Человечество начало переливать кровь — и вот во что это вылилось

Безусловная польза кровопусканий: как всё начиналось

Задолго до того, как врачи научились переливать кровь, они активно практиковали «удаление» из организма её излишков. Кровопускания применяли ещё в Древнем Египте, а в Греции знания о процедуре систематизировали в теории гуморов.

Греческие врачи полагали, что в человеческом организме присутствуют четыре жизненных «сока»: кровь, слизь, чёрная и жёлтая жёлчь. Многие болезни, по их мнению, возникали из-за дисбаланса этих жидкостей. А кровопускания, как считалось, помогали восстанавливать баланс.

Процедура была популярна в Европе ещё много веков. Кровопускания применяли для лечения самых разных заболеваний — от сердечно-сосудистых патологий до пневмонии. Иногда доходило до абсурда: кровь пускали даже раненым, которые и так потеряли много крови.

Интересно, что о тех временах напоминают крутящиеся «фонари» у барбершопов — барберполы с белыми, красными и синими полосами. В Средние века цирюльники оказывали не только парикмахерские, но и медицинские услуги. Белый цвет на вывеске означал удаление зубов, красный — кровопускания, а синий — бритьё.

Кровопускания «продержались» в медицине вплоть до XX века. К тому моменту было накоплено множество доказательств, что процедура не только неэффективна — во многих случаях она может нанести вред.

Сегодня врачи «пускают кровь» строго по показаниям — в ходе лечения нескольких редких заболеваний. Например, флеботомия показана при гемохроматозе — наследственной или приобретённой «перегрузке» организма железом.

Кровь ягнёнка и другие эксперименты

Первые эксперименты с переливаниями начались после того, как английский врач Уильям Гарвей в 1628 году описал замкнутую систему циркуляции крови. В числе прочего, Гарвей доказал, что количество крови в организме ограничено. Так к медикам пришло понимание: в ряде случаев целесообразно не «удалять» избыток с помощью кровопускания, а наоборот — восполнять недостаток драгоценной жидкости.

В 1667 году французский врач Жан-Батист Дени провёл первую в мире успешную гемотрансфузию — перелил кровь от животного к человеку. Пациентом Дени стал подросток, который страдал от лихорадки, а «донором» — обычный ягнёнок.

В результате мальчик поправился — однако дальнейшие процедуры оказались сопряжены с тяжёлыми побочными эффектами. Когда очередной пациент Дени скончался, переливания официально, и надолго, запретили — сперва во Франции, затем и в других странах Европы.

Революция акушера и открытие групп крови

Новый этап в истории гемотрансфузии начался в 1818 году, когда британский акушер Джеймс Бланделл нашёл способ справляться с главной причиной материнской смертности — послеродовыми кровотечениями.

В попытках помочь одной из пациенток, Бланделл решился на отчаянный шаг: перелил роженице кровь её мужа. Женщина выжила. В последующие годы Бланделл повторил процедуру несколько раз. Однако успех сопутствовал лишь половине случаев — остальные женщины погибали, и никто не мог объяснить почему.

Разгадка была найдена в начале XX века, когда австрийский учёный Карл Ландштайнер заметил: иногда кровь двух людей при контакте слипается (происходит агглютинация).

Он взял кровь у 22 добровольцев, проверил все возможные комбинации и предположил существование трёх уникальных и несовместимых между собой групп крови. Четвёртую, самую редкую группу, обнаружили чуть позже его ученики. Так была открыта система групп крови АВ0, которая классифицирует кровь по наличию на поверхности эритроцитов антигенов А и В.

Их комбинации и определяют группу. Например, эритроциты первой группы (0) не имеют ни одного антигена, а четвёртой (AB) — имеют оба. Параллельно существует система резус (Rh), открытая несколько позже. Она определяет наличие или отсутствие антигена D.

Современная трансфузиология

Сегодня переливание крови — это рутинная процедура, которая ежегодно спасает миллионы жизней.

Кровь доноров, как правило, разделяют на компоненты: эритроциты (нужны при анемии и кровопотерях), тромбоциты (их переливают при онкологических заболеваниях, после химиотерапии), плазму (применяют при ожогах и для производства лекарств). Такой подход позволяет использовать донорский материал наиболее рационально.

Краеугольный камень современной трансфузиологии — безопасность. Доноры проходят тщательное обследование перед каждой сдачей, а собранный материал повторно тестируют на ВИЧ, гепатиты В и С, сифилис. Для плазмы существует дополнительный уровень защиты: её помещают на 120-дневный карантин, после чего донора приглашают повторно сдать анализы на инфекционные заболевания — и только после этого плазму используют.

Сам процесс забора крови и её компонентов бывает двух типов. Традиционная донация цельной крови занимает около 15 минут и напоминает обычный забор из вены. Более современный метод — аферез — позволяет собирать только нужный компонент (например, плазму или тромбоциты), а остальное — возвращать донору. Процедура длится чуть дольше (до 50 минут), но переносится легче.

Донорство плазмы в России, кстати, начали развивать всего несколько лет назад. И это огромный прорыв. Дело в том, что плазму используют не только для переливаний, из неё также производят жизненно важные лекарства, например, иммуноглобулин.

Сегодня такие препараты чаще всего закупают за границей. Но создание запаса плазмы и запуск производств позволят снизить зависимость от импорта — качественные препараты станут гораздо доступнее.

Искусственная кровь: что нас ждёт в будущем

Донорское движение во всём мире развивается, активно вовлекает новых участников, учит регулярному участию в акциях — и всё-таки доноров по-прежнему не хватает.

Чтобы снизить зависимость медицины от помощи добровольцев, учёные давно пытаются создать полноценный «заменитель» донорской крови. В 1980-х годах в СССР, например, разработали перфторан — «голубую кровь» на основе перфторуглеродов.

Перфторан способен переносить кислород — но это всего одна из многочисленных функций крови. К тому же заменитель токсичен для организма — поэтому широкого применения советский аналог крови так и не получил. Зато остался в истории трансфузиологии — как важное открытие на пути к изучению крови и её свойств, а также возможностей по «замене» драгоценной жидкости.

В последние годы появились и другие разработки. Японские учёные, например, поместили гемоглобин в липидную оболочку и получили структуру, имитирующую эритроцит. А американские биоинженеры создали искусственные полусинтетические эритроциты с полимерным покрытием.

Большие надежды исследователи со всего мира возлагают на производство эритроцитов с помощью стволовых клеток. В 2017 году учёные из Бристольского университета открыли способ повышать их «производительность» — обычно ограниченную естественными свойствами стволовой клетки. Это позволило получать большое количество кровяных телец. Впервые эритроциты, выращенные в лаборатории таким способом, были перелиты добровольцам в 2022 году.

Однако до клинического применения подобных разработок ещё далеко — даже успешные и подающие надежды эксперименты со стволовыми клетками остаются слишком дорогостоящими и ещё проходят фазу испытаний. Полноценного заменителя, способного выполнять все функции человеческой крови, всё ещё не существует. Поэтому единственным источником помощи в критической ситуации остаётся другой человек — донор.

Национальный день донора, праздник, посвящённый людям, которые отдают часть себя для спасения жизней, в России отмечают 20 апреля. В этот день в 1832 году акушер Андрей Вольф впервые в нашей стране успешно перелил кровь роженице с послеродовым кровотечением. Пациентка выжила — и этот случай стал отправной точкой развития отечественной трансфузиологии.

История переливания крови — это путь проб и ошибок, побед и трагедий. Сегодня, благодаря труду учёных, врачей и доноров, эта процедура стала надёжным инструментом спасения жизней. И каждый, кто приходит на станцию переливания, продолжает её удивительную историю.

Автор: Павел Трахтман, доктор медицинских наук, заведующий отделением трансфузиологии детского медицинского центра имени Дмитрия Рогачева и эксперт проекта о донорстве крови и плазмы «+Я»