Бельгийская овчарка по имени Zoé — не самый дружелюбный пес из всех, кого мне довелось знать. Скорее, наоборот. Гуляем с ней только в наморднике и на поводке, но даже несмотря на это она порывается разъяснить каждую встреченную на пути кошку и яростно облаивает других собак, детей, велосипедистов, детей на велосипедах, мотоциклистов, а также прохожих любого цвета, отличного от белого (не спрашивайте, почему — сие мне неведомо).

Собачий расизм еще ждет своего исследователя.

Ma belle. Фото автора
Ma belle. Фото автора

Зоины агрессия и нервозность отчасти объясняются тем, что первые полгода своей жизни она прожила у людей, которые не занимались ее манерами и воспитанием и попросту избивали. Зои удалось убежать и какое-то время она скиталась в полях. Ее подобрали в запущенном истощенном виде, увешанную паразитами, колючками и клещами.

И если вид у нее теперь холеный, характер остался скверным, вздорным и скандальным. Зои задира и хамло с теми, кто уступает ей в размерах, а однажды она на моих глазах жутко цапнула курицу.

Бекон есть? Фото автора
Бекон есть? Фото автора

Вместе с тем это самое доброе и преданное сердце, какое только можно себе представить. Если уж она кого полюбит, то всей душой, и когда человек уезжает, она страшно тоскует, не ест и лежит в темноте, грустно уткнувшись мордой в лапу.

А если найдем? Фото автора
А если найдем? Фото автора

Мне повезло — меня она любит, хотя на заре нашего знакомства тоже грозно облаивала. Наверное, по ее меркам я недостаточно белый человек. Тем не менее сейчас, когда я прохожу мимо, она порывается лизнуть мою руку, коленку, или хотя бы угнаться за пяткой и облобызать ее на бегу.

Жара. Фото автора
Жара. Фото автора

У меня никогда раньше не было собак, я совершенно не умею с ними общаться, и я представить себе не могла, что мне когда-то придется обниматься с овчаркой.

С Зои вышла история, которая нас сблизила. Дело было так.

Полгода назад мы с Зоиным Хозяином и по совместительству главной любовью всей ее жизни переехали с запада острова на восток; путь из пункта А в пункт В занимает около двух часов.

В несколько заходов при помощи грузчиков мы перевезли вещи, и вечером Хозяин поехал в Пафос забрать последнюю оставшуюся в старом доме мебель, а я отправилась в супермаркет за шваброй, ведром и моющими средствами, чтобы начать уборку.

Фото автора
Фото автора

Дом по периметру окружен высоким забором, и это было одним из главных критериев выбора жилища, поскольку Зои невероятно изобретательна в поисках Хозяина, когда он отлучается из дома: она пробивает головой антимоскитные сетки, делает подкопы, прыгает из окон, перемахивает через заборы и бежит искать свою любовь с решимостью рыцарей Круглого стола, ищущих Святой Грааль.

Это даже не пятая часть всего нашего добра. Почему это важно? Об этом чуть ниже. Фото автора
Это даже не пятая часть всего нашего добра. Почему это важно? Об этом чуть ниже. Фото автора

Понадеявшись на забор, мы, ничтоже сумнящеся, оставили собак во дворе, а не заперли дома. Ошибка, чуть было на стоившая Зои жизни.

Когда я уехала, Зои и ее сводная сестра бигль Лилу, тоже найденыш, в панике начали скулить на всю округу: ночь, новый незнакомый дом, все странное и непонятное, хозяева впопыхах насыпали еды, бросили нас и уехали, куда и зачем — ничего неизвестно.

Я поехала в ближайший супермаркет, купила тряпки, губки и моющие средства, но ведра для мытья полов с насадкой для отжима швабры там не нашла, пришлось ехать в другой. Но и там ведер на было. Ладно, завтра куплю, подумала я, и поехала обратно.

Новый дом находится в деревне недалеко от границы с оккупированными Турцией территориями, прямо у кладбища и воинской части, окруженной небольшой оливковой рощей.

Под конец пути я повернула не туда и уехала в сторону воинской части, увидела вышку, сориентировалась, начала разворачиваться, и тут в темноте в свете фар мелькнуло что-то светлое — я чуть не переехала прыгавшую перед моей машиной большую собаку. Мой убитый переездом и недосыпом мозг не сразу сообразил, что это наша Зои собственной персоной.

О боже, Зои бегает по улице в паре сотен метров от дома? Как она сюда попала? Как перепрыгнула через двухметровый забор? А вдруг она кого-то укусила? И какое счастье, что не потерялась, ведь она совсем не знает этих мест!

В изумлении я открыла окно машины и окликнула ее по имени. Она поставила на окно передние лапы и просунула голову в салон, дыша, как загнанный зверь.

Наш грозный полуволк. Фото автора
Наш грозный полуволк. Фото автора

— Зоюшка, Зои, ну какая же ты балда! Зачем же ты выбежала на улицу? — спросила я, гладя ее по голове. — Скорее домой, скорее!

Я поехала в направлении дома, она бежала рядом, не сводя с меня преданных глаз. Я отметила про себя, что назло ей еду быстро, на скорости 25-28 км/ч, чтобы она не отставала и никого не покусала по пути, стараясь бежать со мной наравне на пределе сил.

Тут до меня опять-таки медленно дошло, что моя рука почему-то мокрая и липкая. И что-то стекает от окна по двери. Как в замедленной съемке я притормозила, включила свет в салоне и посмотрела на свою руку. Она была в крови. Густая темная кровь была размазана на внутренней стороне двери, капала с ручки на коврики и светло-бежевое кожаное сиденье.

О боже, что с Зои? Она ранена? Ее ударила другая машина?

Ночь, окраина чужой деревни, где я не знаю ни одной живой души. Темнота, кладбище, всё в крови. Это было похоже на фильм ужасов.

Я притормозила и посмотрела на Зои, она тоже резко остановилась. Под ее правой передней лапой на асфальте в свете фонаря медленно расплывалась темная лужа. До дома оставалось метров 50. Мы доехали, я бросилась в дом, Зои за мной, поскуливая от боли и припадая на раненую лапу.

Боже, как она бежала по асфальту с такой лапой? Да еще и так быстро, бедная, как ей, должно быть, было больно! Как же я теперь была зла на себя.

Я заметалась по дому: что делать, как остановить кровь? Где-то в коробках у нас целая куча лекарств, бинтов, антисептиков, но где? Коробки в несколько рядов, их тут десятки, и если я начну открывать все подряд в поисках лекарств, на это уйдет куча времени. Куда звонить, бежать, что делать? Я безуспешно попыталась зажать рану на Зоиной лапе туалетной бумагой —это было единственное средство, имевшееся в моем распоряжении. Да еще холодная вода из крана, но недостаточно холодная, чтобы остановить кровь. Черт, хоть бы лед в морозилке был! Хоть что-нибудь! Водка, виски, чистое кухонное полотенце, которое можно разорвать на полосы.

Я бегала по дому, лихорадочно открывая коробки в поисках кухонной бумаги и какого-нибудь алкоголя, чтобы промыть рану. По теории вероятности алкоголь должен был скоро найтись, учитывая хобби Зоиного хозяина. Зои бегала за мной, оставляя кровавые следы. Очень скоро дом и двор тоже начали выглядеть как из фильма ужасов.

Фото автора
Фото автора

Блин, чужой (арендованный) дом со светло-бежевой керамической плиткой на полу, вдруг пятна крови не отмоются? Я принесла из машины швабру, нашла ведро для воды — обычное, круглое, и попыталась оттереть кровь.

Зои сходила с ума от боли и бегала вверх-вниз по лестницам.

Нормально отжать кровавую швабру я не могла, т. к. у меня не было специального ведра, приходилось выжимать руками в раковине, от запаха крови меня мутило, неожиданно в голове всплыло польское ругательство «Пся крев» из какой-то книжки, прочитанной сто лет назад — вот зачем, скажите, память хранит подобную ерунду?

Чем больше я мыла полы, тем кровавее они становились. На мокром полу Зоины следы расплывались еще быстроее. Кровотечение не прекращалось. Зои было больно и страшно.

Это была ночь с субботы на воскресенье. Можно погуглить ближайшую ветклинику, но как ее везти? Это же почти волк, она не влезет в мою машину, а если и впихну на заднее сиденье и она начнет биться и метаться в салоне, мы непременно куда-нибудь врежемся.

Что делать? Ее Хозяин сейчас в двух часах пути отсюда, он только добрался до старого дома. Не буду пока ему говорить, все равно он никак не может помочь, а если будет гнать ночью на грузовике в своем безумно уставшем состоянии, не ровен час, попадет в аварию.

Да и чем он может помочь, нужны медикаменты, я тут отыщу их быстрее.

Надо найти дежурную аптеку и сгонять туда, но как оставить этих архаровцев? Зои выла от боли, Лилуша подвывала, дом все больше походил на место жуткого преступления. И тут меня осенило. Какая же я тупица, почему я не подумала об этом раньше!

Фото автора
Фото автора

Ведь в каждой машине обязательно есть аптечка, и в моей тоже. Я не имею понятия, куда именно их кладут — к счастью, пока ни разу не приходилось воспользоваться ею, но надо найти.

Я выбежала на улицу. Услышав звяканье ключей и решив, что я сейчас снова их бросаю на произвол судьбы, архаровцы взвыли уже в полную мощь. Ночь, тишина, туман, белые кресты и огоньки на могилах. Зои воет, Лилуша подвывает. Лепота, зовите Стивена Кинга.

Стараясь не смотреть в сторону кладбища и светя себе телефоном, я открыла багажник, нащупала подпол, подняла его, пошарила рукой и в углу нашла небольшую плотно набитую сумочку.

Вернулась домой, открыла — ура, бинты, эластичная повязка, бутылочка Octenisept-а и сверкающие изогнутые медицинские ножницы. Главное теперь, чтобы она дала себя перевязать.

Я присела перед ней на корточки и осторожно взяла ее лапу в руки. Промокнула кровь мокрыми кухонными полотенцами. Удалось осмотреть раны. Та, что ниже, неглубокая и небольшая, просто порез, кровь уже начала сворачиваться. Вторая, выше на голени, страшная и глубокая, и из нее не переставая течет кровь. И все-таки Зои повезло, что не задела вену, она бы истекла кровью еще до моего возвращения.

Я села на пол, разложила на газете сокровища из аптечки и, внутренне содрогаясь от ужаса, осторожно начала обрабатывать Зоину рану антисептиком. Ее морда находилась в нескольких сантиметрах от моего лица, она тяжело дышала. Я дула на рану изо все сил, как делала мама в детстве, когда мазала мои разбитые коленки йодом или зеленкой. К счастью, этот антисептик не щиплет, как я потом вспомнила, иначе ходить мне с половиной лица — вторую она бы мне просто откусила.

Дрожащими руками я наложила повязку. Меня поразило доверие, с которым она позволила мне заниматься своей лапой и то, с каким достоинством она держалась. Повязка была довольно тугая, думаю, ей стало еще больнее, но она понимала, что я хочу ей помочь, и стиснув зубы, терпела. Кровотечение удалось остановить.

После моей перевязки. Бедный зверь. Фото автора
После моей перевязки. Бедный зверь. Фото автора

Когда мы закончили, я крепко обняла ее за шею, как дорогого друга, и мы долго сидели так, прижавшись друг другу, в страшном доме среди разгрома и десятков коробок.

Я хотела дать ей обезболивающее — у меня в косметичке всегда есть панадол или нурофен, но погуглила и узнала, что собакам ни в коем случае нельзя ни ибупрофен, ни парацетамол — они для них токсичны, а кетопрофена у меня не было.

Думаю, половина моей седины появилась в ту ночь. Потом я еще часа два отмывала дом, двор и поливала водой улицу. Когда я, наконец, закончила, была глубокая ночь.

Хозяин был в таком убитом состоянии, что решил заночевать в старом доме, укрывшись занавесками, и это было мудрым решением. Мне удалось помочь Зои подняться по лестнице в спальню, Лилу печально трусила за нами. Я рухнула на матрас на полу, они свернулись клубочками в своих кроватях, и мы заснули, как убитые.

Когда Зои наутро услышала голос вернувшегося Хозяина, она в полузабытьи вскочила, взвизгнула от боли и поковыляла к лестнице, чтобы наконец прильнуть к любви всей своей жизни. Мы с Лилу побежали вниз, на какое-то время забыв о Зои.

Когда я вернулась, она с невероятно несчастным видом сидела на первой ступеньке — дальше идти не смогла, видимо, лапа болела просто зверски. Чуть позже мы отвезли Зои в ветклинику, где ей сделали наркоз и наложили швы. Обычно на раны после первых шести часов швы не накладывают, но у нее был очень глубокий порез, повреждена мышца и сухожилие.

В клинике. Дали наркоз перед тем, как наложить швы. Она героически держалась минут 10, но в один момент глаза съехали в кучу, лапы подкосились, она упала и заснула. Фото автора
В клинике. Дали наркоз перед тем, как наложить швы. Она героически держалась минут 10, но в один момент глаза съехали в кучу, лапы подкосились, она упала и заснула. Фото автора

Зои дали обезболивающее, выписали антибиотик и надели конус. Пару дней она грустно и осторожно хромала, лавируя в лабиринтах коробок и мебели, но уже скоро начала бегать так же резво, как и раньше, не всегда вписываясь в повороты со своим конусом.

С тех пор она стала мне невероятно дорога — никогда не забуду то достоинство, с которым она держалась и терпела боль. И как обрадовалась, когда мы с ней увидели друг друга в темной роще — ведь она просто хотела найти нас, исчезнувших в тот вечер, как мираж в пустыне.

И это чувство взаимно — раз уж она не отъела мне половину лица, когда я делала ей перевязку, думаю, больше нашим отношениям ничего не угрожает.

**

На следующий день, рассматривая место происшествия, я поняла, что произошло. При перевозке растений разбилась одна из стеклянных ваз, получились длинные острые осколки-сталагмиты, каждый длиной с хороший шефский нож. Кто-то из нас, выгружая растения, в спешке поставил вазу у ворот, чтобы выбросить, когда дойдут руки.

Вечером, бегая под воротами в попытке перепрыгнуть через забор, Зои порезалась о саблезубую вазу (утром мы ее сразу же выбросили).

Я прошла по кровавому следу, чтобы посмотреть, как далеко она убежала, и поняла, что она перемахнула через забор, когда услышала сначала приближающийся, а потом удаляющийся звук моей машины и испугалась, что я до них не доеду.

Следы петляли в тупике у рощи, где мы встретились, и дальше шли в обратном направлении.

А потом пошел дождь и всё смыл...

Больше мы не оставляем собак во дворе одних, уезжая даже на 5 минут за молоком. Еще одно такое приключение я не переживу.

Больше историй о дауншифтинге в кипрской деревне: 

Как я переехала в деревню и что из этого вышло

Будни уездной деревни D.

Блэкаут в уездной деревне D.

Приключения интроверта в уездной деревне D.

__

Отвлечься от проблем и почитать веселые и грустные истории о Кипре и не только можно здесь

Прогулки с собаками заменяют мне все виды спорта сразу — кардио, силовые, растяжку, ибо задействованы все группы мышц. Когда Зои рвется с поводка, а я пытаюсь ее удержать, это даже водные лыжи
Прогулки с собаками заменяют мне все виды спорта сразу — кардио, силовые, растяжку, ибо задействованы все группы мышц. Когда Зои рвется с поводка, а я пытаюсь ее удержать, это даже водные лыжи