Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Все новости
Редакционный материал

Оперная певица Любовь Казарновская: В любом черном квадрате, как у Малевича, есть белая точка

В 2020 году АСТ исполняется 30 лет. В честь круглой даты российское издательство выпустило видеокнигу «30 глав» — 30 интервью со своими главными авторами. Среди них: Евгений Водолазкин, Денис Драгунский, Алексей Иванов, Ася Казанцева, Любовь Казарновская, Сергей Лукьяненко, Владимир Познер, Людмила Улицкая, Александр Цыпкин, Гузель Яхина, а также хедлайнер проекта — Дэн Браун. «Сноб» публикует избранные интервью с писателями и публицистами. Оперная певица Любовь Казарновская рассказала о выходе ее новой книги «Страсти по опере», работе в театре и жизни в селе Вятское
28 октября 2020 11:50
Фото: Пресс-служба издательства «ACT»


Ɔ. На обложке вашей новой книги «Страсти по опере» написано, что она о музыке и музыкантах — но в первую очередь она о вас?

Конечно, в ней рассмотрены в более подробном виде, под лупой, какие-то вещи, которые меня очень волнуют, волновали и будут волновать, я думаю. Книга называется «Страсти по опере», потому что это жанр, который нельзя страстно не любить и нельзя ему страстно не отдаваться. Я хотела познакомить самого широкого читателя, не только людей, которые любят оперу, с историей написания того или иного произведения. В книгу даже включены отрывки из «Дамы с камелиями» Александра Дюма, «Сельской чести» Верга, «Кармен» Проспера Мериме. Мне кажется, это очень хорошо, потому что ты сразу ощущаешь и эпоху, и стиль писателя.


Ɔ. Это ваша третья книга. Работать с ней было проще, чем с первыми?

Вы знаете, нет. Они все очень разные. Первая книга вышла в издательстве «Эксмо» и называется «Любовь меняет все» — вот она более автобиографичная, там очень много личных моментов, которые мне хотелось слегка засветить. И, естественно, с профессией все связано, и с моим мужем, и с рождением сына, какими-то страстями, которые были в личном плане, и семейные какие-то вещи. Вторая книга вышла в издательстве АСТ — это «Оперные тайны», где тоже есть некая исповедальность, потому что очень большая часть книги посвящена работе над моей любимой Татьяной в «Евгении Онегине».


Ɔ. С которой началась ваша карьера оперной певицы?

Да, я студенткой пятого курса Консерватории дебютировала на сцене профессионального театра Станиславского и Немировича-Данченко. И я занималась по клавиру Константина Сергеевича, где его рукой были написаны замечания. Поэтому в книге есть какая-то такая моя исповедальная речь о том, что я поняла про Татьяну и что хотел донести до зрителя Станиславский. 

А «Страсти по опере» — она более «кудрявая», размашистая, потому что здесь идет речь о тех партиях, которые я пела уже в более зрелом возрасте, таких как Леонора в «Силе судьбы» или Кармен, которую я пою только в концертном исполнении. Кармен — моя страсть. И тона, в которые оформлена книга, черно-бело-красные — страстные.


Ɔ. Как вы работаете над книгами?

Я надиктовываю текст и стараюсь это делать очень эмоционально. Для меня каждая глава — некий спектакль. Я опять проживаю со своими героинями все те моменты, которые переживала на сцене. Иначе это будет сухо, это будет лекция, а мне хотелось бы, чтобы это был яркий, очень доверительный и очень личностный, с моими наблюдениями, разговор с моим читателем.


Ɔ. Может быть, будет аудиоверсия книги в вашем исполнении?

Будет. Уже идет подготовительная работа, я сейчас начинаю работу над аудиокнигой «Оперные тайны».


Ɔ. Первая часть дилогии?

Точно, потом будет вторая книга.


Ɔ. И как вам этот опыт?

Вообще, у меня уже был подобный опыт, я уже даже фильмы озвучивала. Мне говорили, что я озвучила Малефисенту интереснее, чем в оригинале, потому что сделала ее такой оперной теткой. И я хочу начитывать эту книгу не как уже написанный текст, а опять же как актриса.


Ɔ. В конце книги есть огромный именной указатель, очень много фамилий. Как строится работа над книгой? Как удается все вспомнить?

Тут очень много фото из моего личного архива и из архивов театров, в которых я пела. На каждой фотографии, как правило, пишется год, репетиционный период и партнеры, поэтому восстановить это все несложно.


Ɔ. На обложке книг указано «Классика лекций».

Да, эти книги можно рассматривать и как некое пособие по истории оперы. Сегодня же для тех, кто учится в училищах, колледжах, фамилия Станиславский — это что-то неандертальско-мамонтовое. На самом деле Константин Сергеевич стал реформатором оперного искусства, он привнес настоящую драматическую игру на оперную сцену, и он невероятно современен и сегодня. По системе Станиславского работает весь Голливуд.

Кстати, как вы стали не только оперной певицей, но и драматической актрисой? В прошлом году вы дебютировали на сцене Первого Русского театра в Ярославле. И снова — Татьяна, снова Пушкин.

Я окончила три курса актерского отделения музыкального театра в училище Гнесиных. А постановка в Волковском театре появилась благодаря идее Константина Сергеевича Станиславского, который хотел объединить оперу и драму и поставить этот спектакль с разговорным текстом. И я рассказала об этой идее директору Волковского театра Юрию Константиновичу Итину. Он сказал: «Это очень интересно». Итин обратился к Владимиру Михайловичу Алинникову, которого мы все знаем по фильму «Каникулы Петрова и Васечкина». Владимир Михайлович много работал в Голливуде, и именно этот синтетический жанр он очень хорошо ощущает. Он написал пьесу, где соединил «Пиковую даму» и «Онегина».


Ɔ. Непросто было работать над ролью?

Непросто, потому что он написал мне страшную роль. Я прямо на глазах у зрителя должна была стать кубиком Рубика, трансформером — представляете? То есть из графини, такой согбенной бабушки, я вдруг выходила, сбрасывая ее домашние одеяния, чепцы эти, в Татьяну, когда вспоминала, что произошло. Эта роль дала мне невероятно много, и я, конечно, подсматривала, как работают мои партнеры по сцене. Мне эта работа безумно понравилась.


Ɔ. Вы обосновались в селе Вятское — как это получилось?

Я просто приехала туда, увидела всю эту совершенно невероятную красоту и сказала: «Вот здесь я хочу сделать свой фестиваль “Провинция — душа России”». Я давно носилась с этой идеей, потому что не секрет, что именно провинция дает все соки таланта. Россия — это, конечно, провинция. Там очень хорошая публика, там очень честный, в каком-то смысле наивный, неиспорченный народ, очень тяготеющий к большой культуре. Нам очень понравилось село Вятское, я увидела кусочек земли, который мне очень приглянулся: с речкой, с прудиком. И сказала мужу: «Слушай, давай!» У нас есть недвижимость в Баварии, но туда не наездишься. И потом, когда начался этот пандемический ужас, я 35 раз сказала «спасибо» за то, что у нас есть Вятское: во вторую половину этого кошмара, когда разрешили путешествовать между областями, мы смогли туда уехать.


Ɔ. Вас сейчас можно назвать в определенном роде певцом села Вятское. У вас и блог о нем появился.

Сидели мы на кухне в пандемическое время с мужем, и он мне говорит: «Слушай, тебе все пишут письма в интернет: “Почему Вы не в соцсетях? Почему не ведете блог?"» Я как-то всегда считала, что Instagram и Facebook все время выставляют все напоказ: это я съел, это купил, во что оделся. Мне казалось, что это как-то чуть-чуть моветон. Другое дело — поговорить о том, о чем я не могу говорить на федеральных каналах, исповедально что-то рассказать своему зрителю, своей публике. Я думала, зайдет где-то 5, 10, 15 тысяч человек. Вы не представляете — более 300 тысяч! И количество подписчиков растет ежедневно.

В любом черном квадрате, как у Малевича, есть белая точка. И вот эту белую точку я стараюсь всегда найти в разговоре с моим зрителем на канале.


Ɔ. Еще вопрос про оперу: почему она остается элитарной?  

На самом деле она абсолютно не элитарная. Это придумали люди, чтобы сказать: «О, это так сложно, я не понимаю!» Но в плане ценника — да. Когда я училась в Консерватории, нам как студентам делали специальные пропуска, и мы ходили на верхотуру, слушали оперные спектакли, смотрели балетные спектакли.

Раньше была театральная публика, и пять-шесть рублей стоил билет. По сравнению с месячной зарплатой это было вполне бюджетно. Сегодня, когда билет стоит, скажем, 50 тысяч, 80 тысяч, а если попадешь на перекупщиков, то и 150 тысяч, — это, конечно, может себе позволить весьма определенный класс людей. И вы понимаете, какая публика тогда сидит в партере. Им совершенно все до фонаря: они ничего не понимают, и они не поймут ничего. Им звон имен роднее, чем то качество, которое они там слушают. А вот абонементные концерты стоят недорого, но люди не стремятся сейчас ходить на абонементные концерты. Увы и ах.


Ɔ. АСТ 30 лет. Что пожелаете имениннику?

Я сегодня получаю такую радость от того, что есть возможность пошелестеть страницами книг. Я считаю, что ни одна электронная книга не заменяет нашего общения с живой литературой, с живой книгой, к которой можно вернуться, в которой можно сделать пометочки. Я благодарю команду издательства, которая в тяжелых условиях, в непростое для всех и для печатной продукции в том числе время полна энтузиазма, и меня там уже спрашивают: «А что мы делаем дальше?» Это вселяет в меня уверенность, что у нас все будет хорошо, потому что до той поры, пока мы держим книгу в руках, мы мудреем, мы становимся чище. Я поздравляю издательство. И очень надеюсь, что любовь к книге в нашей стране не угаснет. Хочу пожелать издательству АСТ долгих, плодотворных лет.

Беседовал Никита Пименов

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Владимир Познер
В 2020 году АСТ исполняется 30 лет. В честь круглой даты российское издательство выпустило видеокнигу «30 глав» — 30 интервью со своими главными авторами. Журналист Владимир Познер рассказал о своей новой книге, создании фильма о Японии и о том, почему не поедет на съемки передачи в США
Как оцифровываются госуслуги, что думают о цифровизации государства его граждане и почему так мало внимания уделяется защите прав электронного потребителя? Об этом на конференции ЦИПР главный редактор проекта «Сноб» Ксения Чудинова поговорила с Глебом Никитиным, губернатором Нижегородской области
Для чего нужно объединять PR и рекламу, как пандемия ударила по коммуникационной индустрии и почему нужно знать лучше клиента ситуацию в его отрасли. Об этом и многом другом «Сноб» поговорил с Вячеславом Лащевским, председателем совета директоров Коммуникационной группы АГТ