Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Архив колумнистов  /  Все

Наши колумнисты

Алексей Алексенко

Алексей Алексенко: Снос хрущевок и теория эволюции

О том, как понятие «эволюционно стабильной стратегии» помогает разобраться в действиях государственной власти

Фото: Павел Лисицын / Коммерсантъ
Фото: Павел Лисицын / Коммерсантъ
+T -
Поделиться:

«Какого лешего им понадобилось за год до президентских выборов баламутить народ, угрожая отнять у людей квартиры и переселить их за МКАД?!» — недоумевает прогрессивная общественность. Если бы перед властями была поставлена задача — за кратчайший срок на пустом месте создать в столице сеть гражданского сопротивления с ячейками по месту жительства, сплотив общество перед лицом власти, — она не могла бы быть выполнена с большим изяществом и эффективностью. Но ведь крайне маловероятно, чтобы московский мэр Собянин (как некогда первый секретарь Московского горкома КПСС Ельцин) планировал перейти на сторону восставшего народа и узурпировать власть в стране. Ну и о чем они думали, прежде чем все это затевать?

Фото: Алексей Алексенко
Фото: Алексей Алексенко

Интеллигенции вообще свойственно задаваться вопросом «О чем думал Х, прежде чем совершить поступок Y?» Для интеллигента — мыслящего существа, которое думает куда чаще, чем что-то делает, — это вполне естественный подход. Проблема в том, что этот подход не раз заводил людей в тупик ложных умозаключений. Что думал вулкан Санторини, когда губил минойскую цивилизацию? Ровным счетом ничего: вулканы извергаются без всякой рефлексии. Рабочая гипотеза «гнева Посейдона» в настоящее время полностью опровергнута.

Тем не менее наука вновь и вновь попадала в ту же ловушку — неявно предполагала, что неодушевленный механистический процесс способен к разумному целеполаганию. Особенно много путаницы внесла в этот вопрос дарвиновская теория эволюции. Если биологические виды борются за выживание, соревнуясь друг с другом в эффективном использовании ресурсов, почему же так часто они действуют явно себе во вред? Вот, например, морской слон. В период спаривания самцы яростно, до полного изнеможения дерутся, нанося друг другу тяжелые увечья. Им бы договориться между собой, поделить самок по-честному, а сэкономленные силы пустить на совместное воспитание детенышей (в совместном воспитании, кстати, большого успеха достигли их коллеги моржи) — насколько веселее жилось бы всем морским слонам на земле! Но нет, подавай им драку. Пустейшая трата калорий, с таким трудом добытых из тихоокеанских кальмаров.

Или вот другой пример, поближе. Когда летишь в самолете над лесом, он выглядит как ровный зеленый ковер. Это потому, что деревья в лесу примерно одинаковой высоты: 30–40 м. Если бы деревья вырастали только на 3–4 метра, с самолета они выглядели бы точно так же — и вообще-то получали бы ровно столько же солнечного света. Им бы, деревьям, договориться между собой, не тратить свои ресурсы на бессмысленный рост в высоту, поделить солнышко по-честному. В целом результат был бы тот же, но каждому дереву в отдельности жилось бы проще. Но нет, так оно не работает.

Почему так оно не работает, первым догадался английский биолог и генетик Джон Мейнард Смит. Он ввел понятие «эволюционно стабильной стратегии». Что это значит?

Вернемся к примеру леса. В нашем утопическом лесу, где деревья договорились между собой не тратить ресурсы на избыточный рост, рано или поздно возникнет проблема: кто-то вместо предписанных 3–4 метров вымахает на пять и тут же затенит от солнца своих соседей. У соседей нет другого варианта, кроме как пускаться вдогонку. Таким образом, стратегия «расти до оптимальной высоты, а освободившиеся ресурсы пустить на добрые дела» нестабильна: любое небольшое отклонение от нее тотчас нарушает равновесие.

На сколько же надо расти? А вот буквально «на максимально возможную высоту, не жалея ресурсов». В этом случае тот, кто пытается сэкономить на росте, обречен зачахнуть в тени. А тот, кто вырастет еще хоть чуточку выше, рухнет под собственной тяжестью, не в силах нарастить крепкий ствол и широкие корни (ресурсы-то и так на пределе). Итак, стратегия выживания, которая дает преимущество перед любыми малыми отклонениями от нее, — это и есть «эволюционно стабильная стратегия» (ЭСС) по Мейнарду Смиту.

Прелесть эволюционно стабильных стратегий в том, что они позволяют вообще не думать о том, как бы нам повыгоднее действовать в конкурентной борьбе. Эти стратегии устанавливаются сами собой, причем они вовсе не обязаны быть оптимальными для живого существа. И это прекрасный пример решений, перед принятием которых никто не думал: «Зачем бы, к примеру, мне это было нужно?» Это и роднит ЭСС с некоторыми закономерностями, наблюдаемыми в российской социальной политике.

В чем состоит ваша эволюционно стабильная стратегия, если вы «системный человек»? Очень просто: вы должны быть чуть более чудовищем, чем ваш непосредственный начальник

Все, что мы скажем дальше, — совершеннейшая банальность для тех, кто знаком с операционными механизмами политической власти. Однако для чистосердечных любителей науки тут может открыться кое-что новое. В частности, забрезжит ответ на вопрос: «Почему любые инициативы властей Российской Федерации по мере их развития стремятся принять максимально людоедскую форму?»

Одно из любимых ругательных слов, которым представители власти клеймят противников, — это «популизм». Популистскими называли, вы не поверите, даже лозунги «Демократического союза» Валерии Новодворской в конце 1980-х. В понимании власти «популизм» — это совсем не то, что подсказывает словарь, а вообще любые попытки завоевать симпатии людей. Что не так с этими симпатиями? Чтобы власть (которая всегда составляет меньшинство населения) могла править, ей нужно быть сплоченной перед лицом населения. Власть всегда за власть и готова идти до конца. Если же вы пытаетесь понравиться людям — похоже, у вас есть какие-то планы на жизнь после этого самого «конца», и вы не связываете свое благополучие с преемственностью власти. Вы — слабое звено во властной цепи. Лучше бы вас из нее изъять.

Дальше все, конечно, зависит от конкретных деталей общественного устройства. Если чиновник создает себе запасные аэродромы на тот случай, если начальника не переизберут, — это некрасиво, но терпимо. А вот предусмотреть себе безопасный выход в том сценарии, когда начальника выводят босиком во двор к кирпичной стене, — это уже непростительное предательство. С такими нам не по пути.

Итак, в чем же состоит ваша эволюционно стабильная стратегия, если вы, как принято выражаться, «системный человек»? Очень просто: вы должны быть чуть более чудовищем, чем ваш непосредственный начальник. То есть не то что вы сами решаете быть людоедом ради карьеры — просто именно людоедские инициативы автоматически поддерживаются системой, а любая мягкотелость и прекраснодушие ведет к проигрышу в конкурентной борьбе, буквально как у дерева в лесу. Добавьте к этому то обстоятельство, что чем больше в стране людоедства, тем вероятнее в финале тот самый сценарий с кирпичной стеной, и тем неумолимее работает весь описанный механизм — без малейшего обдумывания происходящего кем-либо из участников. Разве что на самом-пресамом верху кто-то вдруг с удивлением отметит, что, подобно морскому ангелу, отчего-то вынужден постоянно истреблять морских чертей. Хотя и на самом-пресамом верху поедать морских чертей лучше системно, а то объединятся и загрызут.

Поведение ос — постоянное, бессмысленное насилие над слабыми — оказалось очень рационально в высоком государственном смысле

Да ладно бы морские ангелы — вот, к примеру, пару лет назад английские биологи исследовали социальные практики у ос. Эти практики, надо сказать, включают такую неприятную особенность, как постоянное насилие над слабыми, причем на первый взгляд без всякой практической пользы для сильных. Однако исследователи смоделировали на компьютере жизнь осиного общества и обнаружили, что именно постоянное, без поблажек, бессмысленное насилие и дедовщина составляют эволюционно стабильную стратегию. Без этого осиный социум буквально разваливается. Более того, параметры насилия (как часто и как жестко бьют), которые в компьютерной модели оказались идеальными, в точности соответствовали наблюдаемым привычкам живых ос в природной популяции. Думают ли осы о том, для чего они насильничают над слабыми? Конечно же, нет — до биологов из Корнуолла вообще никто в целой вселенной об этом не думал. И тем не менее поведение ос оказалось очень рационально в высоком государственном смысле.

Эти биологические аналогии отвечают на множество давних вопросов вроде пресловутого «зачем было фальсифицировать выборы в пользу естественного фаворита». Да затем, что никто, кроме либеральных колумнистов, такой вопрос себе ни разу не задал, как не задают себе вопросов морские слоны перед дракой. Ровно так же оно сработало, похоже, и в истории с принудительным переселением москвичей. Национальный лидер нисколечко не людоед: он от чистого сердца решил перед выборами посулить москвичам улучшение жилищных условий. Но дальше идея понравиться массам не получила — и не могла получить — никакого развития. Все маленькие изменения, вносимые на каждом этапе проекта, были движимы невысказанным намерением не дать слабину и сплотить элиты, отрезав себе пути к отступлению, то есть достичь ЭСС. И даже теперь, когда в мэрии собираются на закрытые совещания и обсуждают, в какую задницу завела их всех эта инициатива, совершенно не факт, что процесс можно повернуть вспять. Рациональный анализ в природе не работает, в ней все идет по своим неумолимым законам.

Ну и что же, что многие виды вымерли. Вместо них просто пришли другие.

Комментировать Всего 5 комментариев

Напрашивается вывод, что негоже поведение власти осмысливать в понятиях, приложимых к человеку - там чистая зоология.

Почему же "зоология"?! У животных очень даже бывет разумное целеполагание. Концепция ЭСС на самом деле скорее относится к области теории игр.

Эту реплику поддерживают: Арина Холина

Почему то у меня возникает ощущение, что власть и граждане - это два разных биологических вида, хотя и живущих в одном ареале. У них должны быть разные ЭСС.

Понятие ЭСС относится ко всей популяции (социуму). В полном виде ее придется формулировать так: «Если ты власть, делай то-то и то-то. Если ты слабый, поступай так-то». На самом деле даже подробнее: «если ты водитель маршрутки... если ты Навальный...» и т.п. Но это в общем виде.

Да, но я же исхожу из того, что власть и народ два разных социума, две разные популяции. Ну не мог я сказать представителю этой самой власти - "Мы с тобой одной крови - ты и я".