор верный: этот режиссёр снимал самые что ни на есть нейросетевые, базовые фильмы про разные «слайсы» истории ещё до того, как вы узнали что означает первое, что второе, а что третье слово.
Такой фильм обещают исторически достоверным, и это, кажется, главное, ведь спорили именно о достоверности. Вот только посмотрит его вряд ли кто-нибудь.
В том числе потому, что борцы за историческую достоверность обычно знают об истории немного. За абсолютный ноль — за художественную интерпретацию, где автор допускает вольности, оставаясь в рамках той самой достоверности, — они принимают фильм «Троя». В их восприятии «Троя» примерно так же стара, как и гомеровская «Одиссея», ведь она из тех прекрасных, светлых времён, когда трава была зеленее, песок белее, а негры сидели в Африке.
Говорить об исторической достоверности фильма по поэме, где действуют боги, герои и циклопы, немножко странно. Скорее всего, Нолан хотел показать, что этот эпос всемирный и представителям других народов незачем чураться его как части европейской культуры.
Обратный вариант, который тоже любят предлагать на разных уровнях, — «Одиссея» с одними греческими актёрами — вышел бы интересным, и смысл у него был бы примерно тот же. Если сейчас показать часть всемирной культуры в первозданном виде, зритель увидит экзотику, экскурсию в музей. Фильм про буддистских монахов, который вдруг сняли без гражданина мира Брэда Питта. А значит, культура уже изменилась.
И вот фильм вышел — удивительно, что он действительно существует, потому что начало казаться, что это уже совсем необязательно. «Одиссея» Кристофера Нолана — приложение к спору о ней самой, и доберутся до него далеко не все участники интернет-сражений. Только те, кому всё-таки захочется увидеть «правду» и понять, кто победил в споре: сколько минут экранного времени у Лупиты Нионго, кого играет Пейдж и насколько космичен шлем на голове Агамемнона.
Люди «знают» «Одиссею», не видя её. В этом, пожалуй, главное достижение Нолана-художника; маркетинг тут ни при чём. Таким с философской точки зрения во все времена и был подлинный миф. Самая понятная аналогия, которую я слышал: для мифического сознания памятник Высоцкому и сам Высоцкий — одно и то же. У памятника есть все необходимые черты.
Мы сталкиваемся только с отражениями мифа, и здесь отражение так же подлинно, как оригинал. Источник мы не видели, и это необязательно. Мы его не знаем и знаем одновременно.
Мы им живём.