Все новости
Редакционный материал

Как вы относитесь к сиквелам и ремейкам? Отвечают члены клуба «Сноб»

В мае этого года, через 17 лет после выхода последней серии, вышел новый спешл-эпизод сериала «Друзья», а в декабре — сиквел «Секса в большом городе» — «И просто так…». Оба проекта критикуют в сети и в СМИ. Как метко выразились наши коллеги, «ремейки и реюнионы 1990-х и нулевых напоминают встречу со старыми одноклассниками — скучно и немного стыдно». Мы спросили участников проекта «Сноб», как они относятся к «возрождению» ранее закрытых шоу
17 декабря 2021 16:13

Сабина Бабаева, журналист

К сиквелам и ремейкам можно относиться по-разному — в зависимости от того, каким получился фильм или сериал. Например, мне очень нравится мини-сериал «Меломанка» с Зои Кравиц — ремейк фильма 2000 года с Джоном Кьюсаком. Но, к сожалению, все «продолжения» сериала «Секс в большом городе» невозможно назвать удачными: ни фильмы 2008-го и тем более 2010 года, ни новое «продолжение» с другим названием.

Едва увидев кадры со съемок нового сериала, я написала в фейсбуке, что, судя по ним и по тому, как выглядит С. Дж. Паркер, этот сериал нужно назвать «Секс на смертном одре». Понимаю, что шутка злая, но я люблю злые шутки — а в этом случае сам бог велел, потому что это цитата из оригинального сериала. На котором нужно было остановиться, но кто скажет «хватит», когда с неба сыплется золото?

К большому сожалению, люди ради наживы готовы выжимать последние соки из классного и когда-то важного явления. Сериал 1998–2003 годов закончили на высокой, хотя и неправдоподобной ноте. Как говорится, все разошлись довольные. Зачем нужно было делать два глупейших фильма, один хуже другого, с пустым несмешным сценарием и четырьмя носящимися туда-сюда курицами в неуместно дорогих нарядах? От прежнего остроумия не осталось и следа, подруги постоянно злятся друг на друга — и все эти ситуации выруливают слишком драматично, в отличие от оригинального шоу.

Я ни в коем случае не хочу сказать, что после 50 нет личной жизни: она есть и после 80, если все идет хорошо. Наоборот, восхищаюсь Софи Марсо, Изабель Юппер, Джулианной Маргулис, Наоми Уоттс, Габриэль Юнион и еще множеством прекрасных дам. Но в случае с «продолжениями» «Секса в большом городе» мы наблюдаем банальное выдаивание по капле культового явления, а это равно его уничтожению. 

В первых двух сериях нового «И просто так» мне понравился лишь один момент — когда Мистер Биг говорит Керри что-то вроде: «Ты ли это? Когда мы начинали встречаться, ты держала свитеры в духовке». Вспомните все эти любимые моменты — как Керри сама красила квартиру в цвет яичной скорлупы, как испугалась мышки в шестом сезоне, этот кадр с перевернутой квартирой; как вместе с подружками наблюдали в окно за чужим сексом в первом сезоне. И теперь Керри стесняется говорить о сексе? Умоляю! Что может быть глупее такого хода? 

Кажется, я догадываюсь, в чем дело и почему из «продолжений» исчезло остроумие вместе с образом порхающей, как бабочка, Керри. Дело в том, что Сара Джессика Паркер стала изображать на экране саму себя вместо героинь — стеснительную и спокойную женщину в дорогой одежде. Посмотрите на ее роли после 2003 года, особенно сериал «Развод». В обоих фильмах «Секс в большом городе» и в новом шоу видим этот драматичный образ вместо прежнего остроумного, когда С. Дж. Паркер следовала сценарию, не выставляла себя напоказ, не нуждалась отчаянно во внимании — оно у нее было благодаря классному тексту шоу и свободолюбию, которые я, не верящая в дружбу, считаю главными достоинствами «Секса…», сделавшими его культовым.

Неуместной мне видится и попытка внесения доли расового разнообразия: с ним явно перестарались. У каждой из оставшихся трех подруг (у одной Ким Кэтролл хватило ума и интеллигентности отказаться от съемок) — своя «черная подружка». Это нелепо, как любая попытка сделать хорошо сразу всем. Намного интереснее, например, сериал Иссы Рэй «Белая ворона» (Insecure) о жизни четырех молодых афроамериканок — вот настоящий «Секс в большом городе» наших дней.

Борис Аронштейн,кандидат биологических наук, профессор

Сиквелы и ремейки (явления, пришедшие в российскую киноиндустрию из Голливуда) являются примером чистой эксплуатации удачно найденной темы. Например, «Железный человек — 3» собрал в прокате 1, 2 млрд долларов, а «Звездные войны — 7» — аж 2 млрд долларов. Вообще, из 29 голливудских картин, собравших в прокате 1 млрд долларов и более, 23 являются ремейками, сиквелами или ребутами (транслитерация еще одного голливудского термина — reboots — означающего перезапуск картины). Обилие таких «повторов» (или фильмов-переделок), на мой взгляд, вызвано, в первую очередь, недостатком новых идей и, во-вторых, достаточной консервативностью зрительской аудитории. «Сорвать банк» удалось и некоторым российским фильмам-переделкам, наиболее ярким примером которых из российского проката является фильм Тимура Бекмамбетова «Ирония судьбы — 2» (ремейк и сиквел одновременно). К сожалению, кассовый успех таких фильмов-переделок далеко не всегда соответствует их художественным достоинством, что, в первую очередь, связано со старением ведущих актеров и кардинальным изменением режиссерской концепции. Как можно, например, ожидать кинематографической связности «Иронии судьбы — 2», если за режиссерским пультом уже не было Эльдара Рязанова? <...>

Светлана Горченко, кандидат социологических наук, доцент

К сиквелам и ремейкам отношусь однозначно положительно. Во-первых, это естественно — возвращаться в полюбившийся мир, к его героям. Во-вторых, возвращения пробуждают интерес к тому, как оно начиналось и как устроено, способствуют популяризации авторов шедевров и их произведений. Неудачные возвращения/продолжения/ответвления уйдут на периферию, удачные обогатят ноосферу. В-третьих, финансовый вопрос и законодательство о защите финансовых интересов создателей исходников. Поневоле придется все это совершенствовать и развивать, что полезно.

Андрей Макаревич, музыкант, художник, теле- и радиоведущий

Отношусь плохо (я сейчас не про «Секс в большом городе» — я и начало-то не смотрел). Потому что все эти изделия по следам «Кавказской пленницы», «Иронии судьбы» и далее по списку вплоть до «Простоквашино» в лучшем случае неудачны, в худшем — чудовищны, причем второе — чаще. Одна из отрыжек постмодерна — зачем вообще придумывать что-то новое? Я понимаю желание заработать, но не до такой же степени! 

Мария Маханова, журналист

Во-первых, деловая часть. С точки зрения бизнеса — отличная идея. И абсолютно грамотный ход. Любой продукт, любой контент создается в том случае, если существует запрос со стороны потребителя. Есть ли такой запрос на продолжение «Друзей» и «Секса в большом городе»? О да!

Поколение, выросшее и полюбившее героев <...> — отличные потребители! Им (нам) такое «легко продать». Так что продюсеры — молодцы, и телекомпании все правильно делают! Во-вторых, часть эмоциональная. Господи, да я жила когда-то «Сексом в большом городе». Ну конечно же, конечно же, я мечтала увидеть «что было дальше». Точно так в детстве очень хотелось написать продолжение всех любимых книг: что же было с героями потом? Ну конечно, эти новые серии разочаровали. <...> Но я думаю, что это такой, философский момент. Мы ведь сами были совсем другими людьми когда-то давно. Мы совсем по-другому представляли тогда и свое будущее.

Мы все были другими. А стали такими.

А некоторые даже умерли.

Нам невыносимо это все понимать. Вот мы и злимся на постаревших героев.

Катерина Мурашова, психолог

Я, к сожалению, не смотрела ни основных сериалов, ни их ремейков, но к самому явлению (также как и к встречам с одноклассниками и с однокурсниками, на которых я регулярно бываю и даже организую) отношусь с однозначной симпатией. Да, нельзя два раза войти в одну и ту же реку, вернуть молодость, но новая встреча с чем-то, что было когда-то мило и интересно, встряхивает и обновляет нейронные сети в мозгах, позволяет вспомнить, продлить что-то из прошлого в настоящее, умилиться или ужаснуться, развеселиться или соскучиться, причем не в одиночку, но вместе с кем-то (одноклассниками, героями фильма или сериала, режиссерами) осознать, отрефлексировать, прочувствовать время жизни как целостную длящуюся структуру. В общем, на мой взгляд, любой ремейк — это повод и возможность прожить еще кусок своей собственной жизни. При этом понравился тебе или не понравился сам ремейк как отдельное художественное произведение, особого значения, мне кажется, не имеет. Принял или отверг — и то, и другое вполне конструктивно. Важно, что оно снова возникло и ты его прожил и продумал.

Мария Шапиро, финансист

Я посмотрела. То есть не было никакого сомнения в том, что я это посмотрю. Ни минуты лукавства, что я уже выросла и на это все нет времени… Ага, щас. На заливную рыбу есть, а на Кэрри Брэдшоу нет?

И ощущение у меня такое, что создатели шоу забыли проапгрейдить к 2021-му самое главное — личности героинь. Навели дорогущий марафет на декорации и, как положено, запаслись костюмами haute-couture. Пригнали под софиты положенных нынче персонажей ЛГБТ. Помянули недобрым словом пандемию. Даже детей подрастили со всеми полагающимися в новом веке проблемами. А вот главных героинь вырастить забыли. Их психологический возраст как был максимум 20+, когда они играли 40-летних, так и остался 20 лет спустя. Даже завидно немного такой кристальной незамутненности сознания, обмотанной туркуазными шелками. И да, мужики постарели, тетки тоже. Все это понимают и вроде стараются вести соответствующие возрасту разговоры и шутить о болячках и конфликте отцов и детей. Только все это выходит ну настолько неестественно, что смотреть откровенно скучно. Спасибо скажу лишь за шутку про кроссовки Кэрри с 10-сантиметровым каблуком. А в целом, уж лучше по Токио сохнуть в «Бумажном доме» — вот где секс и просто так…

Дмитрий Синочкин, шеф-редактор «Недвижимость и строительство Петербурга»

Я не поклонник сериалов. Умом понимаю, что они призваны заместить в массовой аудитории пустоту, образовавшуюся на месте большой литературы, но этот жанр у меня отклика не вызывает. В пограничных случаях (франшиза, например, последний фильм про Бонда) могу лишь отметить: приемы и «крючки», работавшие несколько лет назад, сегодня не цепляют. Трансформируются культурные коды, жизнь вокруг меняется с дикой скоростью, понятие нормы размыто до неузнаваемости, а в это время творцы сериалов пытаются удержать публику привычными героями в новых обстоятельствах? На заре эпохи электричества похожие опыты проводили с дохлыми лягушками.

Подготовил Никита Павлюк-Павлюченко

0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
ВЦИОМ провел опрос, посвященный юмору. Выяснилось, что самая неудачная тема для шуток, по мнению россиян, — особенности здоровья людей (ее назвал 91% опрошенных). Кроме того, как считают респонденты, нельзя шутить над церковью (80%) и национальными особенностями и традициями разных народов (69%). Мы спросили участников проекта «Сноб», над чем, по их мнению, шутить можно, а над чем — не стоит
Депутаты от Чечни внесли в Госдуму законопроект, запрещающий упоминать в СМИ национальность преступника. Закон уже пытались рассматривать в 2007 и 2012 годах — тогда возмущение авторов вызывало словосочетание «чеченские террористы». Но принятие документа откладывали. Теперь вопрос об упоминании национальности подняли в связи с несколькими конфликтами в Москве: трое уроженцев Дагестана избили пассажира в вагоне метро, а позже четверо уроженцев Азербайджана с российскими паспортами были задержаны за нападение на мужчину с ребенком. Мы спросили участников проекта «Сноб»: нужно ли указывать национальность человека, совершившего преступление, в средствах массовой информации?
На белорусско-польской границе ситуация дошла до открытого противостояния, польские силовики применили светошумовые и дымовые гранаты, чтобы сдержать мигрантов — те попытались пойти на штурм: начали кидаться в военных камнями и палками и ломать заграждение на нейтральной полосе. Тысячи беженцев находятся рядом с погранпереходом Брузги-Кузница. Мы спросили участников проекта «Сноб»: что делать с мигрантами на границе?