Все новости

Редакционный материал

Apple из Краснодара.

Как устроен крупнейший фруктовый сад в Европе

Славянск-на-Кубани — небольшой населенный пункт в сотне километров от Краснодара, который и сегодня больше похож на станицу, чем на город. У большинства россиян при его упоминании не возникнет никаких ассоциаций. О том, что тут родились футболисты братья Миранчук, знают лишь сотни любителей футбола. Еще меньше людей знает о существовании здесь крупнейшего в Европе фруктового сада. Гендиректор «Сноба» Марина Геворкян и корреспондент Никита Павлюк-Павлюченко побывали в агрохолдинге «Сад-Гигант» и узнали, что такое интенсивное садоводство, как правильно срывать яблоки и почему в крупных сетевых магазинах не продают «антоновку»

24 Сентябрь 2019 12:20

Фото: Кирилл Пономарев

Яблочные династии

На границе поселка Совхозный, где находится «Сад-Гигант», и Слáвянска-на-Кубани (именно так, с ударением на первый слог, говорят местные жители) уже почти век стоит арка. Это сооружение делит здешний мир на две части: с одной стороны — хаотичный южный город с малоэтажной застройкой и диким уличным бизнесом, с другой — территория предприятия и порядок.

Здесь есть ночная иллюминация, живые изгороди, аккуратный парк, большой храм, напротив него — новый футбольный стадион, где во время нашего визита тренируются дети. «Это часть академии футбольного клуба “Краснодар”», — поясняет Зариф Зайнутдинов. Он начал работать в «Саду-Гиганте» в 2014 году: еще студентом он занял должность помощника бригадира, а сейчас уже — заместитель гендиректора по производству. За пять лет в «Саду» сменилось руководство, а урожай вырос в полтора раза — с 75 до 113 тысяч тонн. «За счет контроля и внедрения новых технологий», — поясняет Зариф.

В этом году «Саду-Гиганту» исполнится 90 лет. Сегодня это крупнейший фруктовый сад в Европе, в котором на площади в две с половиной тысячи гектаров (больше 2 тысяч футбольных полей) выращивают больше 30 процентов всех плодовых культур Краснодарского края и около 10 процентов в России: в основном яблоки, плюс груша, черешня, слива и персики. Но ни сада, ни тем более «гиганта» рядом со Славянском могло и не быть. Решение разбить тут сады в 1929 году, по словам Зайнутдинова, было не логичным, а директивным.

Общий стаж потомков Петра Дудки — 435 лет, а у Никифора Калюжного — 384 года

— Зона около Славянска для садоводства вообще не подходила, у совхоза почти сразу начались проблемы. Первый разлив местной реки Протока случился через пять лет после основания. Тогда пропали больше 10 тысяч деревьев, — говорит Зайнутдинов. — В 53-м был сильный мороз, погибли более 50 тысяч растений, а 97-м ситуация с подтоплением повторилась, вода уничтожила около 700 гектаров посадок.

— То есть сад все это время жил и рос «вопреки»?

— Да, совхоз выстоял только благодаря людям. В агрохолдинге до сих пор работают родственники тех, кто закладывал сады. Это целые династии. Например, общий стаж потомков Петра Дудки — 435 лет (15 человек. — Прим. ред.), а у Никифора Калюжного — 384 года (18 членов семьи. — Прим. ред.). Их имена выбиты в граните на Аллее славы. Похожих совхозов в районе было немало, но справиться с бедами смогли не все, а у тех, кто остался, не получилось пережить 90-е.

Яблоки больше не воруют

«Гигант» в «лихие» выжил благодаря Александру Клáдю (внук того самого Никифора Калюжного), в 80-е коллектив выбрал его своим руководителем, а позже он стал совладельцем предприятия и четыре раза избирался в краевое Заксобрание: 

— На Кладе держалось все. В чем была сложность? Например, в 97-м у нас погибло около 50 процентов насаждений, пришлось все срочно восстанавливать, нужны были деньги. Плюс  в «Саду» приняли решение заняться интенсивным садоводством (плотная посадка деревьев. — Прим. ред.), которое активно развивалось в Европе. В России необходимых для этого технологий просто не было. Мы сильно зависели от импорта, закупали все в Италии: от тяжелой техники до посадочного материала и даже секаторов.

Новая эпоха в «Саду-Гиганте» началась в 2014-м, когда здесь сменились акционеры и обновилась команда управленцев. С новыми правилами согласились не все, часть старожилов ушла.

— По каким правилам «Сад-Гигант» жил раньше?

— В 2016 году мы столкнулись с тем, что на предприятии резко вырос объем валовки (общий объем собранной продукции. — Прим. ред.) — с 67 до 97 тысяч тонн. К этому мы были не готовы. Почему так случилось? Первое, что сделала новая команда, — проложила вокруг садов почти 90 километров забора. Раньше любая машина могла остановиться на трассе и вывезти яблоки. Среди сотрудников даже оговаривались негласные «квоты»: кого-то мог забрать себе одну, а кто-то и двадцать тонн. Представляете? Это миллионы украденных рублей. И так каждый год. Теперь на въезде в каждый участок сада стоит охрана, въехать внутрь без пропуска нельзя, есть и мобильные группы, которые каждый день объезжают сады.

Около 90 процентов выпускников профильных сельхозуниверситетов не идут работать по специальности

— В новую команду вошли «варяги» или те, кто здесь раньше работал?

— Люди поднялись по карьерной лестнице. Если раньше руководителям было по 50–60 лет, то теперь управляющим от 32 до 45. Мне — 25, возраст технологов в моем отделе от 25 до 30 лет. У людей появилась мотивация и достойная зарплата.

От семечки до магазина

В «Гиганте» признаются, что сегодня агрохолдингу помогает развиваться продовольственное эмбарго. Как только польские яблоки исчезли с прилавков, спрос на отечественную продукцию резко вырос, да и государство стало уделять садоводству больше внимания. Сам «Гигант», несмотря на свой статус градообразующего и крупнейшего сельхозпредприятия края, субсидируется на общих началах. Власть выделяет средства на покупку техники, антиградового покрытия и шпалер (бетонные столбы, на которые натягивается трос, придерживающий стволы деревьев. — Прим. ред.). Проблема, по словам Зарифа, сейчас в другом — в России недостаточно грамотных кадров: 

— Наверно, около 90 процентов выпускников профильных сельхозуниверситетов не идут работать по специальности, а остальные хотят всё и сразу, при этом не понимая, что такое реальное производство, какова цена каждой ошибки.

— Например?

— Мы мыслим на десятки лет вперед, так как яблочное дерево будет жить 20–25 лет. Если технолог в чем-то ошибется, яблоня может перестать плодоносить. Мы обновляем наши сады ежегодно на 100–150 гектаров, риск ошибиться есть всегда.

Сегодня «Сад-Гигант» — это интенсивное и суперинтенсивное садоводство, где на одном гектаре земли растет от 2500 до 4000 тысяч деревьев. По словам Зарифа, такая «кучность» позволяет сохранять баланс и высокую продуктивность: дерево не разрастается, как в домашних садах.

— Яблочный сад должен постоянно находиться в «контролируемом стрессе». Только борясь за жизнь, дерево будет плодоносить каждый год. Задача дерева дать не яблоко, а семечко, то есть потомство. Поэтому мы подрезаем корни, убираем вертикальные и толстые ветки, проводим прореживание, сбиваем лишние цветки. Лучше всего это делать вручную, во время механического прореживания есть риск остаться без урожая. Сами яблоки мы опыляем специальным составом, чтобы они не выгорали на солнце — это аналог средства от загара. Название и состав средства — коммерческая тайна. 

— Как правильно срывать яблоко?

— Есть специальная техника съема, нужно срывать с ножкой, но не трогать почку — не вредить плодовой древесине. Ну и, конечно, при этом не побить плод.

— Какие сорта вы выращиваете?

— Самый большой объем — это «голден», «гала», «гренни смит» и «ред чиф». В основном европейские сорта, наименования которых есть в госреестре — это значит, что их можно выращивать в России. Отечественная селекция создает новые сорта, но они в большинстве своем не могут конкурировать с европейскими. Той же «антоновки» у нас нет, этот сорт вообще скоро останется только на дачных участках. Он нетранспортабелен. Сегодня выигрывают «товарные» сорта, которые долго хранятся и отлично выглядят на магазинных полках.

По словам Зарифа, каждое касание к яблоку — это потеря, а главная задача производителей — эту потерю минимизировать. Сбором яблок занимаются тысяча штатных и еще полторы тысячи привлекаемых на сезон сотрудников, плюс студенческие отряды. Вместе они снимают с деревьев по 2 тысячи тонн яблок в сутки. 

Яблоки, собранные в прошлом августе, мы продали в конце июня

На первом этапе яблоки складывают в пластиковые контейнеры, которые затем перевозят в хранилища, где, в зависимости от качества и размера, им присваивают сорт — первый, второй или третий. По словам Евгения Олефира, начальника управления системы качества, хранения и товарной обработки продукции «Сада-Гиганта», внешне хранилища похожи на обычные склады, но внутри — технологии, позволяющие хранить яблоки в течение года:

— У нас есть четыре современных хранилища, каждое вмещает около 5 тонн. Это не обычные холодильники, внутри находятся камеры с регулируемой газовой средой. Мы создаем вакуум, выставляем температурный режим и закачиваем немного азота. Так яблоко не выделяет этилен, а значит, не стареет и сохраняет свой первоначальный вид в течение долгих месяцев. Яблоки, собранные в прошлом августе, мы продали в конце июня. Эта технология позволяет нам не использовать «воскование», поэтому наши яблоки не блестят.

— Зачем так долго хранить продукцию?

— Хранилищ таких размеров нет ни у кого в стране. Остальные предприятия вынуждены выбрасывать свою продукцию на рынок сразу после сбора. В этот момент цены обваливаются. У нас же есть возможность придержать товар и выгодно его реализовать.

Брат-близнец из Ингушетии

Помимо садов в Славянске-на-Кубани группе компаний «Сад-Гигант» уже несколько лет принадлежат около тысячи гектаров интенсивных садов в Ингушетии. В прошлом году в ингушском филиале построили оптово-распределительный центр для хранения продукции на 60 тысяч тонн. Часть выращенных в Краснодарском крае яблок отправили в Ингушетию. В течение трех лет в Славянском отделении должны построить аналогичный комплекс. «Общий объем производства у нас вырастет до 200 тысяч тонн. Таких мощностей нет ни у кого», — говорят в агрохолдинге.

Подготовил Никита Павлюк-Павлюченко

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Марина Геворкян и Никита Павлюк-Павлюченко съездили в Кореновск, чтобы узнать, почему местная продукция нравится Владимиру Путину, зачем Кореновский молочно-консервный комбинат продолжает сотрудничать с маленькими фермерскими хозяйствами и чем вкус крем-брюле, только что выпущенного с конвейера, отличается от купленного в магазине
Проект «Сноб» и Land Rover продолжают серию репортажей о бизнесе в российской глубинке. Как было придумано и как развивается молочное производство братьев Чебурашкины

Новости партнеров

Проект «Сноб» и Land Rover продолжают серию репортажей о бизнесе в российской глубинке. Как было придумано и как развивается молочное производство братьев Чебурашкины