Все новости
Редакционный материал

Письмо позднего отца, или Как возглавить детский поход в виртуальность

Не надо жаловаться на то, что дети проводят все свое свободное время в виртуальном мире. Лучше сопроводите их туда сами, и это позволит вам лучше понять своего ребенка и его увлечения
1 марта 2021 11:50
Иллюстрация: Veronchikchik

Я очень признательна всем, кто откликнулся на прошлый материал, посвященный интересу родителей к собственным детям. Сразу стало видно, что картина очень неоднозначная, и прочтение ваших комментариев несомненно послужило и еще послужит материалом и причиной начала самоанализа для сотен, если не тысяч читателей-родителей. Некоторые задумались над тем, а были ли они сами интересны для своих родителей, в своей семье в процессе взросления? 

Тема безусловно важная, и иметь честную картину происходящего в ней — существенная деталь для понимания себя, а также для воспитания собственных детей. Распространенные варианты, как мы видим, приблизительно такие: мне с детьми действительно интересно на каких-то этапах их развития (на других не интересно); мне с ними неинтересно, но общественно неприлично в этом признаваться, и я помалкиваю; мне интересно заниматься с детьми тем, что интересно делать мне самой/самому).

Всем приславшим отклики — большое спасибо.

Сегодня мне хочется обратить внимание уважаемых читателей на другой аспект этой же темы. Помимо прочих, пришло как отклик к материалу вот такое большое письмо из Новосибирска (так как я использую письмо в качестве основы для поста, я позволила себе чуть-чуть поправить орфографию и условные «падежи», мне кажется, совершенно без потери смысла, и надеюсь, что автор меня простит):

«Пишет Виктор.

Вы важную тему поднимаете. И уже не раз так делаете — за это вам спасибо. И не раз писали — вот, даже если сама тема про отцов, отвечают все равно женщины в основном. Это у нас в целом часто в обществе и в семейной жизни так, я замечал, — женщины говорят за мужчин. И иногда из-за этого странные акценты выходят. Женщин нельзя за это винить, если мужчина молчит все время, кто-то же должен говорить. Но я здесь не об этом. Я сейчас решил написать, потому что никто почему-то не упомянул про то, что с сыном может быть интересно, хотя среди людей есть явно молодые родители.

Наверное, надо сначала о себе сказать. Мне уже много лет, а сыну моему единственному Мише одиннадцать. Мне очень не нравится выражение “поздний ребенок”. Это оскорбительно по отношению к ребенку, мне кажется, как будто это он сам как-то не очень прилично поступил — поздно явился, что-то вроде припозднившегося гостя. Вот, все уже все выпили-съели, хозяева устали и веселье уже к концу — а тут он и пришел: кормите-веселите меня. Спрашивается: а где же ты раньше был? В общем, насчет “позднего ребенка” я против — он тут ни при чем, это я сам припозднился, пока то да се, собирался да решался. Так что правильно будет сказать так: это не он у меня поздний ребенок, это я у Миши — поздний отец.

Живем мы вшестером: мы с женой, теща, Миша и еще кошка с псом, они тоже у нас считаются за членов семьи, как оно часто и бывает. Теща хозяйство ведет, а мы с женой работаем. Миша, разумеется, учится. Учится он так себе, но мы его этим особо не напрягаем, поэтому и скандалов по этому поводу, о которых вы порой в своем блоге пишете, у нас и не бывает почти — так, вялая ругачка время от времени.

Я иногда у него уроки проверяю, но больше жена. И она же еще с ним сама английским занимается — можно считать, вместо репетитора, сыну английский дается совсем плохо, как и мне когда-то, а у нее английский свободный, она на нем и говорит, и читает, и пишет, ей и по работе это нужно. Это у нас обычная тема в семье, даже Миша ее всегда подхватывает — сколько мы денег на репетиторе по английскому экономим.

И еще один момент, наверное, надо честно сказать. Я с детства инвалид-опорник. Ничего такого страшного — я сейчас двигаюсь и хожу совершенно нормально, могу даже без палки, прихрамываю только и все. Ну и устаю быстро, если километр пройду, мне надо сесть и посидеть. В детстве и юности меня это, как вы сами понимаете, очень огорчало, а сейчас уже привык и почти внимания не обращаю, даже и удивительно бывает, если вспомню: и из-за чего это я раньше так ужасно мучился, что ночами не спал и думал о самоубийстве?

Но вот когда Миша появился, мне конечно было очень жаль, что я не могу с сыном в футбол гонять или в горы ходить, или еще что-нибудь такое. Правда, он и сам вроде особо не рвался, но как понять — это ему самому не надо, или он просто понимает, что я с ним не смогу, и не хочет меня огорчать?

А вот теперь наконец — простите, что так долго о себе писал, но надо же было объяснить диспозицию — про то, что мне с Мишей всегда интересно. 

Мне с ним интересно сидеть в интернете. 

Написал и вдруг вот понял, что застеснялся. 

Странное дело, я этого слова, наверное, уже полвека не употреблял и тем паче на себя не примерял. А вот поди ж ты. Вроде и неловко как-то — пожилой мужик и такое про себя пишет, чем матери сейчас подростков ругают. Но вы ж всегда у себя в блоге пишете: главное честно! И поэтому вот так. 

Сейчас в меня, наверное, с той стороны экрана полетят гнилые помидоры или тухлые яйца или что там в таких случаях летает, но раз уж взялся по-честному, так чего ж: сидим мы с Мишей вместе в интернете наверное с его лет четырех, а то, может быть, и раньше. Сидим подолгу. Я с самого начала очень большой монитор купил, а сейчас он и не монитор даже, а по сути телевизор. Часто у нас на нем не один экран открыт, а несколько, по разным темам. И сидим. И не надоедало, и сейчас не надоедает ни мне, ни ему. Теща пыталась ворчать сначала: что за дела? Пусть ребенок идет кубики строить и книжки бумажные читать. А жена сразу сказала как отрезала: «Он там не один, а с отцом. Отец его плохому не научит». Я очень ей благодарен за доверие.

Что мы там делаем? А самое разное. Когда он был совсем маленький, мы с ним мультфильмы смотрели и обсуждали. Какие, оказывается, сейчас есть прекрасные мультфильмы! Красивые, умные, добрые, развивающие — я сам с удовольствием смотрел. Ну и старые, из моего детства, тоже смотрели, конечно. А потом рисовали героев и их новые приключения — я хорошо рисую, в детстве художественную школу почти закончил (родители определили инвалида, куда ему можно, я тогда брыкался и хотел на мотоцикле гонять, а сейчас очень им признателен) — и еще я научился из них движущиеся комиксы делать, а сейчас уже Миша лучше меня эти программы освоил, я рисую, а он их компонует, а сюжет мы вдвоем придумываем.

Еще я играл в компьютерные игры, а он смотрел (ловлю гнилые помидоры). Мне всегда гонки нравились (видимо, это компенсация за малоподвижное детство). И вот он сидел рядом и орал: папа, сворачивай, вон оно, вон оно, бей его, сбивай! — а теща пальцем у виска крутила. Сейчас мне гонки уже как-то безразличны стали, и мы с ним больше в стратегии играем, уже наравне, конечно: они же, их поколение, быстро в этом плане развиваются, а у меня мозги усыхают постепенно. А иногда он с приятелями в свое играет, что мне осваивать лень, а я смотрю с его комментариями — интересно.

Еще мы, конечно, смотрим всякое и обсуждаем. Он мне свое показывает, я ему — свое. Мне альтернативная история одно время была интересна, а обычная — всегда. Мы с ним если фильмы исторические смотрим, то все время останавливаем и находим про того героя, про этого, как он на самом деле выглядел, какие есть еще точки зрения, или как тот же эпизод в другом фильме показан. Про наполеоновские сражения 37 (Миша считал) разных экранизаций посмотрели. Иногда один фильм за неделю посмотреть не успеваем, все отвлекаемся.

Еще мы очень любим социальные сети (яйца летят?). Сам Миша только инстаграм ведет, снимает про наших зверей (у нас кроме собаки и кошки — они общие — есть еще Мишины креветки и его же три морские свинки, он за ними сам ухаживает, мы не лезем), а я — вообще ничего. Но смотрим мы все. И его друзей, и моих, и блогеров популярных всяких, и ролики на ютубе. Миша любит, когда про животных все, а мне нравится про историю и географию. И почему все говорят, что эти молодежные блогеры — идиоты? Они сами-то их видели? Очень креативные там ребята попадаются, за некоторыми я и сам с удовольствием слежу, но если бы Миша мне не показал, и не узнал бы о них, конечно.  

Иногда мы просто рядом сидим, перед одним экраном и каждый занимается своим делом, Миша например что-то свое по урокам смотрит, а я, допустим, в углу смотрю чемпионат мира по хоккею. Заодно разговариваем. Я ему что-то подсказать могу. А он — спросить или рассказать. Еще у нас есть общее увлечение — выдуманная планета. Мы ее с самого начала делаем тоже на компьютере, населяем то теми, то этими, и там всякие события происходят. Когда Миша был совсем маленьким, там жили разумные деревянные кубики, сбежавшие от какого-то малыша и как-то размножившиеся, потом — разумные кошки и собаки, а теперь там уже настоящие люди и настоящие исторические процессы происходят, по типу “Игры престолов” или чего-то такого — мы там все и рисуем, и пейзажи всякие придумываем, и космос у нас есть, и государственное устройство, и климат. Я думаю, у Миши начинается подростковый возраст, потому что раньше там у него в основном были всякие утопии, а движуху больше я создавал, а сейчас уже у него и войны, и кровь, и предательства — всего навалом, а я только восстанавливаю все и заключаю мирные договоры. 

У Миши много друзей, и в школе, и еще он ходит в городской исторический клуб, и музыкой занимается (жена с тещей настояли), но недавно он мне сказал: “Папа, у меня отличные друзья, и в школе есть очень хорошие учителя, и в клубе, но с тобой мне интереснее всего”. Я почти заплакал от гордости и умиления, но удержался, конечно: я из того поколения, которое еще в детстве научили, что мальчики не плачут. 

Простите, что, может быть, я много написал и не все по делу, но мне почему-то показалось важным.

Успехов вам и всем читателям “Сноба”!»

Я очень признательна Виктору и его сыну Мише. Вы ведь понимаете — за что? На мой взгляд, они на своем примере показали один из важных путей решения целого комплекса проблем, которые сейчас предъявляют современные родители. Виртуальный мир — значительная часть нашей современной жизни? Несомненно. Дети и подростки уходят туда и там живут существенное время? Кто бы спорил. Родители волнуются о том, что дети делают в интернете, что они там найдут и кого встретят? Конечно волнуются, и кто бы не волновался! 

Мне кажется, письмо Виктора — это такой почти готовый манифест на данную тему. При этом — что удивительно! — само по себе письмо совсем о другом и, если сравнить его с другими комментариями к тому же материалу, совершенно и окончательно лишено пафоса.

Идите в дивный новый мир виртуальности с ними рядом с самого начала, и вам не то что нечего будет бояться (любой мир несет в себе опасности и прекрасности одновременно), но вы сможете по дороге расставить ровно столько вешек, сколько захотите и сможете. А уж взаимный интерес родителя и взрослеющего ребенка, о котором, собственно, и пишет Виктор, — это несомненный бонус, важность которого тем не менее трудно переоценить.

Больше текстов о психологии, отношениях, детях и образовании — в нашем телеграм-канале «Проект "Сноб” — Личное». Присоединяйтесь

Вам может быть интересно:

Вступайте в клуб «Сноб»!
Ведите блог, рассказывайте о себе, знакомьтесь с интересными людьми на сайте и мероприятиях клуба.
Читайте также
Катерина Мурашова
Сегодняшние родители почти стопроцентно уверены, что им интересно со своими детьми. Но в чем конкретно заключается этот интерес, готов сформулировать далеко не каждый
Катерина Мурашова
Когда под напором современного общества пал последний бастион личного пространства человека — сфера чувств, вполне логично возникает вопрос: а стоит ли противостоять этому вторжению? Или разумнее безропотно принять новые порядки и просто плыть по течению?
Катерина Мурашова
Любому человеку суждено покинуть этот мир. Но как сделать так, чтобы этот уход был наполнен смыслом для самого себя?