Антон Сазонов /

Кино на «Снобе»: документальная комедия о мигрантах в России «Неопределенная форма»

Спецпроект, посвященный лучшим молодым фильмам, продолжает неигровая лента Александры Пустынновой — отмеченное режиссерской легкостью высказывание на серьезную тему. Панорама жизни узбекских рабочих в Тамбове — история о людях и культурах. И, что важно, это история не столкновения, но сближения

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором
+T -
Поделиться:

Александре Пустынновой 27 лет. Она училась во ВГИКе в мастерской документального кино Виктора Лисаковича и Алексея Гелейна. Совмещая съемки игрового и документального кино, предпочтение Александра отдает пока последнему, но ищет продюсеров под игровые полнометражные проекты: «Пользуясь случаем, хочу сказать, что мы усиленно ищем прекрасного продюсера. Дорогой продюсер, нам без тебя тяжело». Мы показываем последний на сегодня документальный фильм Александры «Неопределенная форма» — об узбекских трудовых мигрантах в России. Онлайн-премьера — у нас.

Мамина дочка. Моя мама училась у известного кинодокументалиста, оператора Сергея Медынского, и когда после учебы приехала домой (мы жили в Алтайском крае), купила себе огромную VHS-камеру и стала снимать с нами небольшие игровые сюжеты. Видимо вот так, через маму, я и решила заняться кино.

Легкий взгляд. Я сняла несколько документальных фильмов. До этого были какие-то работы, но фильмами их назвать трудно. Моя дипломная картина «КРИЦ», снятая на 35 мм, идет 45 минут и при этом смотрится очень легко; она, наверное, самая любимая. На ней мы подружились с оператором Лешей Филипповым и затем все последующие фильмы стали снимать вместе. Ну и сам фильм «КРИЦ» получился очень живой и необычный. Вторая, уже дебютная картина «Мальчики» — о детях, живущих в церковно-приходской школе в лесу с монахами. Вот если бы мы сняли ее на пленку, то было бы вообще супер. Она тоже очень веселая, и в ней есть один уникальный, на мой взгляд, эпизод. Одному из малышей бабушка сшила настоящую рясу, и дети по очереди одевают ее и «по-настоящему» играют в службу, то есть поют псалмы и даже понарошку исповедуют друг друга.

Адаптация к полиции. Мы искали интересные истории, связанные с мигрантами. И наткнулись на статью об открытии первого Центра социальной адаптации для трудовых мигрантов. В статье были фотографии учебника, по которому учат приезжих. И этот учебник нас потряс. Они изучают русский язык на таких темах: как правильно приветствовать офицера полиции, стоит ли давать взятку, как вести себя с русскими женщинами и т. д.

Вопрос «Что делать?» Так как у нас весь фильм построен на изучении русского языка, то и название мы выбрали соответственное — «Неопределенная форма» (слово «глагола» мы опустили). Название как бы говорит, что к мигрантам у многих людей в России неопределенное отношение.

Лишние слова. Так как мы снимали в государственном учреждении, то были в какой-то мере всегда под присмотром. Это сложно и неудобно. У нас не было администратора в экспедиции, поэтому мне приходилось подолгу со всеми беседовать и объяснять, что мы снимаем. На это уходило очень много времени, и это повлияло на качество картины.

Африканская молитва. В фильме есть смешной эпизод. Мигранты попадают на протестантскую службу африканцев. Что в Тамбове делает такое количество темнокожих ребят? И что наши ребята из центра забыли на протестантской службе? А когда бригада узбеков начинает еще и танцевать под протестантские песни-молитвы, это, на мой взгляд, вообще абсурд какой-то!

Знакомство не вслепую. Мне документальное кино нравится тем, что можно прожить какое-то время жизнью героя, погружаясь в его интересы, проблемы и быт. Тема мигрантов вообще очень остро стоит в России. И мне захотелось составить свое личное мнение о людях, которых ты постоянно встречаешь на улицах города, чей язык ты не понимаешь, и рассказать зрителям о них.

«Риск» — благородное дело. С продюсером все хорошо. Снимали мы, кстати, на киновидеостудии «Риск». Это наша вторая совместная работа. С отсылкой фильма на фестивали у меня всегда проблемы. Я посылаю на три-четыре фестиваля, потом забрасываю. Фильм участвовал в нескольких русских фестивалях и получил диплом на фестивале в Крыму.

Отроки во Вселенной и молодой пироман. Сейчас я работаю над двумя проектами — документальным и игровым. Документальный фильм о питерских ребятах из детского космического клуба «Шумгам», которые в апреле этого года собираются самостоятельно построить капсулу со всем жизнеобеспечением и запустить мышь в космос. Мышка должна вернуться обратно живой и невредимой. И игровая короткометражка — бытовая подростковая драма с элементами кунг-фу. Такая смесь настоящей русской драмы про тяжелые отношения девочки с отцом, но при этом с оттенком гонконгских боевиков (с Джеки Чаном и Брюсом Ли). Такого фильма по сюжету и жанру в России я еще не видела.

На полный игровой метр у нас есть несколько идей. Один из сценариев называется «Зингербой». Это потрясная антиутопия о том, как миф о супергерое Зингере поглотил своего создателя. Еще один сценарий называется «Поджигатели» — про то, как группа детей совместно с ЖКХ занимаются «утилизацией» мусора, то есть поджигают его. Очень веселый и драматичный фильм. Один из моих любимых героев в этом сценарии — мальчик, страдающий пироманией. И еще один фильм про бабушку, работающую в супермаркете, которая всю жизнь ждала чуда и наконец однажды встретила — в образе оборотня.

Другие фильмы проекта:

Если вы хотите стать участником проекта, присылайте информацию о себе и своей работе по адресу koroche@snob.ru.