Алексей Герман-младший

Алексей упоминается в этом тексте

Из жизни привидений

С самого начала фильм балансирует на грани между сном и явью – непонятно, спит ли еще Довлатов в своей коммуналке или, уже проснувшись, бродит по исчезнувшему городу Ленинграду. Туманный мир вокруг похож на медленное грустное сновидение, и, когда сосед по автобусу начинает обличать сионистов, сообщая главному герою, что Голда Меир — ястреб, кажется, будто израильский премьер вот-вот появится в кадре, ударится о землю, обернется птицей. Во сне Довлатову набивается в соавторы генсек, гуляющий с Фиделем по холодному пляжу, наяву — уролог, предлагающий ему исследовать простату и написать античную трагедию. Кто из них привиделся, кто существует на самом деле? И кто реальнее — Гоголь с Толстым на верфи или Бродский с Довлатовым на безлюдных улицах, по очереди несущие на руках сонную девочку? Спустя почти полвека все кажутся фантомами в несуществующем городе — никого уже нет в живых. Все умерли, даже Фидель. И только девочка Катя продолжает что-то спрашивать сквозь сон, не получая ответов, — ленинградские призраки не слышат живых, не обращают внимания на наши предупреждения. Они и так прекрасно знают свое будущее.
0

Мы не быдло

Губернатору Санкт-Петербурга Полтавченко Г. С.   Уважаемый господин губернатор! За последнее время я, да и не только я, а огромный город, где живут люди, у которых, кстати, есть чувство собственного достоинства, слышали и видели очень много ваших слов и дел, которые впоследствии расходились с реальностью. Вы говорили о честных выборах, но выборы даже близко не были честными. Вы рассказывали о том, что город — это одна большая семья, но если пройтись по Невскому, то получается, что семья какая-то нездоровая. Еще недавно, до выборов, вы утверждали, что не допустите уничтожения старейшей студии страны «Ленфильм» АФК «Системой», но на самом деле уже приступили к этому процессу. Иначе как объяснить назначение служащего АФК и архитектора этого поглощения г-на Месхиева на высокий пост. Зачем же тогда были все эти слова о поддержке студии? Наверное, чтобы успокоить городскую интеллигенцию. Обмануть ее. Скажите мне, неужели вам не кажется абсурдным это страстное желание власти получить поддержку народа, столь же последовательно его обманывать, а потом удивляться, что чувства угасают. По-своему я человек аполитичный, но для меня, как и для многих моих сограждан, существует та грань, где мое самоуважение и человеческое достоинство не может сосуществовать в тех координатах, которые мне навязывают. Я не быдло. И мы не быдло. Вчера мой отец спросил у одного из ваших заместителей г-на Кичеджи: что же происходит с «Ленфильмом», нормально ли все творящееся и не стоит ли отцу покинуть город. Заместитель незамедлительно поддержал это предложение. Безусловно, я понимаю, что наш город большой и, если его покинет мой отец и еще какая-то часть интеллигенции, г-ну Кичеджи и работать будет только удобнее. Никаких вопросов, только подобострастные взгляды. Удобнее будет все-таки уничтожить «Ленфильм», гонять по Невскому молодых, бороться с гомосексуалистами, кстати, как, например, быть с музыкой Чайковского и с одноименным кафе? Это пропаганда? Но вот вопрос: если будущее нашего города такое, то кто же будет писать книжки, заниматься живописью, театром или жить и работать в других сферах, сохраняя достоинство? ОМОН? Вряд ли. Значит, люди (кто сможет) просто уедут сами, или их выгонят насильно, как когда-то мы это уже проходили и с Бродским, и с Довлатовым, и со многими другими. Так? Уважаемый господин Губернатор! У меня к вам есть вопрос: Вам не стыдно? Вы же верующий человек. И еще: надо ли нам всем уже собирать вещи? С уважением, Герман А. А., кинорежиссер, обладатель Серебряного Льва Венецианского кинофестиваля, многих международных премий, национальной кинопремий «Ника» за 2003, 2005, 2008 годы и т. д. и т. п.   Оригинал тут
0

Алексей Герман-младший:  Жандармы приходят из соседней квартиры

Странное дело, как смещаются понятия вокруг. Дней десять назад мы с женой случайно встретили в питерских «Пирогах» нашего общего знакомого — уважаемого журналиста, который пишет для уважаемого и вполне интеллигентного издания. Было уже поздно, рядом с нами сидел наш товарищ — очень хороший режиссер. Увидев друг друга, режиссер и журналист надулись — стало понятно, что между ними что-то случилось. Спросил. Естественно, выяснилось, что один про другого написал статью. Дальше пересказывать неинтересно. Интересно содержание статьи, где есть и обвинения в ненависти ко всему русскому, избирательности взгляда и нелюбви к родине. И я подумал: странно, как возвращаются слова, казалось, потерянные много лет назад. Снова автор виноват, что как-то не так смотрит на здесь и ориентируется слишком на там. А ведь всего несколько лет назад этот мой знакомый журналист говорил совсем иные вещи. Не было такой железной категоричности. Он не искал врагов, рассуждал о фильмах не с идеологических позиций. А сейчас принялся писать доносы, что как-то непозитивно. Русское искусство вообще не очень позитивно. Что тут поделаешь. Что-то сместилось в головах. Перемешались понятия хорошо и плохо. Достойно и нет. При этом перемешались не в пришлых, а в нас самих: тех, кто читает одни книжки, смотрит одни спектакли. Как будто не было Солженицына или Шаламова. Как будто мы забыли, что реакция и тьма часто рождаются в головах именно мыслящего сословия. Жандармы приходят не откуда-то, а из соседней квартиры. Я поругался с журналистом. Потом не смог заснуть.
6

Мы дышим вакуумом

Главное ощущение сегодня — недвижимого культурного воздуха. Я говорю об отсутствии общего художественного движения в стране. Когда последний раз город, страна говорили о спектакле, книге, выставке? Несмотря на попытки премиями стимулировать искусство — ничего не стимулируется. Есть отдельные усилия помогать современным художникам, создать культурные центры не только в Москве, но все проваливается в никуда. В чем системная ошибка? Мало денег? Все уехали — не осталось талантов? Или нет веры в то, что какой-то художественный акт может что-то изменить? Откуда же тогда невероятное удивление, что в стране нет науки? Понятно, что должно прийти поколение молодых ученых, но где ж их взять? Это же не только вопрос денег. Это результат исчезновения культурного пространства, в котором все взаиморезонирует — в том числе и разрушение традиций университетской среды, необратимое сегментирование интеллигенции…
15

Алексей Герман об уровне Московского кинофестиваля

Если когда-то на Московском кинофестивале выигрывали фильмы Феллини, то сейчас, за последние годы, в конкурсе, к сожалению, ни одна по-настоящему мощная, настоящая мировая фигура не участвовала. Поэтому ММКФ, так или иначе, к сожалению, рядовой восточноевропейский фестиваль, менее интересный и хуже сделанный, чем, допустим, фестиваль в Карловых Варах. Ни на одном мировом фестивале — я все-таки поездил по ним — вы не увидите такого количества секьюрити; вы не увидите такого жесткого разделения на гостей класса А, В, С — это унизительно; вы не увидите этих русских вечеринок с какими-то непонятными женщинами в бриллиантах с каким-то провинциальным бессмысленным пафосом. У вас не будет ощущения, что вы приехали в Северную Корею на день рождения Ким Чен Ира.
7

Алексей Герман: В русском кино нет узнаваемого героя

В основном на мастер-классе Германа обсуждались в режиме «вопрос-ответ» узкопрофессиональные темы. Студенты спрашивали, как работать с актерами, сколько минут в среднем удается отснять за смену, как строить отношения с продюсером. Главный совет, который дал Герман — выбивать себе время на работу: «Ничего более растерянного, чем режиссер во время съемочного периода не существует. Смотрите "Восемь с половиной". Поэтому нужно максимально застраховать себя на этапе подготовки. А для этого нужно время». Режиссеру нужно время, чтобы найти артистов, чтобы обработать с драматургом и оператором сценарий, чтобы с оператором-постановщиком решить, как снимать фильм, чтобы с художником придумать концепцию. «Любой продюсер вам всегда будет говорить: "Брат, послушай, денег нет... пойми... вот, последние 200 долларов. Давай снимем не за два месяца, а за две недели — ну я же в тебя верю!" Не слушайте. Если у него есть только 200 долларов — пусть идет в другую профессию — продавать мороженое. За свое время вы должны биться из-за всех сил».
0