Все новости

«В эту профессию никто не приходит за деньгами». Почему коллеги требуют оправдать пожарных из «Зимней вишни»

В конце октября стали известны приговоры по делу «Зимней вишни». К реальным срокам приговорили в том числе двух пожарных, руководивших тушением пожара в кемеровском ТРЦ. Кампания в поддержку Сергея Генина и Андрея Бурсина началась сразу же после их ареста в 2018 году. Теперь, после решения суда, петиции с требованием оправдать мужчин подписали более 150 тысяч человек. Один из них — лидер движения в защиту сотрудников МЧС Алексей Антонов, который сам прослужил в пожарной охране 17 лет. «Сноб» узнал его аргументы
8 ноября 2021 18:03
Пожар в ТРЦ «Зимняя вишня». 25 марта 2018 год Фото: Данил Айкин / ТАСС

29 октября Заводский районный суд Кемерова начал оглашать приговоры восьмерым фигурантам уголовного дела о пожаре в торгово-развлекательном центре «Зимняя вишня», при котором в 2018 году погибли 60 человек, включая 37 детей. Начальника пожарного звена Сергея Генина и начальника службы пожаротушения Андрея Бурсина приговорили к пяти и шести годам колонии соответственно — обоих обвинили в халатности.

В разговоре со «Снобом» адвокат Генина Светлана Тарасюк пояснила, что приговор основан «исключительно» на показаниях отца трех погибших при пожаре девочек — Александра Ананьева. По словам Ананьева, он говорил Сергею Генину о том, что во втором кинозале остаются люди, и предлагал провести пожарных к нему, но начальник пожарного звена послушал охранника и пошел по другому, как позже выяснится, более долгому пути — потерял время и не успел спасти запертых в кинозале.

«Проанализировав кадры с камер видеонаблюдения, защита пришла к выводу, что Ананьев находился с Гениным в общей сложности не больше минуты: когда они двигались вместе от пожарного автомобиля до входа в ТРЦ. Ананьев то подбегал к Генину, то убегал и снова возвращался, — говорит Тарасюк. — На кадрах видно, что Ананьев первым забегает в холл ТРЦ, затем — Бридов и Малышенко (пожарные из звена Генина. — Прим. ред.), за ними — Генин. Когда он оказывается внутри, Ананьева уже нет — он убежал за лестницу, за поворот, и его не было видно. Тогда к пожарным подходит охранник и уводит их. Следом за ними выбегает Ананьев, возможно, что-то кричит им в спину. Но мы не можем быть уверены, что он проговорил информацию, которая была значима для принятия решения Гениным. А все сомнения должны толковаться в пользу обвиняемого». 

Командир пожарного звена  Сергей Генин. Судебное заседание по делу о пожаре в ТРЦ «Зимняя вишня» в Кемерово Фото: Данил Айкин / ТАСС

По словам адвоката, аргументы для апелляции у защиты уже готовы, жалобу подадут в установленный законом срок, когда приговор огласят полностью. Решение суда о реальных сроках для пожарных Тарасюк напрямую связывает с общественным резонансом, возникшим вокруг «Зимней вишни». По ее мнению, дело стало прецедентом, повлиявшим на жизнь «простых пожарных», против которых «стали возбуждать шквал уголовных дел».

Алексей Антонов, лидер движения в защиту пожарных

Сразу после того, как началось следствие по делу пожарных «Зимней вишни», я решил создать группу в их поддержку во «ВКонтакте». То, что оправдательного приговора не будет, было понятно сразу. Надеялись, конечно, на лучшее, но особо не верили. Я и сейчас не верю, что в следующей инстанции пожарных оправдают, учитывая то, какая серьезная работа была проведена, чтобы их очернить. 

Сначала меня возмутил сам факт возбуждения уголовного дела, потом я начал разбираться в нем, искать информацию об обвиняемых. Узнал, что Генин преподавал пожарным, что у него стаж работы около 25 лет, а тут его обвиняют в трусости и халатности, что крайне нелепо. Понимаю, почему это произошло — надо было успокоить родственников погибших и пострадавших и подарить им «справедливость», а вместе с ней и козла отпущения. 

Я с первых дней следил за тем, как разворачивается ситуация — сам как пожарный анализировал произошедшее с профессиональной точки зрения. Интересно было наблюдать за тем, как быстро все забыли о том, что Генин спас человека, и начали обвинять в том, что он вынес только одного, хотя должен был — всех. Даже если бы звено дошло до двери, зашло в зал и в дыму и темноте наткнулось на первого из этих людей без сознания, то обязано было бы брать его и выносить. Пожарные не могли знать наверняка, сколько еще людей остается в зале, а поэтому не стали бы рисковать жизнью того, кого точно можно было спасти.

Обвиняют Генина в том, что он не знал планировку здания. Я работал в городе, где одна пожарная часть, мы должны знать план каждого объекта? Они же еще и перестраиваются постоянно, меняются внутри. Ты едешь на пожар и не знаешь, с чем столкнешься. Когда приезжаешь, часто появляются люди, которые хотят помочь, но обычно они не понимают, как обстоят дела на самом деле. К тому же в стрессовых ситуациях люди могут ошибаться, поэтому пожарные их, как правило, не слушают. Опытный пожарный не будет верить какому-то постороннему человеку, а Генина за это и осудили — за профессионализм — за то, что он послушал охранника, а не Ананьева.

Пожарные у входа в ТРЦ «Зимняя вишня» Фото: скриншот из видео

Во-первых, откуда Генину было знать, что перед ним действительно чей-то отец, почему он должен был ему доверять? Во-вторых, в такие моменты ты начинаешь действовать как робот, по инструкции. По себе знаю, что часто сложно вспомнить детали пожара, потому что действуешь на автомате. 

На кадрах с камер видеонаблюдения видно, как звено Генина подбежало ко входу и начало проверять свое оборудование, в то время как Ананьев забежал внутрь. В этот момент они потеряли его из виду, и он для них исчез. За эти секунды было слишком сложно запомнить, что это был за человек. А охранник — должностное лицо. Нас в высших учебных заведениях учат, что в первую очередь нужно связаться с представителями администрации объекта: кто, как не они, знают планировку объекта, знают, где могут находиться люди и какие особенности есть у здания. Понятно, что пожарные, приехавшие тушить «Зимнюю вишню», пошли за охранником, я бы тоже за ним пошел, любой профессионал поступил бы так же. После кемеровского пожара я еще какое-то время работал в пожарной охране и, примеряя эту ситуацию на себя, приходил к выводу, что и я мог сделать все правильно, а потом сесть на пять лет. А еще и детям моим угрожали бы одноклассники, как это было с детьми Генина.

Численность, вооружение и даже расположение пожарной части определяется с учетом норм проектирования противопожарной охраны. Учитывается город, этажность, специфика производств. Есть ГОСТы, СНИПы, множество правил, по которым должны строиться здания. И по умолчанию считается, что все нормы при строительстве соблюдаются. Например, кинозалы имеют выход прямо на улицу. 

Работа пожарных заключается в том, чтобы приехать и выяснить, все ли эвакуированы из здания (эвакуация должна производиться в течение трех минут, пожарные — могут ехать до десяти). Поэтому, когда они приезжают, администрация должна отчитаться о том, что все покинули здание. В самом здании должна политься вода, сработать световые указатели и так далее — все в комплексе. А если эти условия не соблюдены, пожарная охрана не может идеально сработать, и винить ее в этом нельзя.

Возникает вопрос, почему МЧС не защищает своих людей.Ответ прост: потому что, за исключением Александра Чуприяна (врио главы МЧС России. — Прим. ред.), это ведомство непрофессионалов. Это в большинстве своем люди, не имеющие никакого отношения к пожарной охране. Помню, как в 2002 году, когда нас передали из МВД в МЧС, они даже терминологию профессиональную не знали. Приезжали в пожарные части и начинали воинские уставы вводить: строевую подготовку, форму одежды, до боевой подготовки им дела не было, до того, как вообще пожарные будут работать, — тоже. Несколько лет у нас даже не было боевого устава — главного юридического документа, по которому нужно действовать в случае пожара. Сейчас этот устав зарегистрирован в Минюсте и дает нам право входить в жилые помещения. Раньше, когда такого документа не было, мы, конечно, тоже это делали, но были не пожарными, а взломщиками. Проблем было и остается много.

Нужно понимать мотивацию пожарного. В эту профессию никто не приходит за деньгами, потому что зарплаты низкие. Если в пожарной охране вдруг оказывается человек без мотивации спасать людей, то его коллектив просто выдавит. Никому не нужен трусливый человек в звене. Там работают люди, преданные своему делу, никакой текучки: Генин 22 года работал на одном месте, Бурсин — 25. Это ведь не просто так. Люди работают за идею. Едешь на вызов, чтобы вытащить оттуда людей, сделать невозможное. Когда я был командиром, приходилось молодых пожарных осаживать, потому что они часто лезли туда, откуда их было не вытащить. В этом сущность пожарных. Как можно говорить о том, что люди, которые столько лет в пожарной охране, не приложили усилий, чтобы избежать гибели людей? Как можно спрашивать: почему они собой не пожертвовали? Наверное, потому что мертвый пожарный никого не спасет, а спасать они хотели.

Подготовили Кристина Боровикова, Ксения Мариинская

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

Вступайте в клуб «Сноб»!
Ведите блог, рассказывайте о себе, знакомьтесь с интересными людьми на сайте и мероприятиях клуба.
Читайте также
В Нью-Йорке 9 ноября пройдут торги аукционного дома Christie’s, на которых будет представлено произведение Beeple — звезды в области цифрового искусства. Нынешней весной с продажи его работы начался взрывной рост рынка крипто-арта. Мощным толчком развития послужили всеобщая цифровизация и коронакризис. В эпоху метавселенных обладание предметами виртуального искусства становится неотъемлемой частью цифрового мира. О его истоках, особенностях и перспективах размышляет парижский арт-обозреватель «Сноба» Маша Маскина
Пандемия внесла свои коррективы в отношение людей к офисному пространству: многие почувствовали преимущества удаленной работы и теперь не готовы возвращаться к прежнему формату. При этом работодатели боятся утратить контроль над процессом и лишиться самых ценных специалистов. О том, как снизить риски выгорания сотрудников в больших офисах, повысить эффективность работы большой команды, изменив подход к организации рабочего пространства, рассказывает Александр Двоеглазов, CEO дизайн-бюро Ficus