Все новости

Психология

Редакционный материал

Как котят

Что делать, если вы вдруг поняли, что не любите собственных детей

24 сентября 2018 11:14

Иллюстрация: AKG Images / East News

— Видимо, я просто *****, — сказала женщина. — Простите за выражение, но я просто не знаю, как еще сказать, чтобы коротко и по сути.

Я несколько растерялась и смотрела с сомнением.

Весь мой разнообразный жизненный опыт подсказывал мне, что обычно ***** выглядят иначе и психологов в детской поликлинике посещают в последнюю очередь.

Женщина выглядела усталой, прическа — заплетенная сзади толстая короткая коса, одежда — мешковатая юбка и туфли на низком каблуке. Никакой косметики. Черты лица? Вроде бы обыкновенные, но что-то интересное все же в ее внешности было.

Я, конечно, была заинтригована.

— Объясните.

— У меня четверо детей. Две девочки и два мальчика. Старшей девочке 11 лет. Остальным — меньше.

— И?..

— Наверное, я их не люблю.

— Всех четверых одинаково не любите или кого-то одного, или двух?

Моя гипотеза после ее яркой самохарактеристики была такова: дети от разных отцов, и об отношениях с кем-то из них ей очень неприятно вспоминать. И эта неприязнь переносится на ребенка.

— Вы меня не поняли, — спокойно констатировала женщина. — Я их не то чтобы именно «не люблю» в смысле «не нравятся они мне». Если б мне их со стороны показали или там разочек поговорить-поиграть, так они бы мне, скорей всего, даже понравились. А вот так, когда каждый день… Правильно, наверное, так сказать: я к ним просто равнодушна. Если бы можно было, я бы их кому-нибудь раздала. Как котят. Это ужасно звучит, я понимаю. Я, наверное, урод какой-то.

— А раньше вы их любили? Получали какие-то положительные эмоции от общения?

Следующая моя гипотеза была: клиническая депрессия. На фоне ухода за четырьмя маленькими детьми и истощения всяких адаптационных механизмов.

— Не-а. И раньше так же. В самом начале только думала: ну, может, она вот пойдет, заговорит, и тогда станет поинтереснее… Не стало.

— А как же тогда получилось, что у вас столько детей?

— Типа зачем рожала? Да, это все спрашивают, — женщина с готовностью закивала головой. — Я иногда и сама себе говорю: вот дура-то, как попала…

— И все же?

Моя посетительница не обладала особо развитой литературной речью, но на внятно сформулированные вопросы отвечала прямо и четко.

Была обычным ребенком. Очень любила играть, еще в пятом классе играла с подружками в куклы — в школу, в магазин, в гости. Обожала смотреть сериалы. Жила с матерью и бабушкой, отец сначала ушел, а потом вскорости и умер. Бабушка умерла, когда моя посетительница училась в девятом классе.

Мне не померещилось — что-то в ней такое было. Ни особого ума, ни яркой внешности, но в 15 лет уже не было отбоя от ухажеров. Прямо вот на улице знакомились или в транспорте. Ей было лестно, нравилось, она кокетничала, ходила на свидания, целовалась, поднимала самооценку (в школе считалась сереньким середнячком). Мать видела и понимала, что происходит (сама переживала когда-то что-то подобное?), наставляла дочь: это все так, собачьи игры, сама понимать должна. Жди того, кто замуж позовет. Дочь слышала материны наставления, развлекалась как могла, но границы блюла. Замуж позвали сразу после окончания школы. Будущий муж ходил и ходил, просто проходу не давал. Любила ли она его? Какое-то время вроде и да, а может, просто лестно было — такая к ней любовь. Он точно любил, на руках носил, все желания исполнял. Забавно, однако, что у нее и желаний-то особых не было. Ей нравилось с ним в парке на скамейке сидеть, лузгать семечки или мороженое слизывать, на людей смотреть и их обсуждать. Или вот фильмы по телевизору вместе смотреть.

Он сказал твердо: хочу быть с тобой всегда. Сделал предложение.

Она согласилась. Свадьба ей очень понравилась, и сейчас вспоминает с удовольствием. Всех подружек пригласила, белое платье, веночек.

Через два месяца он сказал: что за семья без детей? Мать предупредила: он просто привязать тебя к себе ребенком хочет, боится, что уведут. Она засмеялась. Да, могут, это она уже поняла: после свадьбы на нее меньше заглядываться не стали. Но ей было еще забавно играть «в семью», и она родила ему девочку. Он смотрел и до слез умилялся, а ей было уже скучно. Он сказал: дочке подружка нужна, давай еще одного. Она сначала не хотела, но потом подумала: лучше уж сразу двоих — и все. Через два года родился мальчик. Муж ей к тому времени надоел, и игра «в семью» тоже. Она стала сбегать: «Мне надо отдохнуть». Он соглашался, оставался с детьми. Она уходила в парк, там сидела, лузгала семечки.

К ней подходили, знакомились, это ее развлекало, было понятно и приятно.

Ничего еще не было, но муж как-то узнал об «изменах», стал устраивать скандалы. «Ты меня не любишь!» Потом просил прощения: «Люби меня! Я без тебя жить не могу!» Ей было скучно. У мальчика были проблемы с кишечником, он плохо спал по ночам, поэтому иногда во время скандалов она чуть ли не засыпала. Муж от этого бесился еще больше.

В том же парке, гуляя с детьми, она познакомилась с Тахиром. Тахир сказал:

— Такая женщина, такие дети. А счастья нет. Почему?

— Да я сама не знаю, — честно призналась она.

С Тахиром было интересно. Он много знал о людях, о мире, о том, как зарабатывают деньги. Однажды она призналась, что устала от семейных скандалов.

— Куплю квартиру, будешь с детьми жить, — сказал Тахир. — Хочешь?

— А ты?

— Я буду приходить.

— А жениться? — вспомнила она наставления матери.

— Мне сначала надо с женой развестись. У нас это сложно, но ради тебя я на это пойду, — серьезно пообещал мужчина.

Расставание с мужем по накалу страстей напоминало немой кинофильм.

— Я любил тебя безумно, а ты разбила мою жизнь! — резюмировал он, вскорости переехал в Москву и там снова женился.

Она стала жить с Тахиром. Он приезжал и уезжал. Возвращался, рассказывал всякое, привозил подарки. Ей нравилось. Он очень хорошо ладил с ее детьми, уделял им много внимания. Она подумала: кавказцы чадолюбивы, если родится его ребенок, да еще мальчик… Родилась девочка. Тахир был в восторге, иначе как «принцесса» и «красавица моя» дочку не называл.

Она гуляла с коляской, когда к ней подошла высокая, черноокая, строго одетая женщина и сказала спокойно:

— Не верь и не надейся. Он никогда нас не оставит.

Повернулась и ушла.

Все было как в дурном кино. Повторение пройденного. Только теперь она играла роль своего бывшего мужа. Тахир сказал:

— Прекрати, тебе это не идет.

— А что мне идет?! — закричала она.

— Тебе идет быть моей женщиной и матерью моего ребенка, — сказал он.

На этот раз родился мальчик. И почти сразу после родов Тахир,  фактически не предупредив, уехал «по срочным делам». Она чуть не рехнулась с тремя маленькими детьми и новорожденным младенцем. И когда он, спустя пять месяцев, вернулся, вдруг поняла, что все прошло — он ей не только больше не нужен, но и неприятен.

— Теперь вот мы живем впятером.

— На что вы живете? Вам кто-нибудь помогает?

— Деньгами — да. И бывший муж платит алименты, и Тахир иногда что-то присылает. Бывает, что и немало. Я сама, когда никто из детей не болеет, в садике работаю. А так никто не помогает. Моя мать сказала: раз я такая дура, что их всех нарожала, так пусть я сама и разбираюсь. Правильно в общем-то. Она сейчас в области живет, приезжает раз в три месяца.

— Дети здоровы?

— Тьфу-тьфу-тьфу, да. Да и чего бы им? Я не пью, не курю, муж бывший тоже, Тахир только красное вино всегда употреблял. Вот, гляньте фотки, у меня прошлой весной ухажер был, фотограф, так он им фотосессию сделал.

Я посмотрела. Старшие дети были светловолосы и голубоглазы, с мягкими чертами лица, младшие — красивы пронзительной яркой красотой удачных полукровок.

— Отдать бы их кому, — мечтательно сказала женщина. — Есть же семьи, я знаю, которые вот прямо спят и видят, чтобы был нормальный, здоровый ребенок.

— Вы вправду могли бы отдать? — спросила я.

— Не знаю, — честно сказала она. — Бывает так тягостно, что кажется, что и да. Но как это? Не станешь же объявление писать: отдам двух мальчиков и двух девочек в хорошие руки. А в детский дом если — оно все-таки неприлично как-то, хотя я и понимаю, что они там не задержатся. Жалко вот, что американцам усыновлять запретили. А так, прикиньте, жил бы кто-нибудь из них в Америке! Здорово ведь?

Я смотрела на нее в полной растерянности. А потом спросила:

— А зачем вы ко мне-то пришли?

— Да мне педиатр посоветовал. Пойди, говорит, к психологу, поговори. Вот я и пришла, поговорила. Интересно с вами. Теперь пойду, старшие из школы уже пришли.

— Они сами приходят?

— Конечно. Старшая младшего ждет.

— Уроки?

— Тоже сами. Мне зачем? Учатся они хорошо, без троек. Приготовить вот чего надо поесть, разогреют-то они сами, но суп, кажется, кончился.

— А у вас у самой-то есть какие-нибудь интересы, увлечения? — спросила я.

— У меня? — она, уже привстав, обернулась, задумалась. — Не знаю. Ну вот мужчины если только. Увлекают они меня. Ненадолго, правда. Сейчас вот есть один, художник. Очень серьезно мною увлекся. Но говорит: четверо детей — это уж слишком. Если бы хоть двое ребят у тебя было, тут бы я на все решился. Что ж, я его понимаю. А других интересов, вот как вы спросили, вроде и нет. Пойду я, спасибо вам за беседу.

Она ушла.

А я еще довольно долго сидела, глядя в одну точку. И думала обо всех тех семьях, которые действительно многое отдали бы за одного здорового, красивого и абсолютно полноценного ребенка.

26 сентября в Москве пройдет первая лекция Катерины Мурашовой из цикла «Планета семья» — о семье, ее эволюции и кризисах. Купить билет можно по ссылке.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Настало время создавать курсы повышения родительской компетенции и имиджа. Хотя бы и виртуальные. Потому что на это есть общественный запрос
Иногда нужно уехать от своего взрослого ребенка. Хотя бы для того, чтобы избежать непоправимого
Что делать, если вы так и не смогли забыть свою первую любовь