Фото: AP/ТАСС
Фото: AP/ТАСС

В Мещанском суде сегодня звучит музыка: современная опера, электроника и даже звуки игры на немузыкальных инструментах — столовых приборах, бытовой технике.

Сторона защиты представляет доказательства того, что на «Платформе» шли спектакли, их видели зрители и критики. Судье Ирине Аккуратовой передают большую — огромную! — папку с рецензиями.

Затем начали представлять видеозаписи спектаклей.

Рядом с судьей включается телевизор. На заставке суд с развевающимся флагом и серым небом. На экране появляется гора мусора. Она хлюпает, хлопает, шуршит. Это звуковая инсталляция. Все смеются. Улыбка появляется даже на лице судьи. Это не удивительно, потому что на протяжении всех заседаний мы обсуждали ООО, АНО и ИП «Ромашка». Все скучное. А теперь — интересное.

Сегодняшнее заседание стало самым ярким за последнее время. Оно само по себе напоминает страшную инсталляцию

Мастер-класс «Русский театр как родовая травма». Смех. «Сон в летнюю ночь» — спектакль, которого «не было». Смотрят «Историю солдата». «Метаморфозы». Звучит опера и современная академическая музыка. Все слушают. Анимация: палка-палка-человечек. Портрет Барака Обамы. Шумовая партитура. Звуки наполняют зал Мещанского суда. «Это какой-то Линч», — шепчут в зале. На экране спектакль Владимира Епифанцева «Долина боли» — один из самых жутких спектаклей «Платформы», поставленных по тексту «Абвгдейки». На экране обнаженная актриса, она громко кричит. Абсурдность зашкаливает. На экране красный череп, затем свастика и безумный смех. Он заполняет зал.

Сегодняшнее заседание стало самым ярким за последнее время. Оно само по себе напоминает страшную инсталляцию. Только представьте: вы на судебном заседании, все как обычно, сторона обвинения и сторона защиты, судья, фигуранты дела — и все внимательно смотрят на экран, где в агонии кричит обнаженная женщина.

Сегодня в судебном зале №433 пытались понять, достаточно ли терабайта дискуссий, спектаклей и концертов, проведенных на «Платформе». Открывали папку и пробегали начало, середину и конец, измеряя «вес» и длину каждого произведения. Мне было неловко. Я по себе знаю, каково это — показывать свою работу зрителю. Только показываешь ты ее не в кинозале и не в театре, а в суде. С плохим звуком, общим светом, перемоткой и остановками. Вся атмосфера, созданная в театре, рушится в «плазме» Мещанского суда.

Но это возможность доказать, что «спектакли, которых не было» все-таки были.

Видеоролик с акции «Быть Кириллом Серебренниковым», проведенной драматургом Валерием Печейкиным и режиссером Артемом Фирсановым.