Все новости

Редакционный материал

«Важно преодолевать расстояние».

Репортаж с гастролей «Золотой Маски» в Ульяновской области

Фестиваль «Золотая Маска» привез в Ульяновскую область шесть спектаклей, отмеченных премией: московских Театра имени Маяковского, театра «Около дома Станиславского» и  театра МТЮЗ, а также хабаровского ТЮЗа. «Сноб» отправился на гастроли вместе с ними, чтобы узнать, как современные постановки смотрят в провинции

30 Сентябрь 2019 17:52

Фото: Анна Ульянова

Добротный «Кант» и ульяновские зрители

Гастроли «Золотой Маски» в Ульяновске начинаются с пресс-конференции за два часа до «Канта» Театра имени Маяковского. Перед конференцией в холле театра собирается группа ульяновских актеров, узнаваемых по фотопортретам на стенах. Они стоят тесным кружком, стараются незаметно оглядываться по сторонам, смеются и говорят громкими театральными голосами.

«"Золотая Маска" приезжает к нам шестой раз подряд. Мы уже привыкли начинать театральный сезон с гастролей, нам это очень лестно. Поначалу, может быть, наши актеры и ревновали к гастролерам — все же есть отток зрителей с наших спектаклей. Но это не самое важное. Главное — профессиональный обмен, ведь не каждый актер может попасть в Москву и посмотреть спектакль. Да и цены в столице совсем другие», — говорит директор Ульяновского драматического театра Наталья Никонорова.

«Кант» — солидный спектакль солидного театра, в котором играют известные актеры. В 2015 году он вошел в лонг-лист «Золотой Маски», в котором эксперты отмечают самые заметные спектакли сезона. С такого хорошо начинать гастроли.

«Канта» играют в декорациях, отдаленно напоминающих шатер-многогранник, обитый алым плюшем и установленный прямо на сцене. Зрителей рассаживают внутри «шатра» — 120 мест разбегаются амфитеатром от центра, где стоит стол, сервированный на пять персон. За этим столом будут есть настоящую еду и дискутировать о философии Кант и его друзья. Зрители с первых рядов смогут дотянуться до них рукой — но, конечно, не посмеют.

Пять минут до начала: второй звонок. Зрители расположились на своих местах. Здесь же режиссер спектакля Миндаугас Карбаускис и автор пьесы, драматург Марюс Ивашкявичюс.

«У любого режиссера, наделенного талантом и своим видением мира, безусловно, свой театр, — говорит исполнительница роли сестры милосердия Светлана Немоляева. — В Карбаускисе мне нравится, что он высоко ценит классику, не искажает ее, но старается проникнуть в нее взглядом молодого человека».

В антракте я узнаю от гардеробщицы, что никто из зрителей не ушел со спектакля, не досмотрев. «Говорят, людям нравится», — она смотрит обиженно: обычно у нее есть возможность зайти на спектакль, но не на «Канта» — в шатер после начала не пускают. «Ну Костолевского-то мы уже видели, он к нам часто приезжает. Все такой же красавчик! — хвастает гардеробщица. И после паузы, снова с обидой, добавляет: — А вот Немоляева у нас в первый раз!»

Приехавшая в Ульяновск впервые Немоляева признается, что не замечает разницы между игрой в родном театре и перед зрителями, для которых ее приезд — большое событие. «Все зрители для меня одинаково важны, не имеет значения — гастроли это или нет. Бывает, актеры не любят гастроли, бывает — наоборот. Я из вторых, — говорит она. — Это всегда встреча с новым городом, с новыми зрителями. Когда приезжаешь в город, где тебя ждут, где раскупают билеты, когда понимаешь, что будет теплый прием, это всегда радостно».

Светлана Немоляева Фото: Анна Ульянова

Театр имени Маяковского, правда, в другом составе, привез в Ульяновск еще один спектакль: «Изгнание / Мой друг Фредди Меркьюри», который в прошлом году получил «Золотую маску» за лучшую мужскую роль и еще шесть номинаций. Как и «Кант», «Изгнание» — совместная работа режиссера Карбаускиса и драматурга Ивашкявичюса.

115 тысяч жителей и один театр

Фото: Антон Белицкий

В XVII веке в Димитровграде заканчивалась Русь. Крепость Синбирск основали в 1648 году, чтобы защищать восточные границы государства от набегов кочевников. Вскоре в эти края стали силой переселять татар — нужно же было как-то их обживать. Мелекесс — старое название Димитровграда, города в 90 километрах от Ульяновска — татарское. В советское время город переименовали в честь болгарского революционера Георгия Димитрова, но и сейчас в нем живет много татар, и даже сохранилась дореволюционная мечеть. Когда мы выходим на крыльцо Димитровградского театра вместе с его художественным руководителем и главным режиссером Ильей Костинкиным, раздается голос муэдзина. «О! — поднимает палец в небо Костинкин. — 14.30, время молиться».

«Не знаю, как отнесутся зрители к "Магадан/Кабаре/", а еще больше меня беспокоит, как дети встретят "Цацики идет в школу", — тревожится он. — Фестиваль "Золотая Маска" для нас труд адовый, но мы с радостью его принимаем: как вы понимаете, с гастролями к нам приезжают не часто».

В Димитровграде на 115 тысяч жителей один драматический театр мест на триста. Его главные конкуренты — кинотеатр и магазин «Красное и белое». Главная задача худрука — доказать, что театр в этой борьбе конкурентоспособен.

«К нам приезжают спектакли не по остаточному принципу, а одни из лучших, — говорит он. — Это было сделано, чтобы поднять в городе интерес к театру, который, честно говоря, в последние годы снизился. Я и сам здесь очутился, чтобы исправить это положение».

«Магадан/Кабаре/» и димитровградские зрители

В этом году гастроли «Золотой Маски» проходят в 18 городах. В Ульяновске показали шесть спектаклей, в Димитровграде — два.

«Выбирая место для гастролей, мы исходим из подготовленности города, площадки и зрителей. Мы знаем, что в Ульяновск всегда можно привезти самые сложные спектакли», — объясняет президент премии и фестиваля, актер Игорь Костолевский.

И правда, «Магадан/Кабаре/» без сюжета, за которым можно было бы следить, имен персонажей, которые можно было бы запомнить, или декораций, которые можно было бы понять, пожалуй, один из самых сложных спектаклей, показанных ульяновским и димитровградским зрителям.

Эта постановка отдаленно напоминает концерт российских шансонье, но в такой обработке, под которую хочется танцевать вальс. В «Магадане» есть песни Михаила Круга, но преображенные новой аранжировкой.

«Вчера один спектакль, сегодня — совершенно другой, хотя название и одно. Театр — это же не кино и не книжка. Что переживают люди в кино? Они просто фабулу переживают. А театр действует непосредственно. Мы даже не понимаем как, но чувства возникают», — говорит режиссер и худрук театра «Около дома Станиславского» Юрий Погребничко.

Дмитрий Богдан, исполнитель одной из главных ролей в спектакле — если можно, конечно, считать, что в нем есть главные роли, — говорит, что каждый город принимает «Магадан» по-своему: «Смотрят везде по-разному. Не в смысле, как реагируют — посмеялись там или не посмеялись, а в смысле внутренней истории, которая в тишине всегда слышна. Не знаю, как описать по-другому».

«У меня такое ощущение, что мы все нашу страну осваиваем, каждый по-своему, — продолжает Богдан. — Гастроли — наш способ».

На «Магадан» зрителей-мужчин приходит больше, чем на «Канта». Тот, что сидит справа от меня, минут пятнадцать беспокойно ерзает, давая понять, что хочет уйти. В это время на сцене персонаж с подбитым глазом дважды повторяет: «Меня интересует смысл жизни».

«Почему вы хотите уйти?» — шепчу я соседу. «Как-то это далеко от смысла жизни», — сердито отвечает он и выбирается из зала, потянув за собой жену. Его примеру следует еще пара человек, но большинство зрителей остаются и долго аплодируют в конце.

У Юрия Погребничко есть свое объяснение тому, что зрители уходят, не дождавшись финала: «Из зала всегда выходят люди. Бывает, наверное, что не выходят — когда не выпускают или если билеты очень дорогие. Я работал на Таганке, это был период пикового посещения театра: 70–80-е годы. Самый популярный спектакль был "Мастер и Маргарита". За четыре билета я мог встать в очередь на кооперативную квартиру. Так вот: больше всего зрителей уходило с этого спектакля. Почему? Потому что популярный. На такие спектакли всегда приходит публика, которая хочет только отметиться. Посидели до первого антракта и пошли домой: все, мы были. Но в "Мастере и Маргарите" было три акта и два антракта. И во втором антракте всегда уходило человек двадцать пять — потому что думали, что конец!»

Рок-концерт вместо детского спектакля

Фото: Антон Белицкий

На следующее утро в димитровградском театре стоит визг, писк и хохот. Две параллели второклассников и третьеклассников привезли смотреть постановку хабаровского ТЮЗа «Цацики идет в школу» о шведском мальчике, его мамаше и одноклассниках.

«Это они еще спокойные. Мы же из гимназии, наши дети воспитаннее», — утверждает учительница третьеклассников Светлана Васильевна.

Спектакль напоминает рок-концерт со всеми вытекающими: зрители вскакивают, кричат, оборачиваются на вторую сцену, установленную прямо в зале, хлопают в ладоши невпопад и прыгают, прыгают, прыгают.

«В этом и была режиссерская задумка. Противоположную площадку построили специально, чтобы дети вставали с мест, оборачивались, "мешали" спектаклю. Все заточено на то, чтобы дать им представление о свободе», — говорит художественный руководитель хабаровского ТЮЗа Константин Кучикин.

Когда Цацики объявляет о своей влюбленности, дети начинают совещаться: что нужно делать, когда влюблен? Когда он засыпает, и одноклассница пытается незаметно завязать ему хвостик, дети пытаются разбудить его криками «Цацики!».

Ближе к концу спектакля зрители чувствуют себя полноправными участниками действия и радуются, что их пригласили на вечеринку. Похоже, это последняя капля в чаше терпения театральной вахтерши: она входит в боковую дверь и начинает шикать. Но в ответ на ее «Тихо! Тихо!» шум становится еще громче. После поклонов дети забираются на сцену: брать автографы и фотографироваться.

«В Хабаровске и Красноярске дети другие. В Красноярске, например, они сидели смирно. Взрослые смеялись, дети — нет. А Димитровград будто забыли зачистить. Здесь дети в хорошем смысле дикие. Они настоящие, не очень застроенные. Поэтому и реакция такая», — объясняет Кучикин. 

Сложный режиссер приезжает в Ульяновск

Фото: Антон Белицкий

Димитровград величает себя культурной столицей Поволжья. На полпути к Ульяновску поселок Мулловка — пирожковая столица Поволжья. Чуть подальше — деревня Лесная, грибная столица. Ульяновск — литературная.

В усадьбе неподалеку от Ульяновска, тогда еще Симбирска, родился Карамзин, а в купеческом доме рядом с ульяновским драмтеатром — Гончаров. Ульяновск занимает первое место в мире по количеству памятников этому писателю.

Словно в доказательство того, что город не только про Ленина, ленинский мемориал в дни гастролей закрыт на реконструкцию. Зато вместе с актером Игорем Гординым мы сходили в музей — мещанскую усадьбу, музей — мелочной магазин и музей-фотоателье.

«За последние две недели я был с гастролями в Хабаровске, Комсомольске-на-Амуре и Петрозаводске. Ульяновск — первый город, где удалось хоть что-то посмотреть. Значит, запомнится», — говорит Гордин.

Он играет в детективном спектакле Камы Гинкаса «Вариации тайны».

«Гинкас — человек не самый простой, к нему надо привыкнуть. Но я его знаю уже 25 лет, и, конечно, он меня воспитал и сделал как актера, — говорит Гордин. — Он — гениальный режиссер. К тому же у меня с ним не семейная жизнь, а творческая. А она всегда подразумевает борьбу двух начал».

«Пьяный Амур» и провинциальный колорит

Действие этого спектакля происходит в Красноярском крае, и провинциального колорита — по крайней мере такого, каким его видят москвичи, — в нем предостаточно. На монологе про водочку зал начинает посмеиваться, а к середине первого действия на балконе появляются две заговорщицки улыбающиеся гардеробщицы.

«Это все так узнаваемо! — скажет мне одна из них позже, в антракте. — Помню, когда я была девочкой, мы жили в таком же бараке, и там были такие же персонажи и такие же праздники всем двором. Это моя молодость».

Зал принимает постановку хорошо. Соседка слева смеется над шутками до слез, а мужчина позади меня переживает за главного героя, которого обижает невеста. В конце лица зрителей сияют как начищенные пятаки.

Все спектакли гастролей — «Кант» и «Изгнание» Театра имени Маяковского, «Магадан/Кабаре/» театра «Около дома Станиславского», «Цацики идет в школу» хабаровского ТЮЗа, «Пьяный Амур» и «Вариации тайны» театра МТЮЗ — между собой очень непохожи. «Мы составляем афишу фестиваля так, чтобы самые разные зрители могли найти в ней для себя что-то интересное, — объясняет руководитель региональных проектов фестиваля Наталья Яневская. — Важно преодолевать то расстояние, которое порой буквально физически отделяет зрителей по всей стране от актуального, современного театра, — продолжает она. — Гастроли объединяют, дают возможность почувствовать себя в общем культурном контексте. "Золотая Маска" отметила лучшие спектакли — так пусть зрители получат возможность увидеть их».

Автор: Евгения Соколовская

Проект фестиваля «Золотая Маска» в Ульяновске и Димитровграде проходит при поддержке Министерства культуры Российской Федерации.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Великий режиссер умер сегодня на 86 году жизни. О том, что значил Марк Захаров и его театр для своего времени, размышляет главный редактор журнала «Сноб» Сергей Николаевич
Гастроли «Золотой Маски» по России продолжаются на Дальнем Востоке. На этот раз на карте Национальной премии появилось два новых города — Хабаровск и Комсомольск-на-Амуре. «Сноб» присоединился к путешествию, чтобы увидеть, как устроена дальневосточная театральная сцена, и рассказать о ней тем, кого пугают семичасовой перелет и наводнения

Новости партнеров

В октябре Сергей Полунин презентует в Москве свое шоу Satori — постановку, созданную два года назад режиссером Cirque du Soleil. «Сноб» встретился с артистом незадолго до московской премьеры, чтобы расспросить о переменах в его жизни