Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

Это буду я

Порой трудным детям так не хватает поддержки старших. Нет, не родителей или учителей, а тех, кто старше их всего на несколько лет. И учится с ними в одной школе
5 октября 2020 9:15
Иллюстрация: Veronchikchik

Вы часто восхищаетесь современными подростками? Их видом, досугом, образом мысли, направленностью не мечтаний и болтовни, а практических, самостоятельных, не инициированных родителями и другими взрослыми дядями и тетями действий, приводящих к конкретным, однозначно положительным результатам? Вот и я тоже нечасто. Поэтому, узнав эту историю, немедленно делюсь с вами и ей, и своим восхищением.

Назовем подростка Павлом, а пришедшую ко мне на профориентацию девушку, от которой я всю эту историю услышала, — Вероникой. Каюсь, тогда я ей просто не поверила — решила, что она не то чтобы врет, но сильно преувеличивает. Однако школа, в которой происходили описываемые события, находится в зоне моего доступа, и возможность проверить была. Учительница все факты подтвердила, но, поскольку с юридической и педагогической точки зрения там все неоднозначно, попросила не указывать школу и не называть настоящих имен.

Итак, время основного действия — пять лет назад. Обычная школа, которая хотя и изображает какой-то там уклон, но по сути является вполне дворовой. Обыкновенный третий класс с обыкновенной, в меру доброй и в меру задерганной учительницей средних лет. В классе есть мальчишка, который с самого начала звезд с неба не хватал и всегда был не прочь отвлечься от урока, побегать и похулиганить на переменках и на продленке, а в начале третьего класса будто с цепи сорвался. Одного мальчика толкнул, и тот ушиб коленку. У девочки сломал линейку и все высыпал из портфеля на пол. На уроках мог выкрикнуть что-то дурацкое и несусветное. Однажды, когда учительница хотела забрать у него дневник или что-то другое, полез с ней в драку.

Дети жалуются учительнице и своим родителям. Родители требуют принять меры, оградить детей от социально опасного типа. Дети сплачиваются против хулигана и чувствуют поддержку взрослых за своей спиной. Если он молчит, его провоцируют. Он тут же слетает с катушек. «Хорошие детки» несутся к учительнице: «Плохиш! Плохиш! Ату его!» 

Мальчишку песочат там и тут, он смотрит в пол и молчит. Учительница, в общем-то, незлая, она спрашивает:

— Васенька, да что с тобой такое стряслось? Зачем же ты деток обижаешь?

Васенька, естественно, по-прежнему смотрит в пол.

Родители негодуют.

Школьный психолог проводит с Васей индивидуальную беседу, на которой мальчик, как мы уже догадываемся, смотрит в пол и молчит. Затем приходит в класс и ведет разговор вроде бы о том, что надо жить дружно, но фактически все дети по очереди встают и рассказывают, как Вася их бил и обижал, а он стоит у доски рядом с учительницей и слушает.

Единственный друг Васи еще с детского сада вдруг вскакивает и бешено и невнятно кричит:

— А чего они?! А чего они все сами?!

А потом плачет и убегает из класса.

Психолог бежит за ним — что, в общем-то, правильно: здесь неразбериха, а там маленький ребенок один и в аффекте, а растерянная учительница остается расхлебывать совершенно тупиковую и злобно-глупую ситуацию.

Вызывают мать Васи. Мать со всем соглашается, но в основном смотрит в пол и молчит.

— Уберите от наших деток этого психа, — требуют родители.

Директор, завуч, психолог и учительница обсуждают сложившуюся ситуацию и приходят к выводу, что дело не в семье. Ведь в этой же школе отучилась и только в этом году ушла в педагогический колледж старшая сестра Васи — нормальная спокойная девочка, никогда никаких проблем. И конечно, дело не в учительнице и не в психологе — они старались и сделали что могли. И не в родителях Васиных одноклассников — они в своем праве и заботятся о безопасности своих детей. Наверное, мальчик чем-то болен. Поэтому его надо перевести на домашнее обучение и лечить. Когда вылечится, пусть опять приходит в школу. Желательно не в нашу.

Опять вызывают мать. Она спрашивает:

— А как же это? Всего же третий класс. А куда же его теперь?

Ей как могут, сдерживая раздражение, объясняют. Женщина ничего не понимает, кроме того, что Вася здесь никому не нужен и его все считают опасным психом.

Приходит домой. Там ее старшая дочь Вероника со своим парнем Павликом. Вероника и Павлик бывшие одноклассники, они вместе учились в той самой школе, а теперь Вероника ушла в колледж, а Павлик остался в десятом классе.

Мать, плача, рассказывает Веронике, что Васю выгоняют из школы фактически в никуда. Вероника твердо говорит:

— Такого просто не может быть.

И, как умеет, утешает мать.

Потом они сидят с Павликом на диване.

— Ты знаешь, что происходит? — спрашивает юноша.

— Конечно. Отец нам сказал: понимаете, я полюбил другую. И ушел к ней. Уже полгода как. Мать ходит как зомби, а Васька теперь с ним общаться не хочет. Только со мной еще как-то, потому что я вроде как ни при чем. Злой на весь белый свет. Одноклассники его и раньше подтравливали — он учится плохо и одежка у него из секонд-хенда, мать все мне старалась получше и подороже покупать, потому что я девушка, а он все равно порвет и испачкает. И теперь уж и вообще непонятно, кто кому и за что мстит. А школе оно все зачем? И ты ж понимаешь, что никого нет, кто бы за Ваську заступился и что-то тут сделал.

Павлик довольно долго думает, а потом встает с дивана, поворачивается лицом к Веронике и говорит:

— Никого нет? Тогда это буду я.

На следующий день к директору школы приходит подчеркнуто аккуратно одетый десятиклассник и говорит, что у него есть план, как помочь социальной адаптации третьеклассника Васи.

Директор выслушивает план и говорит:

— Ой, да не неси ты ерунды! Нашелся спаситель. Сестра его небось тебя и настроила.

Тогда десятиклассник идет к учительнице и к завучу начальных классов и там слово в слово повторяет свой план. Завуч задумывается, а учительница воодушевляется и говорит:

— Если они тебя там отпустят, то я согласна — вдруг и вправду сработает?

Завуч идет к директору. Оба соглашаются, что глупость, но… Да пусть его, все равно ничего не выйдет, но хоть родители на время успокоятся.

На следующий день по-прежнему лощеный, высокий и серьезный Павлик появляется возле двери третьего класса за десять минут до звонка. Подзывает к себе Васю (который, естественно, прекрасно знает парня своей сестры), разворачивает его лицом к остальным собравшимся детям, обнимает за плечи и говорит:

— Я Павел, его тьютор, сопровождающий. Я во всем рядом с ним и за него. Но и ему бить никого не позволю. И я разберусь, что тут у вас и как. Так решил директор школы и все остальные.

Дальше приходит учительница. Абсолютно невозмутимо Павлик здоровается с ней, проходит в класс и садится на последнюю парту рядом с Васей. Слушает урок. На перемене играет с третьеклашками в ассоциации и «Колечко, колечко, выйди на крылечко» — это советы от будущего педагога Вероники. Разнимает ссорящихся и объясняет Васе, как устроен спиннинг. После окончания учебного дня провожает всех вместе с учительницей в раздевалку, машет Васе рукой с крыльца и идет на свои два оставшихся урока. Одноклассники Павлика относятся к эксперименту с доброжелательным интересом, заходят посмотреть и заодно шутят и играют с малышами. К концу третьего дня обалдевший сначала (молчит и смотрит в пол) Вася вдруг понимает: это действительно его Павлик. И он действительно за него. И прямо в этот момент у мальчика меняется сам способ размещения в пространстве и как будто даже обмен веществ: он выпрямляется и начинает смотреть прямо перед собой и вокруг, движения становятся точными, а взгляд — чистым. Он начинает отвечать на вопросы — на перемене, а потом и на уроке.

Павлик говорит ему:

— Пойми, ты не злой, и они не злые. Это как собака в клетке или на цепи: протяни руку, и она укусит. Но выпусти ее, дай поесть и побегать, и она привыкнет и будет с тобой играть.

Родители Васиных одноклассников между собой и на очередном собрании говорят:

— Что это за придурь, этот большой парень, который за этим больным психом таскается? Все равно же это временно, а проблему надо решать радикально.

Учительница вдруг злится на них и говорит:

— Мы сейчас пытаемся решить проблему как люди, а не как стая ворон. И у нас получается. А вам всем — сидеть, молчать, бояться!

Дети говорят:

— Вася нас больше не бьет. Он вообще намного лучше стал, и даже по математике пятерку получил. А его Павел ужасно прикольный и добрый. Он и Васе очень помогает, и учительнице, и нам, если попросим.

Так проходят два месяца. Павел учится по вечерам, Вероника делает за него проекты и составляет конспекты, его собственные оценки стали даже лучше. Васю просто не узнать, учительница торжествует, директор смотрит в пол и молчит.

— Я могу положиться на тебя? — спрашивает Павел Васю. — Мне не надо больше сидеть за этой ужасной партой?

— Не надо, — твердо говорит Вася. — Дальше я сам.

— Мы за ним, если что, присмотрим, — солидно говорит друг Васи, тот самый, за которым бегала психолог.

И остальные дети согласно кивают и спрашивают:

— Но на перемене ты же будешь к нам иногда приходить? Поиграть и вообще?

— Конечно, буду, — кивает Павел. — И вообще буду за вами присматривать.

— А мы сделаем тебе самые красивые «секретики», — хором говорят девочки З «Б» класса, которые все поголовно в Павлика влюблены. «Секретики» их научил делать сам Павел по наущению Вероники.

— Но ты не уйдешь совсем? Ты и дальше мой друг? — тихо спрашивает Вася на крыльце школы, где они стоят вдвоем. Павел молча и торжественно пожимает ему руку.

***

Всем, конечно, хочется совсем хеппи-энда. Увы, его не будет. Павел и Вероника не стали парой, хотя и остались хорошими приятелями. Павел учится на инженера. Вероника успешно окончила колледж, но решила, что хочет стать не учительницей начальных классов, а психологом. «Я поняла, что хочу не учить, а помогать» — так она мне сказала. За обсуждением этого вопроса Вероника ко мне и пришла.

Подросток Вася — балбес и нарушитель школьной дисциплины. Учится в основном на тройки, увлекается машинами и мотоциклами, ходит в детскую автошколу и собирается стать гонщиком и автомехаником одновременно. Но никаких коммуникационных проблем с одноклассниками у него с третьего класса было и нет сейчас. А Паша всегда на связи — его телефон выделен у Васи в записной книжке как один из самых главных.

***

После ухода Вероники я сидела и думала. Обычная, тривиальная история. Которая, как правило, сначала долго-долго треплет нервы учителям, детям и родителям, а потом кончается какими-то резкими, не всегда оправданными действиями и остаточными психологическими травмами для всех участников. И какое оригинальное и, в общем-то, простое по исполнению решение нашел 16-летний подросток.

А где были все остальные? Молчали и смотрели в пол.

Может быть, можно что-то такое придумать? Ведь были же в СССР вожатые и что-то такое. И есть современные тенденции — тьюторство для реально больных детей. И естественное желание старших подростков реализовать себя в чем-то нужном и полезном. Вот, может быть, где-то здесь, на стыке?

Поддержать лого сноб
24 комментария
Светлана  Горченко
О шефах и подшефных

1990-й. Юлечке 14 лет. Поступила в ФМШ при СПбГУ, биологический класс. 
- Мама, 10 В - наши шефы (9-го В)!
Через год уже они шефы, действуют по примеру. В подшефном классе соседки по комнате обижали Нину (имя изменено). Шефини взяли ее в свою комнату-на-пятерых, шестой. 

Так по жизни и шли. Шефами-подшефными, "прашефинями- праподшефными":)) 

Через шесть лет туда же поступила младшая, Алина. У них тоже шефско-подшефные связи были такими крепкими, что свою бывшую подшефную-по-интернату они приютили у себя в студенческой уже общаге: ее соседки-старшекурсницы вели совершенно непристойный образ жизни.

А вообще это более чем естественно, когда, например, учительница начальных классов приглашает к себе своих бывших выпускников-пятиклассников: в раздевалке малышам помочь, праздник букваря провести и т.п.  

Особенно полезно ладить учителям начальных классов и классным руководителям пятых-восьмых. 

Заодно ранняя профориентация будущих педагогов:))

Катерина Мурашова
Светлана ГорченкоАбсолютно согласна. В детстве и подростковости покровительство конкретных старших конкретным младшим  архетипично и нмв сейчас используется совершенно недостаточно.
Катерина Мурашова

Уважаемые люди!Если у вас есть что сказать по теме вот этого поста, но вы не являетесь подписчиком и членом клуба, то пишите вот по этому адресу katgift12@gmail.com

и пишите пожалуйста откуда вы: пишет Елена из Петербурга, пишет Анна из Германии и тд.

Katerina Kuzmina

Дети вообще во-многом мудрее взрослых. Павел из Вашего рассказа продемонстрировал конструктивный подход к проблеме, и нашёл решение. А как вели себя взрослые-родители? Опять только баламутили воду без намёка на понимание проблемы и попытки её решения.. Учительница, на счастье, оказалась здравым и открытым человеком, но и ей не пришло в голову ни одного возможного позитивного варианта решения... 

Катерина Мурашова
Katerina KuzminaКатерина, в чем-то, мне кажется, подросткам легче - они менее зашоренные. С годами от всякого опыта и жизненных испытаний у многих кто регулярно имеет дело с бюрократической системой, нарастают рамки. Иногда бетонные с железной решеткой внутри...
Катерина Мурашова
Татьяна из СПб
 

Кмк, проблема именно в этом: «с юридической и педагогической точки зрения там все неоднозначно».  Сейчас эта самая юридическая точка зрения блокирует все задолго до взлета. Учитель, психолог, руководство школы обязаны реагировать на жалобы родителей побитых учеников строго определенным образом: провести педагогическое расследование (составить кучу актов), провести строго регламентированные беседы (составить планы и отчеты), разработать меры (планы и отчеты) и т.д. до бесконечности.  Если все планы и отчеты предоставлены проверяющим, то школе ничего страшного не будет. А вот если что-то произойдет не по регламенту – вот тут мало не покажется, вплоть до уголовного дела. Кто разрешил Павлу прогуливать уроки? Кто допустил старшего на уроки к младшим? Кто позволил Павлу разнимать детские драки (а это наверняка было. Не верю, что дети поначалу не продолжали исподтишка вредничать)? А если бы после этого у кого-то обнаружился синяк или психологическая травма? Ну и так до бесконечности.

Именно поэтому проблемы с травлей сейчас доходят до ужасающих финалов. Раньше в таком случае школа могла цыкнуть на агрессоров и их родителей, а сейчас дешевле выходит сдать жертву.

 

Катерина Мурашова
Катерина МурашоваДа, зарегулированность и бюрократизация часто препятствует всему живому. Но ведь традиции вожатства существовали во вполне бюрократической советской школе. И идеи школьного сопровождения "не таких" сейчас на гребне. Мне кажется, тут из сочетания что то могло бы получиться, если подумать, ведь сама по себе история до боли банальна, в любой школе в любой момент времени две три таких разворачивается...
Катерина Мурашова
Катерина Мурашова Татьяна из СПб

Е.М.:«Но ведь традиции вожатства существовали во вполне бюрократической советской школе. И идеи школьного сопровождения "не таких" сейчас на гребне. …ведь сама по себе история до боли банальна, в любой школе в любой момент времени две три таких разворачивается»

  1. Вы сами не раз писали про разницу советского и современного отношения к детям (на уровне педагогической парадигмы). Вспомните рассказ о походе за глухарями, ночью по болоту, и сбор пакета документов на любую экскурсию сейчас (с согласованием маршрута, всеми справками у всех, вплоть до водителя автобуса, сбором десятков подписей, информированных согласий родителей и т.п.). С  вожатством аналогично.
  2. Про историю. Ни один уполномоченный взрослый не смог узнать, о чем молчат мальчик и его мать. Они не захотели делиться переживаниями (больно? не доверяли? не хотели, чтобы их жалели? считали позором?) - и не надо. И даже психолог никаких выводов не сделал, действовал по типовой инструкции – рассказать про «надо жить дружно».
  3. Про «не таких» - это вообще другой случай. Павел наверняка не стал бы тьютором произвольно взятого ребенка. Здесь отчетливая ролевая расстановка: он для семьи любимой девушки совершил подвиг, пришел «спасителем» на место «отца-предателя». И таковым остался для мальчика и по сей день.

Помните, был в 80-е фильм «Пацаны»? Там воспитатель в лагере для «трудных» говорит: У любого пацана должен быть мужик, которому он модет сказать «ты». Хорошо, если это отец. А если его нет?  - Вот таким мужиком Павел и стал. В 17 лет. Наверняка чувствовал себя круто.

Катерина Мурашова
Катерина МурашоваТатьяна, я согласна по преимуществу (и тоже про глухарей вспоминала). Но ведь все как то развивается. А тут есть и никуда не делось вот это самое архетипическое - желание и возможность покровительства.
Катерина Мурашова

Добрый день.

Хорошая попытка закоса под реальную историю, но есть несостыковки.
1. Старшекласснику позволили пропускать уроки? Да ещё и не отличнику, а как минимум середнячку? И целых два месяца? Лол. На ЕГЭ, вижу, всем начхать.
2. Директор изначально была против этой затеи, но мальчик пошёл к завучу и всё разрулил? Лол. В нормальной школе директорское "нет" значит "нет" и дальнейшему обсуждению не подлежит.
3. Как же в этой школе раньше с хулиганами справлялись? Только не говорите, что их раньше не было или что были, но ТАКОГО - не было. Стонет класс, стонет учитель - эка невидаль. На каждую офигенную историю можно найти десять ещё офигеннее, но для многих и они будут обычной бытовухой. 
Как-то ведь выжили. Или тоже десятиклассников к ним водили?
4. Родители не пожаловались в депобр на то, что в классе с их детьми находится какой-то левый парень? Тем более, что они всё знали?
5. Ах, ещё и возмутились? Но учительница прижала их к ногтю? И продолжает работать в школе?
6. Хулиган, в одночасье растаявший от капельки доброго отношения... Мдэ. Тот штампованный ход кинематографистов, который меня лично бесит больше остальных. Но киношников можно понять. Хулиган, буркающий: "А иди-ка ты лесом" и остающийся глухим ко всем попыткам подружиться - нонсенс, тогда ведь не будет динамики, а следовательно, и истории. А хулиган, принимающий поддержку, но садящийся на шею нового друга, свесив ножки, - это... неумилительно. Зрители плакать не будут, низкую оценку фильму поставят. И опять-таки динамика страдает.
Да, я читала текст внимательно и помню: Павел - не кто попало, а парень Васиной сестры. Но это как бы не ухудшающий фактор.
Кстати, Вы писали, что хорошо бы распространить данный опыт пошире. Но не у всех ведь есть старшие друзья. Потенциально возможна даже дедовщина. Подросток веселит и развлекает... не всех, а лидеров и приближённых к ним. А изгою на голову навязывается ещё один мучитель. Да, дети не будут травить Васю - они будут со смехом наблюдать, как его травит Павлик. Получится что-то типа завязки "Спящего лагеря".
7. Детишки признают авторитет "тьютора" и не пытаются поднять его на смех? Мол, во лох, с малышнёй водится, свои не уважают, что ли? Друг на два класса младше - уже зашквар, а тут - семь лет. И ладно бы наивные семилетки... Третий класс! Хотя о чём я, Павла даже родной десятый поддерживает.
8. А сам наставник, конечно же, оказался суперразумным. Ни единого долбаного раза не рассердился на подопечного. Или, напротив, на других детей, приняв его сторону. Ни единого раза не спасовал, не протормозил, всё делал именно тогда, когда нужно. Ни единого бестактного или хотя бы неосторожного слова не допустил, говорил именно то, что нужно. Прямо какая-то заботомашина.
9. Школа поделилась сведениями с посторонним человеком, которому не обязана их давать? Да ещё не простыми, а психологического характера? (Очень всех волнуют несчастные мальчики и юноши-утешители, да-а!) И даже такими, которые выставляют ту самую школу не в лучшем виде? Это точно какая-то страна светлых эльфов...
Конечно, в одно-два совпадения можно поверить. Это особый Павлик - прирождённый Макаренко! Это особый Вася - на самом деле ангелок, нужно только раскрыть его прекрасную душу! Это особый директор - верти им, как хочешь! Спору нет, исключения бывают. Но тут их как-то многовато.
В общем, передо мной - вымысел, мимикрирующий под реальную историю. Не думайте, что я проигнорировала попытки "добавить реализма". Хорошо, что они есть: на неискушённого могут подействовать. Некоторые из них реально хороши. Вот если бы Вася сделался отличником или у него не было того самого безымянного друга - это был бы трэш...
Вы не принимайте близко к сердцу мою критику: я-то вчитывалась в каждое слово. Но вообще с моей стороны это был дурной тон. В эпоху постправды главное - не фактическая точность, а донесение до аудитории Правильного Смысла через вызов у широких масс нужных эмоций. А с этим всё в порядке, даже более чем. Уверена, в вкшечке народ слезами обольётся. Комментов "Вот да" и "Плюс много" не оберётесь.
P. S. Секретики? Пять лет назад? А блок импортной турецкой жвачки они ему не обещали? Или билет на киносеанс в ДК?
P. P. S. Как по мне, не совсем естественная манера речи у школьников, а особенно у Васи. Но тут грешу на то, что Вы не слышали точных фраз, а просто воспроизводите примерное их содержание. Будь Ваша история художественным текстом, Вам сделали бы замечание: "Дети и подростки так не говорят! Не подменяйте речь персонажей своей речью!" К счастью, это не книжка, а пост, так что пойдёт.
С уважением, Екатерина из Омска.
Катерина Мурашова
Катерина Мурашова Вдогонку к первому письму. Ну, может, потому-то у нас и нет вожатых? Потому что директор не согласится, родители возмутятся, а дети и подростки по-разному себя повести могут?

Будете смеяться, но я пыталась писать книжку, где ГГ приходится помогать аж двум таким школьникам. Одна - девочка, не буйная, но проблемы в классе есть. И, чтобы помочь с ними справиться, ГГ должна была стать как раз такой вожатой. Другой - мальчик, и вот он-то как раз буйный. Отношения Васи с классом - это прямо про него, и не только в школе, но и во дворе, да и дома тоже. И родная сестра у него есть, и у сестры - парень. Они тоже играют большую роль в сюжете, но "Васю" не поддерживают, а, скорее, наоборот...
Я к тому, что сама столкнулась с проблемой нереалистичности. Стоит серьёзно подумать, как встают вопросы: "А что, если "жертвы" пошлют помощницу подальше? А с какой стати малыши будут её уважать? А кто ей это разрешит? А как она будет совмещать "вожатство" с обычной жизнью? Ведь нельзя же рваться на помощь другим, когда у тебя самого бардак по всем фронтам..."
Вот у меня - точно вымысел. Я не могу опереться на свой опыт, потому что никогда с таким не сталкивалась. Но не хочу, чтобы сюжет выглядел натянуто.
Кое-какие проблемы я для себя разрешила. Например, ГГ может приходить на урок к третьеклашкам, потому что она учится в первую смену, а они - во вторую. Детишки, которым она помогает, - не абы кто, а её же родственники: девочка - родная сестра, мальчик - двоюродный братишка. Правда, это уже плохо. Санта-Барбара получается. И не у каждого есть такая удобная родня. А Вы же хотели, чтобы эта практика была применима для всех...
Предлагаю подумать вместе: как обойти эти препятствия? Думаю, всем будет полезно. Может, у кого-то из читателей та же проблема, но другие обстоятельства. Вы узнаете об условиях для введения этой практики. А я сделаю свою писанину хоть на капельку более жизненной.
Если хотите, конечно.
Екатерина из Омска.

Катерина Мурашова

Добрый день! Екатерина Вадимовна, вы упомянули в статье "секретики". Моё детство пришлось на 80-е, и я знаю только один вид "секретиков" - несколько красивых мелочей (цветочки, пуговицы, фантики и т.д.), прикрытых куском стекла и присыпанных землёй. Если вы то же самое имели в виду, то кмк зря захотели украсить этим милым моментом историю о современных детях. 

Во-первых, уже очень давно большинству детей не интересно делать "секретики". Не понимаю почему, но это так (наблюдение из жизни и родительских форумов). 
Во-вторых, в городах (тоже очень давно) почти не отпускают детей гулять без наблюдения. А родители и игры с колюще-режущими предметами как правило не совместимы :)
Но даже если дети оказываются без присмотра и хотят сделать "секретик", то сталкиваются с огромным препятствием - на улицах не найти битого стекла (в Петербурге точно, а вы пишите про него). Я обнаружила это несколько лет назад, когда стала ходить с ребенком на детские площадки и вспоминать игры своего детства. Тогда на поиск хорошего крупного осколка уходило не больше минуты. А вот теперь попробуйте ради интереса найти осколок хоть где-нибудь! "Виновато" появление пластиковой и жестяной тары, альтернативных мест сбора компаний и возможно что-нибудь ещё...
В общем, "секретики" отправились вслед за резиночками, промокашками, подзаводом часов и прочими атрибутами прошлого века.
 
Алёна из Петербурга
Катерина Мурашова
Катерина МурашоваЯ не раз писала, что у меня в общем-то бедная фантазия (мне есть с кем сравнивать, я лет 20 ходила в ЛИТО фантастов;))) и я почти не могу ничего с нуля придумать. История с "секретиками" абсолютно с натуры, девушка будущий педагог научила группу продленки делать эти самые секретики - и они за неделю как кроты изрыли весь школьный скверик ;))) Стекло элементарно раздобыли на помойке - разбили и на всех хватило. Разумеется, потом мода минула и они занялись чем-то другим - с концентрацией у современных детей как правило очень так себе, если дело не касается компьютерных игр.
Катерина Мурашова

Добрый день, Катерина!

 
Очень откликнулся комментарий Екатерины из Омска, общий смысл которого я поняла как "так не бывает".
Задумалась и вспомнила случай из своего студенчества.
В то время я изучала проблему адаптации в коллективе людей с особенными потребностями (имеются в виду люди с инвалидностью). Объектом исследования были студенты моего же университета, точнее одного из его филиалов.
В моих результатах "особенные" студенты все время выпадали на периферию социометрических схем. Их не то чтобы откровенно не любили, просто игнорировали и не выбирали в друзья или приятели. Ну или выбирали менее охотно.
На конференции, где я презентовала эти наблюдения, присутствовала директор другого филиала. Помню, как она взвилась "Да что у вас там происходит?! Почему ваше руководство с этим ничего не делает?! У нас такого нет! Все со всеми дружат, все всех принимают".
У меня нет повода верить или не верить этой даме. Вопрос скорее в том, а что мы считаем нормальным или допустимым.
Мне, закончившей "босяцкую" дворовую школу, не казалось странным, что одногруппники не очень симпатизируют девочке с ДЦП. Выпускнику какого-нибудь благополучного лицея, возможно, это показалось бы некомильфо и "давайте с этим что-то делать".
Думаю, в каждой школе это вопрос корпоративной культуры, которая на очень большой % определяет то, как решаются такие проблемы. Подбор преподавателей и, уверена, учеников ведется и с ее учетом тоже.
По замечанию Екатерины хотела бы только отметить, что в 3 классе дети еще очень маленькие. Понятия "лох" - "не лох" появятся чуть позже. Может, Катерина, вы меня поправите)
Благодарю!
С уважением, 
Дарья из Украины
Катерина Мурашова
Катерина МурашоваДарья, на мой взгляд Вы абсолютно правы. В современных условиях очень велико разнообразие и школы и институты (университеты), даже территориально расположенные рядом могут очень отличаться по "начинке" - в том числе и касательно того, "как мы работаем по социальной адаптации инвалидов, хулиганов эт цетера". По моим собственным наблюдениям - ан масс работа по интеграции детей инвалидов в школы сейчас несравнимо лучше чем в советское время, а работа по интеграции "хулиганов" также несравнимо хуже. Разумеется я могу и ошибаться (см. выше про разнообразие)
Катерина Мурашова

Добрый день, Екатерина Вадимовна.

Может кому-то ваша история показалась фантастической, а в моем пионерском детстве она была бы почти обыденной))).

Ваша история, о том, как мне кажется, что в последнее время забыли про очень ценный ресурс в воспитании ДЕТЕЙ - самих ДЕТЕЙ:-).
 Общение старших детей с младшими будет полезно не только при наличии проблем, это может быть просто ЗДОРОВО. Когда ребенок учится быть сильным наставником, а так же принимать защиту и покровительство от старших, и эти роли естественным образом меняются местами. Я думаю, взаимодействие между старшими детьми и младшими з-  самый  простой способ социализации, адаптации и обучения, который потом переняли педагоги и назвали детей красиво "вожатыми" и "тьюторами".
 
Дети могут получать такой опыт взаимодействия в семье. Многие мои знакомые у которых трое и более детей и у которых разница между детьми 4 и более лет говорят, что самое трудное время было, когда был один ребенок:-). Но конечно, таких семей очень немного, чаще всего в семье один - два ребенка. 
 Так же, во дворе и на улице в моем детстве было больше разновозрастных детских групп, но сейчас это большая редкость, часто наблюдала, когда родители буквально отгоняют от своих детей более старших или старших не пускают к младшим на площадке. Если повезет, то в некоторых детских лагерях можно встретить развитое "вожатство", но это большая редкость и большая удача для детей. Я случайно нашла такой лагерь для своих мальчишек, оба были  в восторге именно от атмосферы лагеря. Отряды сформированы из детей от 15-16 лет и до 6-7 и наличие вожатых от 18 до 25 лет. Дети после первого раза просятся туда постоянно. 
 
Сейчас реальность такова что, возможность общения детей разного возраста уменьшилась в разы. Такие "модные" направления в педагогике, как вальдорфское и Монтессори подразумевали разновозрастный  коллектив детей, но почти везде, где применяют эти методики игнорируют этот ньюанс.
Сейчас некоторые дети вырастают сугубо в коллективе одногодок, в моем детстве, это было практически невозможно.
Было бы прекрасно, если бы родители и педагоги, хотя бы иногда вспоминали о таком виде детской социализации. Например, театральные постановки с актерами младших и старших классов, совместные эстафеты, не думаю, что для этого нужны специальные разрешения.
По поводу бюрократии...
Мне рассказывала подруга, что в Германии как раз очень развита помощь детям детьми, а немцы просто чемпионы в бюрократии.
Дело думаю, в том, что фокус любой школы и элитной и дворовой, и самих родителей сместился на "добычу знаний", а социализация осталась просто модным словом.
 
Елена Киев.
Катерина Мурашова
Катерина МурашоваЕлена, я совершенно с Вами согласна. Это очевидный ресурс который в общем то не так сложно использовать, но тренд в другую сторону - затянутое детство и сейчас зачастую 17-19 летний подросток не только ни над кем не шефствует но и сам за себя не отвечает...
Катерина Мурашова

Анна из Израиля.

Спасибо за замечательную историю. С моим опытом она перекликается.
У моей дочки в первом классе была похожая ситуация. И разрешилась она похожим способом - с мальчишкой рядом в школе несколько недель сидел дедушка. И проблема просто исчезла. Не знаю, разнимал ли дедушка драки - дочка об этом не рассказывала. Насколько я понимаю, решение было согласовано со школьным руководством. И детей просили "не говорить об этом много".
Мальчик вырос, закончил школу, учится в университете.
Со старшим мальчиком должно быть еще и лучше.
Уже недавно моя дочка подрабатывала  - ребенок с диагностированными проблемами в общении - ему полагается помощник в садике. Помогать ладить с детьми. Она приходила с малышом в садик (дочке было восемнадцать) - играла с ними, как-то разруливала конфликты.Позже, уже когда была в армии, мама ребенка просила в выходной забрать его из садика. "А уж если она в форме может зайти - это будет просто праздник для ребенка".
А еще замечательно сформулировал мой трехлетний племянник. Его спросили, любит ли он супермена. Ребенок подумал и ответил:"У меня есть Леша. Он учится в армии". Я согласна, старший брат лучше супермена!.
 

 

Катерина Мурашова
Катерина МурашоваСпасибо, Анна!
Катерина Мурашова

Дарье. Так и знала, что кто-то заявит: "Везде по-разному, на свете всё бывает". Ну да, кто бы спорил. Вот только в этой ситуации исключений слишком много. Было бы два-три - можно было бы поверить.

По поводу "лохов". Если это понятие появляется позже, чем в начальной школе, то скажите, пожалуйста: кто тогда хвастается дорогими фирменными игрушками и высмеивает дешёвые или фейки? В средней-то школе куколки - уже в принципе отстой.
Так-то уже в детском саду можно наблюдать выяснения, у кого кукла дороже или машинка круче. Но не все ведь ходят в детский сад.
Кроме того, даже в тексте написано: Васю "подтравливали" из-за дешёвой одежды. Получается, он как раз и был для них лохом.
Екатерина из Омска
Катерина Мурашова

Здравствуйте, Екатерина Вадимовна! Пишет Вам Ирина из Австрии. Спасибо за Ваши статьи, с нетерпением жду каждого понедельника. 
Хотелось сказать пару слов про «шефство» старших над младшими или одних детей над другими. 
На опыте моих детей я заметила, как полезно в детском коллективе смешение разных возрастов и разных возможностей. 
Мои дети,  при разнице в 3.5 года, ходили год в одну группу детского сада, потому что она устроена по принципу семьи, где все дети разного возраста живут и взаимодействуют вместе. Младшие тянутся за старшими и учатся у них, старшие помогают младшим... Дети в группе в возрасте от 2.5 до почти 7 лет. Большинство «старших» очень терпеливы  к маленьким, они к этому элементарно привыкли, не зависимо от количества детей в своей собственной семье. 
С сыном в первом классе обычной государственной школы обучается полностью слепой мальчик. Весь класс учат ему помогать в обычной школьной жизни и в чём-то пробовать воспринимать мир его чувствами, например,  выполняют некоторые задания с закрытыми глазами. Дети изучают вместе с ним язык слепых. Разумеется, для него в классе находится дополнительно второй учитель, и, к сожалению, не каждый государственный бюджет может себе такое позволить, но это, безусловно, особый опыт понимания нужд другого и взаимопомощи среди детей.  Разумеется, это не отменяет извечных конфликтов, как и в любой группе, но, думаю, при подобных смешанных вариантах воспитания уровень терпимости у детей должен быть явно выше чем у детей, у которых этого опыта нет. 

С уважением, 
Ирина

Катерина Мурашова
Катерина МурашоваИрина, спасибо на добром слове и за Ваш рассказ. Полностью с Вами согласна - опыт позитивного покровительства меняет всех участников событий, даже просто наблюдателей. Не случайно в моей истории на каком то этапе в тему позитивно вошли даже одноклассники Павла. Другое дело, что конечно необходимо участие и как правило все таки инициатива взрослых и облеченных полномочиями и опытом. Тем интереснее случай, когда инициатива исходила от самого подростка, что безусловно демонстрирует его душевную зрелость того уровня, который мы в подростках часто даже не подозреваем.
Катерина Мурашова

Добрый день, Екатерина Вадимовна. Спасибо вам большое за такую больную тему. Вот история очень странного мальчика, от которого страдал класс. Одному чуть глаз не выколол, девочке клок волос выдрал. Мама идти к психологу категорически отказывалась. Родители замучили жалобами руководство школы, но сделать с ребенком ничего нельзя: он имеет право на получение образования, а обследовать у психиатра его можно только с согласия его законных представителей. Школьный психолог не смог найти общего языка с мамой: губки поджала, глазки в пол, ноги в поношенных туфельках под стул. Вся реакция. Травли, как таковой, по словам психолога, не было: мальчика боялись. Причем в первом классе все было нормально, проблемы появились во втором, продолжились в третьем.

И вдруг его поведение как по щелчку переключилось. Стал спокойным, столы в классе не переворачивает, никого не бьет и даже на уроке английского отвечает вполне себе уверенно. Дети первое время от него шарахались по привычке, но потом как-то все забылось. На дистанционке мальчишка очень неплохо учился, выполнял задания одним из первых. А когда пришли в школу, никто и не вспоминал, что ребенок был «уродом уродским». 

А изменения пошли после того, как у мамы «нарисовалась» клиентка, которой нужны были ее услуги. Студентка педвуза, сама только что школу закончила, денег негусто. Договорились на бартер: та стала заниматься с мальчиком по школьной программе, в том числе и английским, и отдала ему свой старенький, но вполне рабочий ноутбук. То ли у мальчишки ушли проблемы с усвоением материла, то ли появление репетитора его самооценку подняло, то ли все вместе, однако он перестал воевать с одноклассниками.

Друзей у него не появилось, но их в классе как-то особо ни у кого нет. Приходят в школу не дружить, а учиться. Не все друг друга даже по фамилии знают (это, похоже, тенденция нынешняя, у моего внука были те же проблемы, знал только человек пять-шесть, с кем общался). Учительница пожимает плечами: «А что я могу поделать. Хорошо, хоть таблицу умножения все выучили, в прошлом выпуске трое ее так и не смогли осилить». 

Почти хеппи-энд, если не считать, что у меня статья в газету накрылась: мама на контакт не идет, а учительница не желает вспоминать ужас, который они пережили. Мол, все наладилось, чего старое ворошить? Класс выпускной - четвертый, проблем выше крыши, ВПРы и прочие дела. Историю мне рассказала бабушка одноклассницы малолетнего хулигана в два приема. Вначале про ужасного мальчика, а почти через год, когда случайно выяснилось, что ее юная соседка - «клиентка» матери хулигана, случилось продолжение. А вот ее собственная внучка ничего рассказать толкового, кроме того, что раньше мальчик был «бешенный и урод», а теперь, вроде нормальный, не может. Ей от мальчишки ни разу не доставалось.

Я для себя решила, что скорее всего мама была занята добыванием денег на пропитание, у нас платят невероятно мало, 12 тысяч уже хорошие деньги. И мать-одиночка обречена на выживание. Девочка же, которая недавно школу окончила, сама еще по сути ребенок, мальчишке стала уделять внимание. А что еще одинокой душе надо? В вашей истории мальчику ведь тоже внимания было мало: у мамы трагедия, ей самой энергии не хватает, сестра учится, плюс друг внимание забирает. И что остается «бедному сиротке»? А тут целый старшеклассник и только для него! Весь класс ему должен был завидовать. И очень хорошо понимаю директора школы, который пригрозить отчислением мог, а вот отчислить… перспектива бегать по судам мало кого прельстит. После такого поворота и с работы попросить могут. Но вот внедрить такое тьюторство в школах сейчас будет сложно, возможно, еще из-за «презумпции виновности»: старшеклассники с малолетками? И чем они там занимаются? В странное время мы живем.
Алена из Чебоксар
Анжелика Азадянц

Очень интересно, спасибо, Катерина Вадимовна! Я сейчас читаю "Грозовой перевал" Эмили Бронте, нахожусь примерно на середине, и все думаю: как сложилась бы жизнь Хитклифа, не стань он жертвой жестокого отношения и буллинга в детстве? 

Кэтрин была единственной, кто относился к нему по-человечески, поэтому она стала всем в его мире, светом в оконце, божеством, смыслом жизни, аддикцией.

И - как вы думаете, детские обиды, травля, унижения сделали его таким, каким он стал, или в нем это было заложено, и даже если бы он вырос в нормальных условиях, он все равно был бы жестоким и беспринципным? 

У меня есть второй вопрос на эту тему, давно меня мучающий. Напишу завтра, сейчас уже немного падаю ))

Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Совместное обсуждение одного из вечных вопросов российской жизни «Кто виноват?» может и должно стать краеугольным камнем формирования мировоззрения как детей, так и зачастую их родителей
Когда твой ребенок не такой, как все, и ты этого стесняешься, выход из ситуации зачастую видится в том, чтобы придумать сюжет его и своей жизни, не имеющий ничего общего с реальностью. Но надо помнить, что такие воплощенные в жизнь фантазии могут выйти боком, причем самым неожиданным образом
Когда ситуация в стране и обществе более или менее стабильна, приходит время спокойного ее анализа и последующего эволюционного выбора. В данном случае речь пойдет о выборе системы образования: какой она должна стать в эпоху интернета