![Алексей Иванов](https://0d314c86-f76b-45cc-874e-45816116a667.selcdn.net/1f919a13-b370-4ad7-9e98-138a2e7d07ad.jpg)
От автора блога
Я представляю «Снобу» старейшего моего друга еще по раскопкам в Мстиславле 1979 года Алексея Иванова. С Алешей Ивановым давно велись довольно жесткие споры по темам антропного принципа и креационизма. Споры, в основном заканчивающиеся, к моему постоянному сожалению, разбеганием спорящих в разные стороны.
Этот текст, на мой взгляд, должен вывести старую, но всегда актуальную и потому неутихающую дискуссию на новый уровень. Мы встретим здесь образец пристального и свободного от всяких негативных презумпций чтения статей оппонентов, отточенного продумывания всех аргументов за и против.
Итак,
Алексей Иванов в очередной раз об антропном принципе:
"Попытки сделать серьезные выводы из факта нашего существования, а также попытки ответить на другие вопросы ослика Иа-Иа (напомню, что иногда он грустно думал: «Почему?», а иногда: «По какой причине?») привели к появлению Антропного принципа (АП).
Первая развилка, которая возникает при попытке ответить на вопросы: «почему мы существуем?» «почему наш мир таков, что мы в нём появились и можем в нём существовать?» естественным образом связана с обязательностью (или необязательностью) нашего существования:
(1) мы должны были появиться в этом мире, это мир существует специально для нас (Сильный АП)
(2) этот мир не для нас, но если бы мы не появились, некому было бы задавать такие вопросы (Слабый АП).
Если мир существует специально для нас (1), значит мир создан (у мира есть Создатель) потому что слова «должны» и «для» предполагает чью-то цель, а цель мира может быть задана только его Создателем.
Если же этот мир не для нас (2), то возникает ещё одна развилка:
(2.1) мир создан, но не для нас (а наше существование является всего лишь «побочным эффектом»)
(2.2) мир не создан и вопрос «для нас ли?» не имеет смысла.
В отношении позиции «мир создан» никаких возражений или доказательств ложности быть не может, потому что она связана с идеей Создателя, и значит любое возражение может быть отклонено на том основании, что нам не могут быть известны Его возможности и Его намерения. Все подобные попытки возражений, так и или иначе будут основаны на суждениях об этих возможностях и намерениях.
В отношении позиции (2.2) «мир не создан» возражения вполне возможны. Кроме того, возможны также и аргументы против (2.1) «мир создан, но не для нас» в пользу утверждения, что всё-таки «для нас». Цель данного текста — попытаться проанализировать именно такие возражения и аргументы. Главный вывод текста — их недостаточно, чтобы отвергнуть позицию (2.2) «мир не создан».
Хотелось бы обратить внимание — в этом тексте нет попыток опровергнуть Сильный АП (опровергнуть его невозможно), и в нём нет попыток доказать истинность Слабого АП или утверждения, что мир не создан. Это только попытка опровергнуть возражения против Слабого АП и утверждения (2.2) «мир не создан».
Коротко говоря, на вопрос в заголовке есть два ответа: Сильный АП и Слабый АП. Опровергнуть первый невозможно в принципе, опровергнуть второй не получается.
В качестве возражения против (2.2) «мир не создан» часто выдвигается концепция «тонкой настройки». Речь идёт вот о чём — для возникновения и развития жизни, а также для нашего появления и существования необходимо, чтобы мир обладал определёнными свойствами. Наш мир такими свойствами обладает. При этом неизвестно никаких причин, чтобы свойства мира были именно такими. Также неизвестны никакие запреты на то, чтобы мир был иным, не допускающим возможность нашего появления.
Попытки оценить вероятность того, что подходящие для нас свойства мира являются случайным совпадениям, приводят к весьма малым величинам. Важная оговорка: слово «вероятность» здесь и дальше употребляется не в строго математическом смысле, а скорее в значении «насколько можно допустить возможность подобных событий». Понятно, что подобные оценки весьма условны и приблизительны, однако вопрос «как же так удачно получилось?» всё равно остаётся. Разумеется, всегда можно ответить «ну просто нам повезло», и возразить будет нечего, но подобный ответ при оценке вероятности этого «везения» как исчезающе малой, будет не ответом, а попыткой от ответа уйти. Коротко данное возражение против (2.2) «мир не создан» можно сформулировать так:
(3) наш мир обладает свойствами, которые допускают наше существование (а, скорее всего, мог бы и не обладать)
Кроме варианта «нам повезло» в данном случае есть два пути — либо постараться показать, что вероятность удачных для нас свойств нашего мира не так уж и мала, либо согласиться, что мир создан и тогда или (1) «для нас» или (2.1) «не для нас». Даже в случае отказа от защиты позиции (2.2) «мир не создан», вариант Слабого АП всё равно остаётся, правда только в виде «мир создан, но не для нас».
Дело в том, что у нас нет никакой возможности хоть как-то оценить какой из вариантов более вероятен: (1) «создан для нас» или (2.1) «создан, но не для нас». А значит, нет возможности какой-то из этих вариантов исключить. Может ли такое быть, что Создателю захотелось, чтобы в этом мире появились мы? Да, может, почему нет? Может ли такое быть, что у Создателя были иные цели, и для этих целей годится мир, который подходит и для нашего появления, но при этом наше существование не слишком нарушает Его планы? Да, может, почему нет? Которое из этих «почему нет» более вероятно? Нет ответа. Потому что если речь идёт о Создателе, то всё возможно.
С возражением (3) «тонкая настройка» связан «аргумент Икеды-Джеффериса», подробно можно посмотреть здесь:
The Anthropic Principle Does Not Support Supernaturalism
или здесь:
Если коротко — речь идёт о том, что наличие у нашего мира свойств, допускающих наше появление и существование, это не аргумент в пользу того, что мир был создан, а скорее аргумент против. И действительно, если бы наш мир не обладал свойствами, допускающими появление и возникновение жизни, а мы тем не менее в таком мире существовали, то это как раз и было бы серьёзным доводом в пользу создания мира (и нас в том числе).
Однако аргумент Икеды-Джеффериса не отвергает возражения (3) «тонкая настройка» против позиции (2.2) «мир не создан», потому что он никак не меняет оценку вероятности того, что подходящие для нас свойства мира являются случайным совпадением.
Доводом в защиту (2.2) «мир не создан» от возражения (3) «тонкая настройка» является идея мультивселенной. Если предположить, что миров много и свойства этих миров разные, тогда не такой уж и малой будет вероятность, что хотя бы в некоторых из них условия будут подходящими для возникновения и развития жизни и появлении субъектов, задающихся подобными вопросами.
В каком-то смысле этот довод является повторением подобного же довода, данного так сказать, на более низком уровне. Мы вполне можем задать вопрос: как нам так повезло, что мы живём на планете, на которой тепло, есть вода, и кругом бегает и растёт много всего вкусного? Ответом на этот вопрос может быть Сильный АП — эта планета специально создана для нас, и Слабый АП — существует очень много разных планет с разными условиями, если условия подходящие, там через какое-то время появляются те, кто задаёт вопросы. Кстати говоря, предположение о существовании большого количества планет с разными условиями подтвердилось и продолжает подтверждаться. Это, конечно же, не означает доказательства Слабого АП, но, по крайней мере, отводит от него возражения на этом уровне вопроса. Понятно также, что эта аналогия - не доказательство. Со вселенными дела могут обстоять совсем не так как с планетами. А у нас нет ни подтверждений, ни опровержений существования мультивселенной. Тем не менее (а отчасти именно поэтому) такое предположение вполне возможно.
Таким образом, позиция (2.2) «мир не создан» разделяется на:
(2.2.1) мир не создан, и он единственный
(2.2.2) мир не создан, и он часть мультивселенной
Первый вариант (2.2.1) придётся исключить из рассмотрения, если мы не хотим занимать позицию «ну просто нам повезло». И дальше в качестве позиции «мир не создан» будет рассматриваться только (2.2.2) «не создан и часть мультивселенной».
Один из аргументов против этой позиции формулируется в статье Алексея Цвелика «Антропный принцип»
В этой статье рассматривается вариант идеи мультивселенной, в которой разнообразие свойств обеспечивается разными значениями параметров законов природы, описывающих миры этой мультивселенной.
«Представляется, что направленность космогенеза на создание все более и более сложных структур, необходимых для возникновения жизни, обеспечивается определенным выбором этих параметров, «настройкой», наподобие того, как мы, крутя верньеры, настраиваем на нужную волну радиоприемник.»
Далее описывается модель, названная автором «Теория Всего, что Химику Нужно Знать», которая включает в себя три параметра и уравнение Шрёдингера с соответствующим гамильтонианом. Эта модель описывает взаимодействия атомов, которые важны с точки зрения возможности существования сложных молекул, а значит и жизни. В статье показывается, что эти возможности обеспечиваются прежде всего математической формой уравнения, а не параметрами.
«... можно сказать, что грубая архитектоника живого вещества определяется общими свойствами уравнения Шредингера, наличие которых не требует тонкой подстройки его параметров».
Если данная модель это действительно «всё, что химику нужно знать», то вариант с мультивселенной, в которой разнообразие миров обеспечивается только подстройкой параметров, не проходит. Однако это не является возражением против (2.2.2) «мир не создан, и он часть мультивселенной», потому что от мультивселенной требуется только, чтобы миров было много, и они были бы разнообразными, причина же разнообразия может быть любой (и не обязательно это будет именно подстройка параметров).
Автор пишет: «задача сотворения нашей жизни ... решена минимальными средствами, удачным и точным выбором основных принципов». Но это только одно из возможных объяснений — мир создан (основные принципы выбраны). Но есть и другое объяснение — мир не создан, и он часть мультивселенной, в которых разные миры могут быть описаны законами, в основе которых лежат разные принципы.
Иными словами: либо (1) «принципы выбраны для нас», либо (2.1) «принципы выбраны, но не для нас», либо (2.2.2) «мир не создан, он часть мультивселенной».
Ещё один аргумент того же автора основан на противопоставлении локальности условий, необходимых для нашего существовании и глобальности законов, с помощью которых мы описываем и познаём мир.
«...человек ведь сформировался локально на этой маленькой планетке, в борьбе за жизнь в ее конкретных условиях, которые очень отличаются от всего того, что вне Земли. Все, что находится за пределами нашего маленького мирка и на нас непосредственно не влияет, так и могло бы остаться для нас тайной за семью печатями. И однако, это не так».
И ещё:
«Дело в том, что для обеспечения выживания нашего вида достаточно соблюдения локальных условий, можно представить себе мир, который был бы удобен для жизни, но непознаваем за пределами нашей среды обитания. ... Условия познаваемости мира затрагивают несравненно большее количество его свойств, поскольку они должны быть глобальны. То, что законы физики на Земле и на Марсе одни и те же не есть требование нашего выживания, но без этой глобальности познание было бы ограничено нашим горизонтом».
На мой взгляд, ошибка этого аргумента заключается в том, что локальность отождествляется с независимостью. Локальность каких-то условий не означает, что они изолированы от более глобальных условий. Разные физические законы на Земле и Марсе? Ладно, допустим. Но ведь тогда и на Солнце тоже могут быть «ещё более другие» физические законы. А это уже ставит под серьёзный вопрос локальные условия на Земле. И в более крупном масштабе — предположим, где-нибудь в центре нашей галактики произошло нечто несоответствующее физическим законам на Земле. Сразу мы этого конечно не заметим, но через какое-то время произошедшее может сильно повлиять на наши локальные условия. И это время может оказаться значительно меньшим, чем время необходимое для возникновения и развития жизни. Нет никакой локальности, которая не зависела бы от глобальности. Так что для существования жизни важны не только локальные, но и глобальные условия.
Следующий аргумент изложен в статье Алексея Бурова и Льва Бурова «Происхождение Космоса»
А. Буров Л. Буров «Происхождение космоса»
Здесь рассматривается ещё один вариант идеи мультивселенной — гипотеза Тегмарка или гипотеза математической вселенной. Эта гипотеза предполагает, что каждый мир мультивселенной подчиняется определённому набору математических законов, причём каждому возможному непротиворечивому набору законов соответствует свой мир. Иначе говоря — всё, что существует математически, существует и физически.
Сразу следует обратить внимание на то, что гипотеза Тегмарка предполагает, хотя и неявно, что мультивселенная создана. Это неявное предположение содержится в утверждении, что каждый из миров подчиняется математическим законам. Ведь законы, которым подчиняется мир, не могут содержаться в этом мире (подобно тому, как законы Ньютона не содержатся в идеальном мире материальных точек, движение которых подчиняется этим законам), значит они находятся вне его. С другой стороны, законы имеют математическую форму, значит являются идеями. Идеи же естественным образом связаны с разумом (а в данном случае, скорее с Разумом), а раз уж идеи лежат в основе мира, то это разум Создателя данного мира. Получается, что гипотеза Тегмарка относится либо к (1) «мир создан для нас», если Создатель решил таким хитрым способом обеспечить наше существование, либо к (2.1) «мир создан, но не для нас», если у Него было совершенно другие планы. К позиции (2.2.2) «мир не создан» гипотеза Тегмарка отношения не имеет.
В мультивселенной Тегмарка часть миров будут подчиняться законам, допускающим возникновения наблюдателя. Даже если доля таких миров очень мала, проблемы нет — просто в других мирах некому будет задаваться вопросами (Слабый АП). Однако мы знаем, что наш мир не только допускает наше существование, но ещё и познаваем.
«Имеет смысл различать простых, минимальных, эмпирических наблюдателей и наблюдателей космических, открывающих теории Большого Космоса, рассматривающих Вселенную на сверхмалых и сверхбольших масштабах, значительно превосходящих масштабы пространства жизнеобеспечения. Переход из нормальных наблюдателей в космические требует не только возможности их духовного роста, но и определенных свойств самой вселенной».
Следует признать, что наш мир действительно обладает свойствами, позволяющими наблюдать и изучать его «на сверхмалых и сверхбольших масштабах». Поэтому естественно задать вопрос: если мы принимаем гипотезу Тегмарка, то какова доля миров, допускающих такую возможность, среди миров допускающих возникновение наблюдателя?
Дело в том, что в такой мультивселенной существуют миры с любыми непротиворечивыми законами, и значит очень велика доля миров со сложными законами (под сложностью здесь понимается недоступность для познания). Если удастся доказать, что среди миров с наблюдателями только исчезающе малая доля миров допускает познание, то гипотезу Тегмарка придётся отвергнуть (если только мы не захотим вернуться к позиции «ну просто нам повезло»).
Как в рамках гипотезы Тегмарка мог бы выглядеть непознаваемый мир с наблюдателями? Разумеется, какие-то закономерности в очень грубом приближении они всё равно смогли бы обнаружить, иначе это означало бы, что мир нестабилен, и в нём не могут существовать сколь-нибудь сложные объекты (тем более наблюдатели). Однако попытки уточнить эти закономерности ни к чему бы не приводили. Наблюдатели воспринимали бы это как постоянные и ничем не объяснимые отклонения от обнаруженных закономерностей, что-то вроде «шума». Конечно, подобные отклонения шумом не являются, они следствие вполне определённых, непротиворечивых, но очень сложных законов, недоступных для понимания. Такой «шум» не может быть слишком большим, это означало бы нестабильность мира, а значит его величина ограничена требованием возможности существования наблюдателей (антропное ограничение).
Из предположения, что существуют миры с любыми (а значит со сколь угодно сложными) законами следует, что миров с большим «шумом» будет неизмеримо больше, чем с малым.
«Если наши законы порождены случайным элементом тегмарковской демократии всех умозрительных структур, все мыслимые вариации вокруг заданных жизнью законов реализуются, при условии, что иx амплитуда приемлема для жизни. Поскольку в тегмарковском мире доминируют сколь угодно сложные структуры, это означает, что наблюдаемые законы природы должны содержать некий шум, амплитуда которого задана антропным ограничением».
Идея авторов заключается в том, чтобы сравнить точность измерений, проводимых наблюдателями с антропным ограничением на «шум». Если выяснится, что точность значительно выше, чем ограничение, значит в рамках гипотезы Тегмарка исчезающе мала доля миров, обитатели которых не смогут шум обнаружить.
«Для оценки этого ограничения можно принять в расчет, что наиболее жесткие пределы на относительные вариации фундаментальных констант, полученные в анализе тонко настроенной вселенной, составляют примерно одну тысячную, 0.1%. Таково, например, ограничение на вариацию отношения массы протона к массе нейтрона, накладываемое требованием существования атомов. Где-то на этом же уровне одной промилле находится предел нашей чувствительности к температуре тела (треть градуса), массе (сотня-другая граммов), росту (несколько миллиметров), и другим параметрам. … Будь предположение Тегмарка верным, сравнительно простые формулы законов природы имели бы точность не лучше этой антропной селекции. Известно, однако, что реальная точность хорошо установленных фундаментальных теорий на много порядков лучше этой антропной границы».
Если оценка для антропного ограничения в одну тысячную верна, то гипотеза Тегмарка действительно опровергается фактом нашего существования, ведь мы в нашем мире подобного «шума» не обнаруживаем. Но достаточно ли обоснована подобная оценка? Существование атомов, разумеется, совершенно необходимое, но недостаточное условие. Пределы нашей чувствительности скорее говорят об условиях, в которых мы можем жить, однако нас интересуют условия, в которых мы могли бы появиться, а это совсем другое дело. Для нашего появления совершенно недостаточно, чтобы благоприятные для жизни условия просто существовали, нужно чтобы они существовали достаточно продолжительное время. Если взять в качестве примера наш мир (другого примера у нас всё равно нет) то это время составляет несколько миллиардов лет (сравнимо со временем существования мира).
Достаточно ли для столь длительной стабильности ограничения всего в одну тысячную? Представим себе нашу Солнечную систему, но с добавлением подобного «шума». В лучшем случае это означало бы, что планеты двигаются примерно по тем же орбитам, но постоянно отклоняются от них в пределах одной тысячной. Насколько была бы устойчива подобная система? Возможен и другой вопрос — а сформировались ли вообще планеты при такой величине отклонений? И подобных вопросов может быть много. Без ответа на эти вопросы нет никаких оснований быть уверенным, что оценка антропного ограничения «шума» в одну тысячную правильна.
Более того, если мы даже примем величину ограничений немного больше достигнутой сегодня точности измерений (в статье говорится о 14 порядках), мы вряд ли сможем на эти вопросы ответить. Слишком велик срок в миллиарды лет, чтобы надёжно предсказать последствия даже небольших, но постоянных и непредсказуемых отклонений. А это означает, что мы не можем оценить действительно ли в рамках гипотезы Тегмарка среди миров с наблюдателями исчезающе мала доля миров познаваемых.
Ещё один аргумент против гипотезы Тегмарка рассматривается теми же авторами в статье «Загадка Антропного Принципа»
А. Буров Л. Буров «Загадка антропного принципа»
И вот тут, как мне представляется, гипотезу Тегмарка удаётся опровергнуть. В основе аргументации лежит вопрос — можем ли мы, приняв гипотезу Тегмарка, предполагать, что мир с наблюдателем будет продолжать сохранять условия, необходимые для существования наблюдателя? Если взять все миры, в которых до определённого момента сохранялись условия для существования наблюдателя, то каждому миру, продолжающему сохранять условия, соответствует бесконечно много миров, в которых эти условия будут нарушены. Потому что если существуют миры с любыми (а значит и неограниченно сложными) непротиворечивыми законами, то каждому способу сохранить соответствует бесконечно много способов нарушить.
«Является ли принадлежность к тегмарковскому мультиверсу, подкрепленная миллиардами лет хорошего поведения вселенной, основанием заключить, что хотя бы в ближайшую секунду это поведение будет оставаться хорошим? Нет, никакого основания так заключать не имеется. … Каким бы ни было поведение вселенной до сих пор, всегда найдется бесконечное число законов, соответствующих этому поведению, и шанс заполучить из них тот набор законов, что гарантирует хорошее поведение вселенной хотя бы на секунду вперед, равен нулю. … Дело в том, что в этом мультиверсе водится бесконечное число законов, спящих до определенного момента, и сколь угодно быстро пробуждающихся. Исключить пробуждение хотя бы одного из бесконечности таких законов в ближайшую секунду означало бы постулировать ничем не оправданную особенность вселенной в мультиверсе.»
Поэтому даже если в мире из мультивселенной Тегмарка были подходящие условия для появления и существования наблюдателя, в следующий момент они, скорее всего, перестанут быть такими. Существование нашего мира определённо опровергает этот вывод, хотя бы потому, что мы могли в любой момент в прошлом предполагать, что вот именно сейчас всё закончится, и каждый раз такой прогноз не подтверждался бы. А это значит, что факт нашего существования противоречит гипотезе Тегмарка (если мы по-прежнему не хотим встать на позицию «ну просто нам повезло»).
Итак, гипотеза Тегмарка опровергнута, но это, разумеется, не означает опровержения Слабого АП. В первую очередь потому, что опровержение никак не касается варианта (2.2.2) «мир не создан и он часть мультивселенной», ведь гипотеза Тегмарка неявно предполагает, что мультивселенная именно создана. Кстати, вот что об этом неявном предположении говорится в статье:
«Рассмотрим это объяснение повнимательнее. Оно подразумевает существование каких-то законов, задающих структуру вселенной, ее эволюцию во времени. Сами законы при этом должны быть атемпоральны: иначе какое-либо их выделение из мира временного было бы бессмысленным, регуляторы ничем бы не отличались от того, что регулируют, не о чем было бы говорить. Помимо того, что они атемпоральны, законы умозрительны: видеть их и мыслить о них есть одно и то же.
Следовательно, законы, как объективные умозрительные сущности, принадлежат пространству некоего Ума, внеположного мультиверсу. Именно этот Ум и отличает закон, годный для вселенной, от того, что таковым не является — от бессмыслицы, абсурда, противоречивой конструкции. Поскольку Ум не только отделяет законы от не-законов, но и воплощает их как структурообразующие начала материальных вселенных, то Он является также и Зиждителем, Созидателем.
Таким образом, само допущение каких-либо непротиворечивых законов приводит к выводу о трансцендентном Творце как Уме и Зиждителе уже в рамках полного мультиверса. Особенность этих рамок сказывается в том, что имплицируемый ими Творец безразличен ко всем качествам законов, кроме их непротиворечивости. Именно таков математический мультиверс, постулируемый Максом Тегмарком, задаваемый тезисом об эквивалентности математической непротиворечивости и физического существования».
Кроме того, опровержение гипотезы Тегмарка не означает и опровержения варианта (2.1) «мир создан, но не для нас», потому что возможны и другие гипотезы, к примеру, разные варианты ограничений гипотезы Тегмарка. Ограничения, конечно же, задаются Создателем, но это как раз вполне естественно — сам создал, сам и ограничил, правда, не имея в виду нас, а действуя из каких-то иных собственных побуждений. В конце статьи упоминается возможность того, что Создатель может и не иметь нас в виду:
«Поставим вопрос вот как: не может ли так оказаться, что интересное для Творца не имеет никакого отношения ни к нашему существованию как мыслящих существ, ни к познаваемости нами законов природы? Что оба этих качества законов нашей вселенной, их антропность и познаваемость, — лишь какие-то безразличные для Него боковые следствия тех неведомых нам черт нашей вселенной, что Ему на самом деле только и интересны?
Окажись такая печальная гипотеза верной, это бы означало, что смысла ни человеческая жизнь вообще, ни фундаментальная наука в частности не имеют никакого. Смыслы и ценности — такие штуки, которые не утверждаются волевыми актами, но раскрываются — или как-то сами собой, или в ответ на определенные усилия, вдруг или постепенно.
Те, кто дошли с нами до Великого Архитектора, не имеют уже иного, кроме Него, источника ценностей и смыслов. И если теперь, на этом перевале, когда до нас дошло, что Он есть, допустить, что наши духовные усилия для Него безразличны, то самим этим усилиям придет конец, батарейки разом сядут. Бессмысленно станет доискиваться хоть до каких истин. Нет, худо-бедно жизнь может и после этого продолжаться, особенно если удастся забыть о печальном выводе, но истина превратилась бы в ненужную глупость, ходить за которой на перевал было совершенно бессмысленно.»
Эти слова вполне понятны, но понятно также и то, что они ни в какой степени не являются доказательством или опровержением чего-либо. Эти слова — частное, личное отношение авторов к данному вопросу.
Таким образом, остаются не опровергнутыми все три варианта: (1) «мир создан для нас», (2.1) «мир создан, но не для нас», (2.2.2) «мир не создан и он часть мультивселенной».
Теперь хотелось бы затронуть несколько вопросов, которые хотя и не являются ни аргументами, ни опровержениями аргументов, однако тесно связаны с обсуждаемой темой.
Один из них уже упоминался — это вопрос о математике в основе мира. С одной стороны (как уже говорилось выше) предположение о том, что в основе мира лежат математические законы, означает, что мир создан. С другой стороны, достаточно часто идея об управляемом математическими законами мире упоминается в рассуждениях о науке так, как будто она является для науки чем-то само-собой разумеющимся.
Например:
А. Буров Двойная проблема законов природы
«Задачей науки, как известно, является отыскание законов природы, позволяющих как объяснить многообразие наблюдений, так и предсказать новые. Задачей является отыскание логики, скрытой за явлениями, логики, задающей их течение и свойства. Наука стремится от-крыть это сo-крытое, поэтому законы открываются...
Законы природы открываются в виде довольно сложной и специальной логической, математической структуры. По мере ее выявления, с неизбежностью возникает вопрос: почему именно эта, а не какая-то другая теория задает порядок мироздания?»
А. Буров Природа законов природы
«Так или иначе, законы объективно есть, они задают движение материи, которое им и подчинено».
«Заметим, что ни Линде, ни Тегмарк и никто из их коллег не подвергает сомнению, что мир управляем математически формулируемыми законами, хотя в их представлении законы эти не имеют никакой онтологической причины. Будучи профессиональными физиками, сторонники «мультиверса» исповедуют веру в то, что у мира есть глобальная логическая структура в виде направляющих происходящие события законов, непосредственно ненаблюдаемая, а открытая лишь усилиям нашего ума».
Если из идеи о математике в основе мира неявно следует, что мир создан, и при этом данная идея так естественна для науки, вроде бы получается, что наука доказывает существование Создателя, а это уже шаг в сторону Сильного АП. Однако нужно понимать, что идея о математике в основе мира, строго говоря, частью науки не является. Да действительно, многие учёные, в том числе и те, которые внесли наибольший вклад в науку, эту идею разделяли и разделяют. Но ведь не любая идея, которую разделяют учёные, обязательно является частью науки (даже если эта идея сильно помогает им в научной деятельности).
Если идея принадлежит науке, значит она либо является неотъемлемой частью научного метода, либо хотя бы частью некоторых научных теорий. Про данную идею этого сказать нельзя. Хотя научный метод без сомнения имеет прямое отношение к «законам, задающим движение и порядок», потому что если говорить очень коротко, он заключается в построении моделей исследуемых явлений на основе наблюдений и экспериментов и проверке этих моделей. А вот модели как раз устроены именно так — в их основе лежат математические законы, которые управляют идеальными объектами. Идея, что и наш мир устроен так же, как наши модели (так сказать «по образу и подобию») наверное, может быть для кого-то очень вдохновляющей, однако частью науки не является. Хотя бы потому, что идею эту никак нельзя проверить.
Ещё один вопрос — про тавтологичность Слабого АП. В значительной степени это действительно так, но надо понимать, что тавтологичность в данном случае идёт от самого вопроса — «почему мы существуем там, где можем существовать?», весьма тавтологично, не правда ли?
Как раз и Сильный АП и Слабый АП пытаются от этой тавтологичности уйти. Слабый АП — выдвижением идеи мультивселенной, Сильный АП — выдвижением идеи Создателя. Правда Сильный АП оказывается в этом смысле не в лучшем положении, чем Слабый АП, потому что достаточно задать вопрос — «почему Создатель решил сделать мир для нас?» и мы попадаем в такую тавтологичность, которая определённо не слабее, чем у фразы «мы не существуем там, где не можем существовать».
И, наконец, весьма важный вопрос, который связан с вопросом нашего существования — о месте человека в мире. Вот что говорится об этом в статье «Загадка Антропного Принципа»:
А. Буров Л. Буров «Загдака АП»
«Сильный антропный принцип относит существование человека к фундаментальному, принципиальному для вселенной обстоятельству. Физика, как известно, строится на априорном вычитании субъекта из объясняемого мира. В этом ее сила и ограниченность одновременно. Согласно же сильному АП, и в контру физике, человек не есть нечто такое, на что вселенную можно убавить».
и далее:
«В слабом АП слаба позиция человека. В подходящей вселенной он заводится случайно, он может в ней и не быть без ущерба для нее. Напротив, в рамках сильного АП мыслящие существа неслучайны, сильна их онтологическая позиция, они принципиально невычитаемы».
В отношении Слабого АП всё верно, действительно человека вполне может и не быть, и в этом слабость его позиции. Но так ли уж сильна позиция человека в случае Сильного АП? На первый взгляд да, ведь мир создан именно для него и он «принципиально невычитаем». Но только до тех пор, пока так полагает Создатель. Вот в этом как раз и проблема.
У кого позиция в мире сильнее? У травинки, которая зацепилась за маленькую трещинку в огромной скале (действительно слабая позиция) или у розы на клумбе? Вроде бы у розы, ведь клумба сделана специально для нее. Да, пока так хочется Садовнику. А он может вдруг решить посадить на клумбе другие цветы или сделать на месте клумбы грядку или вообще проложить дорожку. И «принципиальная невычитаемость» розы исчезнет без следа, при том, что сад-то останется.
В случае с Сильным АП ситуация ещё серьёзнее. Мы не только, как и в случае с гипотезой Тегмарка, не можем быть уверены в ближайшем будущем (кто может поручиться за то, что придёт на ум Создателю?), мы не можем быть уверены, что существовали мгновение назад. Действительно, если уж Он смог создать мир, то вполне способен создать его сразу с прошлым. Потом решить, что надо кое-что поменять, уничтожить этот мир и снова создать другой и с другим прошлым. Трудно придумать более слабую позицию. Слабость позиции травинки в трещинке — пустяк по сравнению с этой слабостью.
Так что трудно не согласиться с мыслью Станислава Ежи Леца:
«Люблю тех, кто всходит там, где их не сеяли».