Саша Щипин

Работа с архивами. Как на экраны вернулись 2000-е

Мода на нулевые пришла весной 2020 года — почти мгновенно, словно кто-то повернул выключатель или нажал кнопку «разархивировать». Все логично: в 2010-х ностальгировали по 1990-м, в 2020-х подошла очередь следующего десятилетия. У значительной части поколения зумеров нулевые ассоциировались с ранним детством, с чувством защищенности и стабильности, поэтому, оказавшись в тревоге, печали и самоизоляции, многие начали смотреть «Как стать принцессой», «Дрянных девчонок» и прочих «Девочек Гилмор». Криста Бриттани Аллен, игравшая 13-летнюю Дженну в фильме 2004 года «Из 13 в 30», делает в TikTok ремейки отдельных сцен из этой картины. Песня «Potential Breakup Song» дуэта Ali & AJ, впервые прозвучавшая в 2007-м, стараниями тоскующих тиктокеров в ноябре 2020 года получает 26 миллионов просмотров. Стриминговые сервисы выпускают сериал «Судьба: Сага клуба Винкс», основанный на одном из главных мультфильмов нулевых, и седьмой сезон «Секса в большом городе». А кругом, куда ни глянь, — плюшевые спортивные костюмы, как в 2000-х, и джинсы с заниженной талией.
0

Как мы перестали бояться неведомых демонов и начали бояться самих себя

Самые главные сражения происходят внутри человека. С монстрами, призраками и мертвецами — хоть ходячими, хоть летящими на крыльях ночи — обычно все понятно: с ними нужно встретиться лицом к лицу и уничтожить. Не святой водой, так осиновым колом, не осиновым колом, так выстрелом из гранатомета. Но, когда реальность начинает плыть и ускользать, когда ты становишься и собственным палачом, и жертвой, и окаменевшим от ужаса наблюдателем, когда ты не уверен уже ни в чем — словом, когда болезнь поражает психику, уже непонятно, кому, с кем и как воевать. Сложно даже позвать на помощь — и страшно, и стыдно. В сериалах люди с психическими расстройствами долгое время были представлены разве что гениальными чудаками или опасными маньяками, причем разбираться в их диагнозах сценаристам было явно не интересно. Однако в последние годы ситуация начала меняться коренным образом. Мы выбрали десять сериалов, где герои, борющиеся за свое психическое здоровье, получили право быть по-настоящему увиденными, услышанными и понятыми.
0

Черные комедии по-русски: культурный код

В СССР черных комедий практически не снимали: на страже морального облика советского зрителя стояли худсоветы. Коллективное бессознательное прорывалось разве что в садистских стишках про маленького мальчика. Зато к началу 1990-х цензура начала ослабевать, а ужас перед будущим, наоборот, нарастать, так что на экраны вышли сначала «Бакенбарды» Юрия Мамина, а потом и «Дом под звездным небом» Сергея Соловьева. В первом фильме причудливым образом преломился страх перед молодежными группировками и вдруг поднявшим голову нацизмом: там герой Виктора Сухорукова стал лидером полуфашистского общества пушкинистов, которое расправлялось с инакомыслящими и устраивало «ночи длинных тростей». Во втором — сыгранный Александром Башировым (коллегой Сухорукова по бесовскому амплуа) инфернальный Компостеров терроризировал семью академика Башкирцева и, притворяясь фокусником, разрезал пополам его жену, причем помогали бесу то ли силовики, то ли бандиты.
0

Баба-яга, Леший и Кикимора. Как славянская мифология покорила весь киномир

Мы часто забываем, насколько уникальна русская нечистая сила. Просвещенная Европа, в свое время дав волю инквизиции, теперь вынуждена довольствоваться безымянными ведьмами и оборотнями. Вампиры отчасти спасают положение, но бедный Дракула вынужден отдуваться за всех, стачивая клыки и пугая народ то здесь, то там, словно инфернальный Фигаро. Да и кровососущий граф — порождение не столько древних легенд, сколько готической литературы. В Америке ситуация еще хуже: переселенцы, оставив родную нечисть дома, так ничего и не узнали толком об индейской, обратив внимание разве что на духа-людоеда Вендиго. Весь лавкрафтианский невыразимый ужас возникает как раз из-за отсутствия внятного пантеона фольклорных злодеев.
0

Раек и адок

Называть анимацию Андрея Хржановского словом «мультфильмы» всегда было как-то странно. В его оживших картинах столько разных слоев, цитат, техник, жанров и смыслов, что это скорее не мультфильмы, а мультифильмы. Уже дебют Хржановского, «Жил-был Козявин», снятый по сценарию Лазаря Лагина и Геннадия Шпаликова (удивительный, если вдуматься, дуэт), был настолько ни на что не похож, что Сергею Герасимову пришлось изобрести специально для него диковатый и по смыслу, и по звучанию термин «соцсюрреализм». Затем последовали «Стеклянная гармоника», где появлялись образы с картин Магритта, Дюрера, Арчимбольдо и Босха, психоделическая «Бабочка», вроде бы детский, но совершенно безумный «Дом, который построил Джек», трилогия, основанная на рисунках Пушкина, и «Полторы комнаты, или Сентиментальное путешествие на Родину», где смешались игровые сцены (Хржановский по образованию, как ни странно, режиссер именно игрового кино), анимация и стихи Бродского.
0

Практика большого взрыва

У Эммы с Матильдой день не задался с самого утра. У мамы не завелась машина, у дочки украли велосипед. Ко всему прочему папа-военный, пожинающий очередную бурю в пустыне, совершенно не торопится домой. Чтобы развеяться, девушки поехали в город, и все, разумеется, стало еще хуже: на обратном пути в электричку врезался товарный поезд. Матильда осталась жива и даже, кажется, невредима, а вот мама погибла на месте, так что папе Маркусу все-таки приходится вернуться домой. После похорон жены его находит пара ученых, не то чтобы безумных, но несколько эксцентричных. Изучив обстоятельства дела и подсчитав вероятности своей теории, они пришли к выводу, что катастрофа была не несчастным случаем, а успешным покушением на одного из пассажиров электрички. Маркус, плохо умеющий скорбеть и неспособный утешить дочь, с которой вообще не очень близко знаком, только этого, похоже, и ждал. Когда ученые с помощью своего приятеля, тучного и застенчиво-истеричного компьютерщика, вычисляют подозреваемых, воин-интернационалист с облегчением принимается за любимое дело, сворачивая шеи и вышибая мозги негодяям.
0

Тело мастера.  На экраны выходит документальный фильм «Диего Марадона»

Когда месяц назад Диего Армандо Марадона умер, у сочинителей некрологов возникли серьезные проблемы с тем, чтобы объяснить людям, не заставшим его в зените славы, кем этот человек был не просто для футбола — для мировой культуры. Сравнения с Месси или Криштиану не слишком помогали: в случае с Марадоной речь никогда не шла только о его футбольных талантах. От аналогий со звездами рок-н-ролла или героями-революционерами тоже не много толку. Нужно было брать выше: в Марадоне всегда чувствовалось что-то божественное, причем не в христианском, а в языческом смысле. Лукавый трикстер, обаятельный, но коварный. Сокрушительный Колобок, который катился по зеленой траве, ловко уворачиваясь от противников, но не смог противостоять медоточивым речам хищников с лисьими повадками. Дух футбола в человеческом обличье, утверждавший, что вся суть этой игры — в обмане. 
0

Вернитесь в зону комфорта

Есть два типа фильмов про переезды. Одни рассказывают про бледных жителей унылого мегаполиса, которые отправляются в солнечный край, населенный странноватыми, но дружелюбными и чистыми сердцем пейзанами. Там герои оттаивают душой, забывают про свой снобизм, а заодно, преодолевая разные трагикомические затруднения, строят дома, сажают деревья (предпочитая, впрочем, виноградники) и, встретив любовь всей жизни, готовятся родить сына. В других речь идет о блудных детях, возвращающихся под отчий кров — в какой-нибудь маленький городок, откуда они сбежали много лет назад ради славы, карьеры, денег и прочих, как быстро выясняется, ложных ценностей. Примирение с родителями и вспыхивающая с новой силой первая любовь прилагаются. В обоих случаях — это путешествие в идиллию, возвращение в рай.
0

Эксперименты над людьми и издевательства над животными: документальные фильмы против новой реальности

Главная причина популярности документальных фильмов в последнее время (не путать с последними временами) — это тоска по чему-то настоящему. Огромный мир, не вмещающийся в окошки Zoom, и живые люди, такие разные, с такими разными проблемами, — мы скучаем по реальности. А если речь к тому же идет о прошлом, пусть даже не слишком отдаленном, — когда деревья были большими и не огороженными полосатыми ленточками — смотреть на эту диковинную жизнь можно не отрываясь. Спорт, музыка, наука, природа — нам теперь интересно все. Практически на всех стриминговых сервисах в числе лидеров по просмотрам обязательно есть документальные проекты. И если популярность части из них объясняется, скорее, общей ситуацией, то некоторые фильмы нельзя пропустить ни в коем случае — безо всяких скидок на странные времена.
0