Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

Ойинкан Брейтуэйт: Моя сестрица — серийная убийца

Книга Ойинкан Брейтуэйт «Моя сестрица — серийная убийца» (издательство Popcorn Books) вошла в лонг-лист Букеровской премии, а также стала лауреатом премии LA Times Book Prize и финалистом премии Women’s Prize. Айюла убивает уже третьего бойфренда. Чтобы избавиться от тела, она звонит своей сестре, у которой всегда наготове хлорка, резиновые перчатки и стальные нервы. Кореде не станет обращаться в полицию, ведь она очень любит сестру. Но тут Айюла начинает встречаться с коллегой Кореде, в которого та безумно влюблена. «Сноб» публикует первые главы
1 февраля 2020 12:48
Фото: Adrien King/Unsplash

Хлорка

Зуб даю, вы не знали, что хлорка перебивает запах крови. Большинство людей используют ее не задумываясь — мол, средство универсальное — и не удосуживаются ни прочесть состав на упаковке, ни присмотреться к свежеобработанным поверхностям. Да, хлорка дезинфицирует, а вот налет удаляет так себе, поэтому я применяю ее, лишь когда из ванной уже вычищены все следы жизни или смерти.

Ясно, что в ванной, где сейчас находимся мы с Айюлой, недавно делали ремонт. Вид у нее новехонький, нулёвый, особенно после того как я без малого три часа ее отдраивала. Самое сложное — убрать кровь, натекшую в стыки душевой кабины. Про нее и забыть легко.

Ванная совершенно пуста: гель для душа, зубная щетка и паста ее владельца убраны в шкафчик над раковиной. Коврик для душа — черный смайлик на желтом прямоугольнике, — единственное цветное пятно в абсолютно белой комнате.

Айюла сидит на стульчаке — коленки прижала к груди и обхватила руками. Кровь у нее на платье уже высохла, можно не беспокоиться, что она накапает на белоснежный, теперь сверкающий пол. Дреды собраны на макушке и по плитке не метут. Сестра не сводит с меня огромных карих глаз — боится, что я злюсь, что сейчас встану с карачек и начну ее отчитывать.

Я не злюсь. Я просто устала. Со лба у меня капает пот, я вытираю его синей губкой.

Когда она позвонила, я собиралась ужинать. Уже и тарелку на поднос поставила, и вилку слева положила, и нож справа. Салфетку я свернула в виде короны и устроила в центре тарелки. Фильм был остановлен на заглавных титрах, и только просигналил таймер духовки, как на столе судорожно завибрировал сотовый.

Когда вернусь домой, еда уже остынет.

Я встаю и, не снимая перчаток, споласкиваю их в раковине. Айюла смотрит на мое отражение в зеркале.

— Нужно убрать труп, — говорю я.

— Ты на меня злишься?

Нормальный человек, наверное, злился бы, а мне бы только от трупа избавиться, и поскорее. Сразу после моего приезда мы перетащили труп в багажник моей машины, чтобы я мыла и скребла, не натыкаясь на его холодный взгляд.

— Сумку свою возьми, — отвечаю я.

Мы возвращаемся к машине, а он там, в багажнике, нас дожидается.

В этот ночной час на мосту Третий Материк транспорта нет или почти нет. Фонарей тоже нет, поэтому тьма кромешная, хотя, если посмотреть чуть дальше, видны огни ночного города. С этим трупом мы поступаем так же, как с предыдущим, — сбрасываем с моста в воду. По крайней мере, он не заскучает.

Немного крови впиталось в обивку багажника. Из чувства вины Айюла говорит, что готова все вычистить, но я забираю у нее свое самодельное средство — ложка нашатырки на два стакана воды — и лью на пятно. Уж не знаю, есть ли в Лагосе грамотные криминалисты, но убираюсь я куда тщательнее Айюлы.

Издательство: Popcorn Books

Блокнот

— Как его звали?

— Феми.

Я записываю имя в блокнот. Мы у меня в комнате. Нога на ногу, Айюла сидит на диване, прислонив голову к подголовнику. Пока она мылась, я сожгла ее окровавленное платье. Сейчас моя сестра в розовой футболке и благоухает детской присыпкой.

— А фамилия?

Айюла хмурится, поджимает губы и качает головой так, словно хочет переместить фамилию в передний мозг. Не помогает. Айюла пожимает плечами. Эх, зря я его бумажник не забрала.

Я закрываю блокнот. Он маленький, меньше моей ладони. Однажды я наткнулась на ролик TED, в котором парень рассказывал, что носит с собой блокнот и ежедневно фиксирует в нем по одному счастливому моменту. Мол, это жизнь ему изменило. Я тоже купила блокнот и на первой странице написала: «Сегодня из окна спальни увидела белую сову». С тех пор записей не прибавилось.

— Знаешь, я не виновата!

Нет, не знаю. Не знаю, что Айюла имеет в виду. Что забыла фамилию Феми? Что он погиб?

— Расскажи, как все случилось.

Стишок

Феми написал Айюле стишок.

(Ага, фамилию его она забыла, а вот стишок помнит.)

Найдите в красе
Ее изъян.
Найдите ту,
Что с ней сравнится…

Стишок Феми подал ей на листочке, сложенном пополам, совсем как в школе, где мы обменивались любовными записками на задних партах. Айюла растаяла (впрочем, как всегда, когда восторгаются ее прелестями) и согласилась стать его девушкой.

Ровно через месяц Айюла заколола Феми у него в ванной. Она не нарочно, конечно, нет. Феми разозлился, орал на нее, изо рта у него воняло луком.

(Но зачем она нож с собой носила?)

Нож — для самообороны. Мужчин ведь не разберешь, что там они хотят, где и когда. Айюла не собиралась убивать Феми, она собиралась только припугнуть, а он ножа не испугался. Ему, здоровяку ростом за шесть футов, Айюла казалась хрупкой куколкой с длинными ресничками и пухлыми розовыми губками.

(Айюлины слова, не мои.)

Убила она его первым же ударом — попала ножом прямо в сердце. Потом, для пущей верности, ударила еще дважды. Феми безвольно осел на пол. После этого Айюла слышала только собственное дыхание.

Перевод: Алла Ахмерова

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться
Читайте также
«Безумно богатая китайская девушка» — продолжение книги Кевина Квана «Безумно богатые азиаты». Ник, наследник многомиллионного состояния, желает избавиться от влияния своих родителей и жениться на обычной китайской девушке Рейчел. Однако перед ним стоит непростой выбор — жизнь с любимой или владение родовым поместьем в Сингапуре. Что он выберет? С разрешения издательства «Иностранка» «Сноб» публикует пролог
Кэндес Бушнелл, автор колонки Sex in the city в журнале Observer, а затем и одноименной книги, написала новую историю — «Есть ли еще секс в большом городе?». «Сноб» публикует первую главу
Герои книги Дэвида Солоя «Турбулентность» — 12 человек с разными судьбами. Все они показаны читателю во время перелета из одной точки Земли в другую. Кто-то из них летит к родителям и детям, а кто-то к любовникам. «Сноб» публикует первую главу