Коллаж: «Сноб» / в коллаже использованы фото: Andrey Denisyuk / mrs / Moment / предоставлено Getty Images

Запрет распространяется прежде всего на городскую инфраструктуру, куда входят билборды, остановки общественного транспорта, станции метро, а также реклама на самом общественном транспорте. При этом ограничения не касаются телевидения, радио, интернет-рекламы, газет и частных магазинов. За рекламу мясной продукции внутри ресторана или авиакомпании в интернете никто не осудит. Пока.

Эта история началась в Нидерландах ещё в 2020 году, когда городской совет Амстердама проголосовал за ограничение рекламы авиаперелётов, бензиновых автомобилей и компаний, связанных с добычей ископаемого топлива, в общественном транспорте и на части муниципальных рекламных поверхностей.

Однако тогда речь шла об изменении условий для новых контрактов, а не о полноценном юридическом запрете. Ограничения не были внесены в городской регламент, не предусматривали штрафов и распространялись лишь на часть городской инфраструктуры.

Как это часто бывает, возникли неожиданные проблемы: значительная часть городской рекламной инфраструктуры уже была передана по долгосрочным контрактам компании JCDecaux — крупнейшему оператору наружной рекламы. Многие такие соглашения заключаются на 10 лет и более, поэтому после громких заявлений 2020 года реклама авиаперелётов и автомобилей осталась на улицах Амстердама.

Более того, действующий контракт города с JCDecaux истекает только в 2028 году, поэтому пока что компании с «запрещёнными» товарами могут рекламировать свой бренд, если не демонстрируют конкретные продукты.

В то же время ограничения начали распространяться и на другие нидерландские города. В 2022 году Харлем первым в мире объявил о запрете рекламы мяса в общественных пространствах, а в 2024 году Гаага первой приняла уже юридически обязательный запрет на рекламу товаров и услуг с высоким углеродным следом через муниципальный нормативный акт.

Курица довольна. Компания JCDecaux — не очень. За день до голосования она разослала письма всем партийным группам городского совета, предупредив о «далеко идущих финансовых и юридических последствиях» запрета. В компании также заявили, что город должен был посоветоваться с рекламной индустрией.

Компания напомнила, что рекламные доходы используются для обслуживания городской инфраструктуры. По данным JCDecaux, оператор отвечает примерно за 1500 автобусных остановок в Амстердаме, поэтому ограничения могут осложнить существующую модель финансирования общественных пространств. При этом представители городского совета отвергли эти аргументы, заявив, что рекламные поверхности смогут заполняться объявлениями товаров с низким углеродным следом.

Сторонники запрета объясняют его тем, что реклама не только продаёт товары, но и формирует повседневные потребительские привычки. По их мнению, постоянное присутствие объявлений о дешёвых авиаперелётах, круизах, бензиновых автомобилях или мясной продукции в городской среде нормализует модели потребления, связанные с высокими выбросами парниковых газов — здесь часто проводят аналогию с рекламой табака, после запрета которой действительно сократилось потребление.

Ветряные электростанции, Нидерланды
Ветряные электростанции, Нидерланды Фото: Pierre Crom / Getty Images News / предоставлено Getty Images

При этом Нидерланды пока ещё нельзя назвать страной, полностью перешедшей на зелёную энергетику. По данным национального статистического бюро CBS, в 2024 году возобновляемые источники обеспечивали около 20 % всего энергопотребления страны. Однако в производстве электроэнергии их доля уже значительно выше: в 2025 году возобновляемые источники обеспечивали около 49 % всей генерации страны. Основной рост обеспечили морские ветряные электростанции и солнечная энергетика. По сравнению с 2015 годом производство электроэнергии из возобновляемых источников в Нидерландах выросло почти в пять раз.

По мировым меркам Нидерланды находятся скорее в середине энергетического перехода. В США возобновляемые источники сейчас обеспечивают около четверти выработки электроэнергии, тогда как в среднем по миру — около трети. В Евросоюзе в 2025 году возобновляемые источники уже обеспечивали примерно 48 % генерации, а солнечная и ветровая энергетика впервые обогнали ископаемое топливо.

Существуют и страны с почти полной зависимостью от зелёной энергетики: например, в Исландии почти вся электроэнергия вырабатывается за счёт гидро- и геотермальных источников. В России ситуация иная: несмотря на значительную долю гидро- и атомной генерации, ветровая и солнечная энергетика пока занимают в энергобалансе сравнительно небольшое место, а основу системы по-прежнему составляют газ, нефть и уголь.

Нидерланды входят в число крупнейших экспортёров аграрной продукции в мире, а сельское хозяйство остаётся одной из самых сложных отраслей с точки зрения отказа от ископаемого топлива. И значительная часть голландской сельхозтехники (как и любой другой сельхозтехники в любой другой стране) работает на дизеле, а тепличные комплексы традиционно используют природный газ для отопления и освещения. По данным банка ABN AMRO, сельское хозяйство сейчас отвечает примерно за 18 % всех выбросов парниковых газов в Нидерландах. При этом страна обязана существенно сократить выбросы к 2030 году в рамках климатических целей ЕС.

Сейчас Нидерланды пытаются постепенно снижать зависимость агросектора от нефти и газа за счёт нескольких направлений одновременно. Фермерские хозяйства и производители техники тестируют электрические и водородные тракторы, а также переходят на так называемый «возобновляемый дизель» — топливо, которое можно использовать даже в обычных дизельных двигателях без серьёзной переделки техники.

Параллельно развивается «точное земледелие»: использование GPS, датчиков, роботизированных систем и автоматизированного контроля, позволяющего сократить расход топлива, энергии и удобрений. При этом сами отраслевые исследования признают, что переход идёт медленно: электрическая сельхозтехника пока остаётся дорогой, а инфраструктура для её массового использования ещё недостаточно развита.