Колонка

Пюрешка с юшкой. Как остановить травлю в школах

19 Апрель 2018 15:21

В Башкирии подросток устроил резню, поджег школу и попытался покончить с собой. Педагог Дима Зицер размышляет о причинах подобных происшествий и предлагает способ их избежать

Забрать себе

Эта новость настигла меня, когда я выходил с урока литературы по рассказу Андрея Платонова «Юшка». Помните? Тот самый, где непохожего на других односельчанина обижают, издеваются над ним и в конце убивают. Просто потому, что он трагически отличается от остальных. Просто потому, что он не отвечает соседям бранью и кулаками, и именно это вызывает в них еще большее остервенение. Если не помните, очень рекомендую этот рассказ перечитать.

Так вот, мы вышли из класса, где говорили о любви, о боли, праве на инакость, принятии другого, о способах выйти из животного состояния. И тут я услышал о трагедии человека, которому его ближние дали издевательскую кличку Пюрешка.

Такое совпадение показалось мне настолько невероятным и выспренне-литературным, что повергло меня в состояние настоящего шока, в прямом смысле этого слова. Такого ведь не бывает! Такого просто не может быть! А вот оказалось — бывает. Только не в книжках, а в нашей с вами жизни.

И вот уже привычно катится обсуждение: недоглядели, посадить виновных, решить на местах. И в очередной раз приходится оговариваться: ни в коем случае нельзя оправдывать преступление, но снова и снова мы должны искать его причину.

Просто представьте себе этого одинокого мальчика, записывающего в дневник имена своих обидчиков и способы издевательств, которые он узнал на себе. Представьте и ужаснитесь

Сколько жертв еще надо принести ненасытному Ваалу, чтобы настало пробуждение? Чтобы мы очнулись и ужаснулись собственному настоящему?

Просто представьте себе этого одинокого мальчика, записывающего в дневник имена своих обидчиков и способы издевательств, которые он узнал на себе. Представьте и ужаснитесь. Как случилось, что не нашлось ни одного человека, с которым он мог бы просто поговорить? К кому ему следовало обращаться? Ко взрослым, твердящим «мужик должен уметь постоять за себя»? К учителям, бьющимся в припадках педагогической неврастении? К одноклассникам, доведенным взрослыми до скотского состояния травли себе подобного? Да-да, именно взрослыми.

Теми самыми, придумавшими омерзительную нацистскую мантру «дети вообще очень жестоки». Оправдывающими этим все собственные низости. Теми самыми, научившими детей этой жестокости. Теми самыми, вспоминающими бесконечно в подтверждение своих слов «Повелителя мух», не понимая, что способы человеческого общения, которыми пользуются в этом романе дети, предложены именно взрослыми. Теми, кто отгораживается раз за разом отговорками «это глубокая провинция, это плохая учительница, это окружение» — как будто не мы сами являемся этим окружением. Вот и теперь звучит уже во всю мощь взрослого рыка: «Это же коррекционный класс...» А параллельно, само собой, озвучиваются такие привычные принципы зоны: жаловаться стыдно, нужно разбираться самому, стукачам не место в наших рядах.

Эвакуация учащихся из школы №1 в Стерлитамаке, где ученик напал с ножом на учительницу и одноклассников и совершил поджог Фото: Николай Петров/ТАСС

Отговорки помогают нам пережить липкий страх. Это не мы, это не про нас. Мы-то проскочим. Да и что тут поделать, решения ведь нет.

А ведь правда, простого законодательного или полицейского решения тут нет. А есть только сложное — человеческое.

Вот такое:

Признать право человека защищать себя любыми законными способами. Холить и лелеять это право, поддерживать его, раз за разом напоминать себе и детям, что нет ничего ценнее личности и ее свободы.

Нужно прекратить предлагать себе и детям простые решения любых проблем, раз и навсегда перестать транслировать, что все просто. Все сложно, это и есть жизнь

Создать системы защиты. Главная из которых называется «взрослые» — настоящие взрослые, готовые услышать, поддержать и понять, а вовсе не те, которые шипят через губу вечное «разбирайтесь сами». Человек должен знать, когда и куда обращаться в случае опасности. И он должен уметь распознать опасность, не принимая ее за норму. То есть понимать: это ненормально, если кто-то делает мою жизнь невыносимой. Вне зависимости от возраста и положения.

Не уставать усложнять: прекратить предлагать себе и детям простые решения любых проблем, простые ответы на любые вопросы, раз и навсегда перестать транслировать, что все просто. Все сложно, это и есть жизнь. Мы сомневаемся, пересматриваем решения, меняем собственное мнение. Травля всегда связана с простейшими, почти животными представлениями о мире: свой — чужой, хороший — плохой, наш — не наш. Истошный племенной вопль «Ату его!» может возникнуть только в стаде. Даже если это стадо для услады слуха называется коллективом. Как только слышится «мы все должны» (любить/ненавидеть/хотеть/понимать) — самое время заподозрить неладное. Не может быть в отношении к человеку никакого «мы».

Учиться сомневаться и проверять любую догму. И великая литература нам в помощь — только не стала бы она средством манипуляции, как это бывает.

Приучить себя думать, не переставая думать о том, как сделать жизнь — свою и наших детей — хотя бы самую малость более защищенной и осознанной.

Вышли из гоголевской шинели, говорите? Так это не про нас. Это про Достоевского с Чеховым. А нас занесла судьба на другую планету. Впрочем нет, не судьба — сами переселились. И даже вовсю обжились уже. И о возвращении домой вспоминаем только в анекдотах или когда очередная досадная неприятность потревожит наш покой.

Юшка, Пюрешка, Макарошка. Кто поймет их, кто защитит?

Нет им защиты. Мы далеко. Мы заняты обсуждением.

Миллионы им имя.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Моим двойняшкам 10 лет. Это значит, что уже 10 лет как я не беременна. 9 лет, как я не кормлю грудью ни в общественных…
Как выйти из зоны недоверия и вернуть теплые отношения с близкими

Новости партнеров

Жертвы репродуктивного насилия — женщины, которых принуждают к рождению детей — рассказали «Снобу», через что им пришлось пройти, чтобы отстоять свое право на выбор