Все новости

Редакционный материал

«Бросила школу, ведет беспорядочную половую жизнь». Психологический детектив о несовершеннолетней содержанке. Часть 2

Продолжение психологической «загадки-детектива» об Инге. Первая часть здесь

28 Октябрь 2019 11:26

Иллюстрация: Марина Савицкая

Молодая женщина без ребенка, с ярким макияжем и какими-то немного детскими кудряшками. На шее — кокетливый шарфик в горошек. Очень нервничает.

— Я к вам по поводу Инги.

Дело было недавно, плюс неудачи в среднем помнятся ярче удач. Я вспомнила. Первая, вполне себе диковатая мысль: это жена одного из Ингиных клиентов. Все здорово, только в детскую поликлинику-то она зачем?

— Я вас слушаю. 

— Я даже толком не знаю, зачем я пришла. Все равно вы ничего тут не сможете…

— Кто вы?

— Я учительница Инги.

— Классная руководительница? Или вы преподаете на каких-то курсах, которые она посещает? (В мыслях я, разумеется, уже склонялась ко второму варианту.)

— Нет, я учительница начальных классов. Инга у меня училась.

— Почему вы сейчас принимаете участие в ее судьбе? Вы по-прежнему общаетесь?

— Да. Я понимаю, что это прозвучит странно от учительницы, но в какой-то степени мы с Ингой дружим… дружили.

Да уж, действительно странно. Такого мне, пожалуй, никогда в жизни еще не встречалось. Но потом я соотнесла не слишком-то приятную взрослость Инги и явную детскость сидящей передо мной женщины с кудряшками и подумала: а почему бы и нет?

— Тогда рассказывайте с самого начала.

— Это был мой первый класс, я только что закончила педагогическое училище. Нас учили: надо видеть особенности детей, и я была готова видеть и учитывать — энтузиазм, понимаете?

— Да, понимаю вполне.

— Инга выделялась. Она была в сильных очках, двигалась не так беспорядочно, как все дети. Я свой класс сразу полюбила, и, скажу без лишней скромности, они меня тоже. Висли на мне, визжали от радости, когда меня видели, даже признавались в любви. Инга ничего этого не делала, она всегда была несколько в стороне. Меня это, возможно, даже несколько задевало, и тогда решила уделить ей особое педагогическое внимание. И знаете что обнаружила?

— Что же? — спросила я, ожидая уже любых сюрпризов.

— Что мы с ней внутренне очень похожи.

«А мне так кажется, что редко встретишь столь разных девушек», — подумала я, но вслух, естественно, ничего не сказала и продолжала слушать.

— Она общалась со мной вполне уважительно, но вместе с тем как с равным ей человеком. Мы разговаривали о том о сем, и мне было интересно. Иногда она ждала меня после уроков и мы шли вместе домой, благо мы живем в одном квартале, часто по дороге заходили в магазины, в кафе — сравнивали вкус пончиков в разных заведениях, она помогала мне выбирать косметику, парфюм, шарфики (я их очень люблю). Со второго класса она помогала мне проверять тетради других детей, потом научилась даже заполнять некоторые документы — вы, наверное, слышали когда-нибудь, как душат рядовых учителей бумажной работой, а ей это даже нравилось, и у нее тогда был очень хороший, какой-то взрослый почерк.

«Обалдеть! — подумала я. — Интересно, как ко всему этому относилась мать Инги? Или она работала и ни о чем не знала? Сейчас девочка не производит впечатления особо разговорчивой, и вряд ли она была болтушкой в начальной школе».

— В третьем классе Инга перестала носить очки. Надевала их только на уроке.

— Ей сделали операцию на глазах?

— Нет. Она мне объяснила: я и так-то на лягушку похожа, а если еще в этих уродских очках — только людей пугать… Буду учиться так ходить, что-то ведь я вижу. И, как ни странно, она научилась. 

— Зрение, — сказала я.

— Да, — кивнула учительница. — Она уже в первом классе знала, что когда-нибудь ослепнет. Подслушала разговоры матери и врачей.

— Черт. Но почему мать мне ничего не сказала?!

— Я объясню. Я, конечно, говорила с ней, когда узнала сама. Меня тогда трясло. Она сказала: «Это ваша ученица, а для меня она дочь, единственный ребенок. Понимаете, как трясло меня?» Ей окончательно сказали, когда Инге было три года. Она спросила: когда? Ей сказали: как пойдет. Она спросила: а как мне с ней жить каждый день, зная это? Профессор, который много лет занимается такими детьми, сказал: «Очень просто, милочка, и вы сами только что сказали как. Каждый день. День за днем. Просто живем, а не ожидаем конца света. Решаем те проблемы, которые стоят здесь и сейчас. Погулять. Вылечить насморк. Заплести косички. Отругать за пролитый на кофту суп. Прочитать сказку про Буратино. Вот сейчас ей, возможно, уже надо позаниматься с логопедом — много букв не выговаривает».

По ее словам, совет этот очень помог. Каждый день. День за днем. Решаем проблемы по мере их поступления. Со временем она научилась и почти не думала.

— Думала сама девочка. И взрослела непропорционально возрасту.

— Совершенно верно.

— Когда Инга закончила начальную школу, вы общались?

— Да, она регулярно заходила ко мне в класс, с удовольствием возилась с малышами — они же очень тактильные. Очень изредка мы гуляли вместе. С каждым годом это было все реже. Я понимала, хотя — вы удивитесь, наверное, — иногда мне ее не хватало.

Она пришла ко мне около года назад, возможно, чуть больше. Сказала: я прошу несколько часов вашего времени, это много, я понимаю, но нужен взрослый человек, и мне больше некого попросить. Вам надо будет звонить по телефону, я скажу куда, какие номера и что говорить. Я, разумеется, была заинтригована, согласилась, предупредила дома, и мы остались в пустой школе, на втором этаже в моем классе. Стояла осень, дул ветер, и за окном наискосок летели желтые листья. 

Инга к тому времени внешне превратилась в хрупкую привлекательную девушку, похожую на экзотический цветок, с глубоким, богато интонированным голосом (она очень неплохо поет, вы знаете?), но тут она была в совершенно ужасных очках, все мне бесцветно объясняла, диктовала номер, и потом я всем говорила приблизительно одно и то же:

— Можете ли вы пригласить на собеседование с целью взять к себе на работу слепого человека?

Там у них были реальные вакансии, а у этого воображаемого человека, женщины, были разные образования и компетенции (она где-то вычитала, чему вообще можно научиться) — она была юристом, фельдшером, логопедом, педагогом, логистом, менеджером, психологом, филологом, даже философом, еще были вакансии операциониста, администратора, продавца-консультанта и еще много кого. По ее настоянию была включена громкая связь. Иногда я представлялась самой слепой женщиной, иногда ее представителем. Она диктовала, я говорила, мне отвечали, а Инга слушала, сжав губы. Несколько часов — у нее был очень большой список, не знаю, сколько она над ним работала. Иногда у меня самой все просто плыло перед глазами. В какой-то момент у меня начали течь слезы, и очередной потенциальный работодатель даже сказал в сердцах: «Ну чего вы там ревете?! Сами же должны все понимать, раз у вас юридическое образование и вы явно не дура. Вам же государство пенсию платит — сидите и наслаждайтесь, музыку слушайте или аудиокниги. Я бы сам сидел, если бы мне платили».

Реакция работодателей была от предельно корректно-вежливой «К сожалению, сейчас мы не имеем возможности…» до «Совсем слепая? Да вы что, с ума сошли, что ли?!» Одни пригласили на собеседование — по-моему, им было просто любопытно — колл-центр, пятидневка, восемь часов в день, зарплата 15 тысяч.

Потом я спросила: Инга, зачем сейчас?

Она сказала: я уже взрослая, у меня паспорт. Я сказала врачу, что хочу знать и имею право. Он сказал, что в колледж или даже в институт я еще, может быть, смогу поступить зрячей. Но закончу точно уже слепой. Надо выбирать, имея это в виду.

Потом Инга меня поблагодарила и ушла. А я осталась стоять и смотреть на листья, которые падали уже в темноте. Школьный охранник пришел, стоял в дверях и смотрел с подозрением — он же видел лицо Инги, когда она уходила.

Я знаю всю эту историю с гейшами, гетерами и прочим. Она мне все рассказала. Объяснила, что все взвесила и поняла — это разумный компромисс. Мир сегодня так унифицирован, что люди падки на экзотику, каждый второй нашумевший фильм про уродов — физических или психических — это ее слова, не мои. Так что слепая, но юная, подготовленная и совершенно адаптированная в среде содержанка — вполне себе шанс на трудоустройство.

Я ей, конечно, сразу рассказала обо всех рисках этого варианта. Она со всем согласилась, а потом спросила: в чем же альтернатива? И я — к стыду своему — не нашла, что сказать.

Ее из школы выгоняют. Она же подросток все же — не видит смысла этому всему учиться и не учится, говорит: другое важнее, а сил и времени мало. И она мне запретила категорически в школе говорить: не хочу, чтоб меня жалели. Но я нарушила обещание — пошла к директору. Директор ужаснулась: не учится, да еще и слепнет?! Это нашему лицею ну вот совершенно ни к чему. Пусть идет в спецшколу, для них государство специально построило. Я заорала и хлопнула дверью. У нас такое в принципе не практикуется, но мне за это ничего не было, видимо, директор все же тоже неловко себя почувствовала в этой ситуации.

Инга рассказала мне и о визите к вам. Сказала: бессмысленный разговор. А я в детстве читала вашу книжку про класс коррекции и мальчика на коляске, и там еще был мальчик, который почти не видел и не слышал. И вот я пришла, хотя и понимаю, что вы ничего не сделаете — есть литература и есть жизнь. Но мне-то тут как быть?

— Я знаю, чего делать нельзя ни в коем случае, — подумав, сказала я. — Нельзя дезавуировать ее выношенную гейшевскую идею. Инга идет по краю, нагрузка на ее психику колоссальная, и в любой момент она может сорваться. Последовательная реализация ее личного плана — это единственное, что сейчас держит ее на плаву.

Вы учитель начальных классов, значит, вечера у вас нерабочие? Хорошо. Тогда вы с ней придете ко мне… — я прикинула свои возможности, — в пятницу в пять часов.

                                            ***

— Инга, есть нюанс. «Бэлу» Лермонтова читала?

— Не помню. Вроде проходили.

— Перечитай. И про цыганок еще есть, из XIX века, в том числе и мемуарное, тоже найди. Экзотические содержанки хороши, но надоедают. Знаешь, почему?

— Почему?

— В них нет системности. Точнее, она есть, но клиенту цыганская или там черкесская системность просто недоступна. Поэтому он видит нечто дико непоследовательное. Оно сначала пленяет, а потом — быстро — начинает раздражать. Где берут системность, кристаллическую решетку — как что-то устроено в целом? Физический мир, социальный мир, мир культуры или психика человека.

— Где?

— Университетское образование. Или что-то, что можно к нему приравнять. Только так. Все остальное — туфта. Частные вещи тоже важны, но они должны ложиться на уже имеющийся каркас. Это опора. Без опоры — только клочки. Я звоню и включаю громкую связь. Сидите обе тихо.

Накануне я почти два дня потратила на поиск давно утерянных контактов в психологическом мире и подготовку плацдарма.

— Добрый день! Это Марья Петровна, секретарь кафедры Х факультета психологии? Здравствуйте, Марья Петровна. Это Екатерина Вадимовна Мурашова, мы с вами разговаривали по поводу девушки, у которой сейчас проблемы со зрением, а в перспективе — увы — возможна полная слепота. Девушка сейчас здесь и нас слышит. Скажите, пожалуйста, возможно ли ее обучение на вашем факультете, в частности, на вашей кафедре? Да? Спасибо. Разумеется, прием результатов ЕГЭ на общих основаниях. Нет, она учится не в спецшколе, а в сильном лицее, адаптирована, да, думаю закончить его при ее желании проблем не возникнет. Собеседование? Общая эрудиция? О, тут у нас все в порядке. Что насчет трудоустройства потом? Есть специальный человек на гуманитарных факультетах, который этим занимается? Спасибо. У вас было два слепых преподавателя? Один работает и сейчас? Простите, а что он читает? Поняла. Спасибо еще раз.

Я рассыпалась в благодарностях и отключила телефон.

Некоторое время мы все трое молчали. Потом я подняла два пальца.

— Плюс один: медицина идет куда-то очень бойко. Может, лет за пять научатся все это — сетчатку, нервы и так далее — выращивать в пробирке и ставить на место. Плюс два: бионика и все эти компьютерные технологии, может, через те же пять лет глаза вашему брату придется в виде гаджета носить на лбу как налобный фонарик. Надоест — снимаешь и кладешь в стакан, как зубы.

— Вы прикольная, — усмехнулась Инга.

— Ты даже не представляешь себе, до какой степени. Жили две кнопки...

— И?

— Ну и — одна прикололась, а другая обломилась.

Молодая учительница нервно захохотала. Инга, кажется, не поняла. 

— С кристаллической решеткой я буду больше зарабатывать?

— Несравнимо. Любовница-экзот, плюс массаж, плюс укулеле, плюс личный психотерапевт с дипломом. Плюс всегда можно подработать консультациями по скайпу. Уверенность в завтрашнем дне — ты же понимаешь, это болевая точка любых содержанок. Я обычно не советую практическую психологию как первое образование — институт закончил, а истории личности еще нет, работать нечем. У тебя особый случай, тебе просто пришлось рано повзрослеть.

— Так мне советуете?

— Да, тебе в виде исключения.

Это ей явно понравилось.

— Я подумаю над вашим предложением.

— Договорились.

* * *

— Я уговорила директора дать Инге еще два месяца испытательного срока, — отрапортовала молодая учительница по телефону. — Я ее шантажировала тем, что подниму бучу в интернете — сами знаете, как сейчас интернет на такое возбуждается. Она сдалась. Но боюсь, что, когда все это закончится, так или иначе, это будет стоить мне рабочего места.

— Вы сражались за друга. Это достойно. Самоуважение критически важно для человека, который профессионально формирует личности других людей. Если бы вы сейчас сдали Ингу, пострадали бы все ваши ученики — нынешние и последующие.

— Да, вы правы! — я прямо увидела, как она вздернула подбородок и подпрыгнули выбеленные кудряшки.

Я отключила телефон и мысленно пожелала успеха им обеим.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
17 комментариев
Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

14 человек угадали, из разных мест России и из разных стран. Полностью или частично. Посыпаю голову пеплом - я то сама не угадала ни разу, просто представить себе не могла, что мать такое не расскажет. Все таки одно у них с дочкой однозначно общее - мощнейший инстинкт психического самосохранения. Сегодня после работы постараюсь сосредоточиться и накидать сюда отрывков из писем.

всем большое спасибо, думаю очень многим людям по всему миру было интересно прочитать не столько мой материал - сколько палитру мнений по его поводу.

Борис  Цейтлин

Борис Цейтлин

Финал истории вроде бы хороший. Но меня вот что настораживает: "профессию" девочка выбрала под давлением не зависящих от нее обстоятельств. Допускаю, что есть женщины, нашедшие в ней свое призвание. Не исключаю, что Ваша Инга из таких. А если нет? Коль такую "работу" она выбрала только потому, что больше податься некуда, вряд ли на ней она будет счастлива. 

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Борис ЦейтлинБорис, во-первых я очень надеюсь что это все-таки не "конец истории", а ее начало, а во-вторых никакую профессию пятнадцатилетняя девочка с очень большими проблемами разумеется себе еще не выбрала, просто в условиях жесточайшего дистресса придумала спасительный алгоритм внятных и доступных действий и двинулась по нему точно также, как когда то нашла в себе силы жить каждый день а не предаваться отчаянию ее мать.
 
Дмитрий  Синочкин

Дмитрий Синочкин

Катерина, вы молодец. Классная история, заставляет думать. Есть, конечно, еще тема. Знаете, я 17 лет на костылях (моей профессии почти не мешает), и вот как-то на автомате... Ну, из машины вылезаю, или просто присел передохнуть. Часто человек  подходит и спрашивает: "Вам помочь?" И я научился отвечать: "Спасибо, нет, все в порядке. А вам?" Всегда есть кто-то, кому еще хуже. И когда влезаешь в ситуацию другого - тебе уже не до своих проблем.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Дмитрий Синочкинспасибо, Дмитрий!
Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Большинство угадавших читателей "поймали" все рассыпанные по тексту детали. Некоторые по-видимому догадались всего по одной -. Большинство догадавшихся отказали Инге в стандартном подростковом протесте и решили, что она стала плохо учиться только потому что просто не видит заданий. Но на самом деле Инга при всех ее проблемах и планах - обычный подросток и именно это, как ни странно, дает надежду.

Пишет Наталия из Сыктывкара:

 

Меня зацепили в рассказе следующие моменты. Девушка с проблемами со зрением. Все ее увлечения-курсы (массаж, флейта, язык) завязаны на другие виды чувств. Ее мечты о домике, саде, музыке и кошке, тоже не включают в себя явное задействие глаз (это были бы тогда путешествия, книги и фильмы). Взгляд ее глаз также описан как отсутствующий. 

Астерикс - сноска, неясность, то что не разглядишь сразу. 

Вот у меня сложилось впечатление, что девушка стойко теряет зрение, или так думает, или она знает про свой диагноз то, что не знают родители. 

Может поэтому готовит себя к такой жизни и выбрала себе образ?

Ольга из Санкт-Петербурга:

 

Мне кажется, я знаю разгадку: девочка уже очень плохо видит. Возможно,

ей уже трудно читать. Заболевание, вероятно, неизлечимое.

 

Прогноз  — слепота в ближайшем будущем. Тогда она нашла единственный

понятный для себя способ обеспечить свое благосостояние в кратчайшие

сроки, не требующий нормального зрения.

Пишет Екатерина:

 

В истории любопытно то, что Инга пользуется глаголами восприятия всех модальностей, кроме зрения. Скорее всего, речь идёт о врожденном нарушении зрения (возможно, редком, своеобразном), которое прогрессирует, причем резко ускорившись в последнее время. По какой-то причине мать (родители) не в курсе такого прогноза, про других родственников/подруг речи не идет, подросток сильно одинок и пытается самостоятельно решить проблему найти свое место в жизни при условии, что вот-вот ослепнет (отсюда и изучение музыки и вполне практичное обучение массажу), но не желает по каким-то причинам жить жизнью человека с белой тростью (негативный пример слепого родственника?). Мужчины вполне могут быть консультантами по каким-то вопросам, просто из участия подвозящими плохо видящую девушку до дома. Думаю, основная проблема тут в отношении матери к дочери.
Пишет Ирина из Петербурга:

она предчувствует будущее без зрения и заранее ищет в нем свою дорогу. Ту, на которой ее особенности будут не инвалидностью, а преимуществом, или хотя бы не помешают. 

Например, образ слепой гейши есть в фильме "Дом летающих кинжалов", мнимая слепота героини соседствует с умениями, для которых видеть не обязательно.

Люди, действительно, готовы платить большие деньги за удовольствие приятного общения, поэтому Инга может и не заниматься проституцией, а быть современной гейшей и психологом.

В любой семье человек, не желающий жаловаться, остается один на один с болезнью, поэтому, возможно, она замыкается от родных.

 

пишет Мария:

 

девочка думает, что скоро ослепнет, а у нас, к сожалению, для незрячих людей очень мало возможностей. 

Отсюда и ощущение, что она глубоко в себе, расфокусированный взгляд, и надстрочный знак для обозначения неясностей, для Инги все действительно очень неясно и нечетко. Если она думает, что ослепнет, а братьев-сестёр у неё нет, то она очень дальновидно решила себя обеспечить к тому времени, когда совсем перестанет видеть.

 

пишет Светлана:

 

Не с первого прочтения, но мне прямо-таки бросилось в глаза: девочка стремительно теряет зрение!

Все ее последующие поступки и "расчеты" связаны с этим: всё, что она изучает (японский язык, музыка) может быть воспринято на слух или, как массаж, связано с тактильными ощущениями.

Ее описание - предельная концентрация и расфокусированный взгляд - она уже воспринимает мир большей частью на слух!

О чем она мечтает в будущем - домик, цветник, слушать музыку у огня и гладить кошку... опять же подтверждается - восприятие мира на слух и на ощупь...

С одной стороны страшновато...а с другой - она очень рано поняла все про себя и готовится к будущему, как может.

 

Очень надеюсь на "хорошее" продолжение этой истории!

 

Пишет Татьяна:

 

имея от природы пытливый ум, она для себя нашла единственный приемлемый образ жизни, удовлетворяющий её ментальные потребности в создавшихся условиях, а может и создающихся, имея ввиду потенциальную слепоту (мечты о домике с камином, наслаждаться ароматом цветов, "а зимой просто сидеть у огня, слушать музыку и гладить кошку") . И любые препятствия на пути реализации плана решаются радикально: полное неведение матери, угроза суицида (а для неё, действительно, "это будет нетрудно").

Вот такая слишком очевидная точка зрения, чтобы быть правильной. Но тогда возникает другой вопрос: где ещё может реализовать себя именно ЭТА ДЕВОЧКА в её жизненной ситуации.

 

 

Пишет Оксана:

 

 на эту мысль натолкнули её слова : 

1)«Большинство людей сегодня очень одиноки и одновременно все время на виду друг у друга. Это очень выматывает.» 

Возможно «на виду друг у друга» стоит воспринимать буквально.

2) «когда уже не смогу работать или денег станет достаточно, куплю себе домик с камином и маленьким палисадником и буду там летом разводить  цветы и наслаждаться их ароматом, а зимой просто сидеть у огня, слушать музыку и гладить кошку.»

В желаниях нет и намёка на «зрение». Она не  планирует путешествовать, увидеть мир и тд. В её будущем есть обоняние(наслаждаться ароматом), слух(слушать музыку) и осязание(гладить кошку).

Пишет Эльмира:

 

Возможно, девочка практически ослепла или близка к этому, поэтому и "потеряла интерес" к учебе.

Ей просто страшно в этом признаться. С детства она была настырной, такой и осталась.

Подсказки про "наслаждаться ароматом цветов, гладить кошку", это всё про тактильность и обоняние.

"Большинство людей сегодня очень одиноки и одновременно все время на виду друг у друга". 

А она не видит внешность людей, но видит их потребности.

 

пишет Ольга из Екатеринбурга:

 

Судя по всему, после 6-7 класса объем и интенсивность занятий в лицее возрос, увеличилось количество уроков, где нужно следить за ходом выводов на доске. То есть как раньше опираться только на учебник уже не получается, нужно смотреть на доску, чтобы понять выводы учителя. Девочка поняла, что более серьезную учебу не вывезет, потому что чем дальше – тем сложнее.  

Ну и решила взять дело в свои руки. Жить без плана в такой ситуации трудно, это я по себе знаю, хочется понимать, что будет дальше. И она нашла сферу, в которой она может работать со своим даже очень плохим зрением. Это массаж и что то вроде психологии. Даже слепые могут этим заниматься. Мать говорит, что она и раньше училась на курсах массажа – видимо девочка хочет заранее создать базу клиентов, которая позволит ей не пропасть в случае еще более сильного ухудшена зрения и уже сейчас ищет тех, на ком можно практиковаться. 

 

Помощь в такой ситуации просить сложно, потому что нужно признаться в своей слабости, поэтому она отвергает и мать, и отца. Делиться переживаниями, что ты не найдешь место в жизни из за своего недуга — тоже не просто. Думаю, что она просто не видит другого выбора.

 

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Ольга из Пятигорска:

Инга очень интересный, развитый, увлекающийся и (!) читающий подросток. Но, к сожалению, ей досталась несколько ограниченная, неэмоциональная, с полным отсутствием способности к эмпатии мать, главный принцип жизни которой «что люди скажут». Дочь ей в психологическом плане безразлична. Почему ни слова о проблемах зрения?! Обычно матери хотя бы несколько слов, но скажут в чем дело, диагноз, прогнозы, что предпринимала семья…В целом из текста понятно, что рассказ о дочери – просто сухие факты, без вот этого нашего материнского «она была такой-то девочкой…любила такие-то игрушки…а вот теперь, к сожалению…..и т.д.). Эмоциональная окраска отсутствует полностью, только «судейский» приговор – «в общем, если называть вещи своими именами, то моя дочь – проститутка». Мать раздражена, оперирует исключительно тревогой за общественное мнение о семье. Да, мнение окружающих для нас важно, человек социален, но в первую очередь тревога любящей матери всегда будет направлена на состояние дочери, и не станет любящая мать так категорично говорить о таком на одних только невнятных предположениях, общественное всегда уйдет на задний план.  И слова матери «она мне, конечно, ничего не рассказывает», спокойно так, очередной сухой факт. Инга ей и не могла ничего рассказать никогда, матери ее рассказы не нужны. Нужны только «и всегда было к ней хорошее отношение, и она сама хорошо училась». Как мантра звучит, меня передергивает. А теперь выгоняют, вот незадача…

Создалось впечатление, что мать явно жадный человек. Она говорит о детстве дочери – «но с детства была смышленая и настырная и хотела в обычную школу». Если ребенок настырный и смышленый, обычно еще и увлекающийся, а любые увлечения (кружки, книги, игры, прочее) требуют от родителей дополнительных финансовых затрат. Мать в силу ограниченности жадничала на дочь, ее явно раздражала и эта настырность по поводу лицея (проще же  отдать в спецшколу с программой попроще и не тратить ресурсы на лицей с учетом заболевания по зрению). 

 

2. Секса с мужчинами у Инги нет. Слова ее матери «ведет беспорядочную половую жизнь» ни на чем конкретном не основаны, в силу своей ограниченности даже псевдоним в соцсетях (ник называется, кажется) приняла за кличку проститутки. На Ваше замечание, что Астерикс – мужчина, устало машет рукой со словами «да какая разница». Вот, вот оно это самое безраличие матери! Во всем проявляется. Я уверена, что на самом деле ни с кем из мужчин секса у Инги нет. Подвезти до дома может любой участник курсов японского языка, например.  По тексту статьи есть слова Инги «я на самом деле могла бы начать уже и сейчас, но ..»(дальше идет про необходимость завершить нужное обучение о достичь совершеннолетия). Вот эти слова и выдают ее старательно поддерживаемую браваду про отношения со взрослыми мужчинами.

Мать озвучила, что «были в самом начале юноша, один или два».

3. Инга очень сильно влюбилась, вот в чем дело! Возможно, открылась, но в лучшем случае получила равнодушие в ответ, в худшем – предмет любви растрепал (ужасно, если это был одноклассник). И поэтому Инга решила доказать вот таким способом – «Вот, смотри, мной интересуются, да еще и какие мужчины»!!!  «Мемуары гейши» на пустом месте возникнуть не могли, причина в «невзаимной» любви к сверстнику. То, что в разговоре с матерью про влюблённость «..она усмехнулась так неприятно…» только подтверждает это, такая усмешка не что иное, как обычная подростковая попытка «обесценивая» того, что принесло боль.

3. Деньги на курсы, косметику и кое-что из одежды и украшений дает отец. Инга в разговоре с отцом прямо ему об этом сказала, а он, понимая, что душевные разговоры не получатся в силу давней отстраненности, действует по принципу «чем смогу, помогу».

Мать говорит на приеме, что появилась дорогая косметика. Ерунда, она в силу своей природной жадности склонна поднимать ценовую планку материальных вещей. Безосновательна уверенность матери, что дочь может шантажировать мужчин, с которыми якобы спит. Да с чего взрослый мужик испугается шантажа 15-летней девчонки? (моя логика – если реально не испугался спать с несовершеннолетней, то уж шантажа точно не испугается). В секс тут я не верю, выше написала. А слова Инги «у меня кое-что уже получается» (когда она говорит про желание научиться ублажать и уметь интересоваться) это не про секс, опять-таки, я думаю. Скорее всего, девочка обладает хорошей долей эмпатии и просто в разговоре со взрослыми людьми умеет разговорить, вывести на откровенность, пара душевных фраз – и взрослый замотанный человек вполне может эмоционально очень быстро откликнуться, сказать пару слов (сын балбес, работа задолбала, жена запилила) и получить внятное сочувствие.

4. Четкий план на жизнь, казалось бы, еще совсем юного человека меня не удивляет – ну есть среди нас поразительно целеустремленные дети (позвольте пример собственного сына – с 4,5 лет уперся «хочу учиться в художественной школе»! предложения кружков рисования и изобразительных студий отвергались в категоричной форме. Дождался своих 6ти лет, поступил на отделение дополнительного образования при художке, ходил три года (можно было только два и поступать, но ждал педагога, она набирала первый класс только еще через год; сейчас во 2 классе непосредственно худ.школы).

Мать говорила, что Инга раньше тоже училась на курсах массажа (возможно, желание иметь стабильный заработок при любом раскладе с ЕГЭ или страх в будущем потери зрения?). А эротический логично входит в ее сегодняшний план, плюсом как приложение к половому взрослению, стремлению к пониманию женской чувственности. Ханжа конечно же сразу взвизгнет «караул, ей только 15», но его обсуждать здесь не буду). Мне видится, что в ее плане с домиком, палисадником и кошкой на самом деле есть любимый муж и дети, пусть бессознательно и по-юношески отодвигаемые в самую глубину подростковых вихрей, но есть….

5. Инга всегда была одинока. С детства. Это главное в этой истории, «несчастная» любовь привела к выработке столь неожиданного жизненного плана на будущее. А  дело в одиночестве. Нет информации в статье о друзьях, подруге, с которой можно было бы выплакать, выговорить проблему любовного фиаско со сверстником, но подруги, скорее всего нет близкой. И говоря про одиночество, возвращаюсь к матери. Инга говорит: «большинство людей сегодня очень одиноки и одновременно все время на виду друг у друга. Это очень выматывает. Им некогда по-настоящему интересоваться друг другом, ублажать друг друга». Это точно про мать! Про ее равнодушие, про ее ответы на жалобы «ой, не реви, это все ерунда» и прочее, прочее годами каменеющее равнодушие. Слово «выматывает» такое тяжелое, тоскливое!  ….одиноки, но при этом все время на виду друг у друга….Это же про мать в чистом виде. Про мать, у которой есть только чувство долга (одеть, накормить), причем настолько гипертрофированное чувство долга, которое позволяет безосновательно сказать «моя дочь проститутка».   Уважаемая Катерина, Ваши слова про то, как мать смотрела на Вас, «строго поджав губы и даже слегка осуждающе, как будто в происходящем была часть моей вины» - вот оно, это всесильное общественное – виновато во всем и в то же время дружить надо с ним, а то «что люди то скажут! Вот психологиня эта сидит и осуждает, и виновата»))) Итак, чувство долга ого-го, но! у этой матери нет любви, может ни капельки. Мамаша в этом своем индивидуально понимаемом чувстве долга захлебывается всю жизнь вместо того, чтобы лишний раз без причины дочку в щечку чмокнуть. И отсюда это ужасное слово Инги - «выматывает». А что касается слова «ублажать», так это, мой милый ханжа (вот открыла спор с ничего не подозревающим человеком)), не про интим, а про обнять маму после школы, повозиться утром в выходной под одеялом с книжкой, посмеяться вместе, расплакаться маме в кофту про «самое обидное» и прочие эмоциональные ниточки. Инга хочет стать на самом деле не гейшей, не дорогой содержанкой, интересуясь и ублажая в интиме, а скорее всего психологом, этаким врачевателем душ, или просто женщиной/женой/матерью, умеющей слушать, чувствовать, ИНТЕРЕСОВАТЬСЯ своими близкими, знать причины их смеха, слез, псевдонимов, увлечений, всех-всех эмоциональных шагов и жизненных планов.

6. Инга никогда не выбросится из окна.  Ей тяжело долгие годы в ее одиночестве, но ей интересно жить и она будет продолжать жить, будет строить планы, учиться на самых разных курсах), бродить по книгам, жизнь будет, в свою очередь, корректировать ее планы, но я верю в эту девушку. Удачи ей. И хочется разгадку в понедельник))

7. Детективная составляющая: Инга приемная? Знает точно или по каким-то причинам стала догадываться? (отсюда Астериск?) Отец был против удочерения? – в статье слова Инги «поезд давно ушел, все это давно не твое дело» (только ли дело в разводе?) Развод в том числе и по этой причине? Проблемы со зрением открылись не сразу, точно после того, как ребенок официально попал в семью? Эмоциональная холодность матери как следствие давнего развода из-за удочерения? Ну это ж каким сухарем надо быть?...

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Светлана:

Меня зацепила фраза Инги: "Я стану дорогой экзотической содержанкой и буду копить деньги". В чем же ее экзотика? 
Инга понимает, что скоро ослепнет. Выбрала имя Астериск, как "неясный" - "слепой"? Т.е. она будет слепой содержанкой. Она свой дефект превратит в преимущество. 
Еще странно, что ей нужно дождаться совершеннолетия, чтобы стать содержанкой. Может есть страны, где это юридически узаконено? Т.е. она планирует переезд.
Поражает цинизм 15-летней девочки. Но таковы ее условия жизни. 
Пишет Ксения:

Перечитывая текст, зацепилась на одной фразе. Экзотическая содержанка. Да, первая мысль, как и у многих, была о гейше. Но потом подумала, что экзотика не только в этом. Ведь даже вы обратили внимание на её взгляд, который был как под наркотиками. Странно, что никаких других упоминаний про зрение, кроме начала разговора и проблем с поступлением в гимназию, в диалоге с её мамой не было. Мне пришла мысль, что девочка перестала делать уроки не потому, что не хотела, а потому что не могла из-за падающего зрения. Поняла, что жить по обычному шаблону, запланированному её мамой, она скоро не сможет, поэтому стала искать другой выход, чтобы добиться своего домика с кошкой. И придумала, причём умудрилась свой «минус» перевести в плюс. Она планирует своё будущее, в котором она больше не будет ничего (ну или почти ничего) видеть, но при этом не будет играть роль инвалида в обществе. Она станет экзотикой.
И ещё один момент, который мне показался очень странным. Вот это «мы с трудом туда попали», просмотр сообщений и переписок на телефоне и прочие выражения материнской собственнической любви. И вроде бы мать поддерживала её интересы, но при возникновении проблем сразу же затянула поводок. Судя по тому, что Инга явно заранее предполагала такую возможность, это для неё вполне привычное поведение матери. Инга ей не доверяет, а мать её видит абсолютно в неправильном свете и только усугубляет это недоверие
 
 
.
 
Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Ольга из Минска:

Наверное, моя версия продиктована личным опытом - но, может быть, девочка теряет зрение и знает об этом (или не теряет, а с ним изначально всё хуже, чем хочется верить маме)? Поэтому расфокусированный взгляд и странная профориентация - гейша (для массажа, игры на флейте и душевных разговоров хорошее зрение не обязательно)? А "когда я не смогу работать" и домик с палисадником - это план Б на случай, если всё станет совсем плохо.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Ирина:

Добрый день. 
С удовольствием прочла продолжение. 
Вы писали, что, увы, сами не догадались, а тут столько правильных коллективных ответов. Но мы, большинство верно ответивших, совершенно не знаем как помочь. А Вы - знаете. И это ценнее. 

Когда вы написали мне, что я была почти права, то я вспомнила такую историю. 
Недавно посмотрела фильм "Не/смотря ни на что". Фильм очень посредственный. Но он как раз описывает именно эту историю. 
И что ещё важнее, в его основе лежит история реального человека Saliya Kahawatte, родившегося в ГДР и мечтавшего стать ресторатором, но ослепшего при учёбе в школе
И он не сдался, а реализовал свою мечту. Конечно, это не Россия. 
И ещё история из моей семьи. Дальняя родственница была сложным подростком в маленьком городке между европейской и азиатской частью России. Что-то произошло (что не помнит), упала с крыши пятиэтажки, выжила, ее нашли спустя сутки. Ноги ампутировали. После этого взялась за ум, обучилась, стала юристом, работает, вышла замуж, переехала в крупный город, не сдалась. 

Удачи Инге, и примеров побольше, за которыми, если не бежать, так хоть не сдаваться. 

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Вячеслав:

Впервые в жизни обрадовался, что не отгадал загадку.
а) Читать продолжение было крайне интересно
б) Эта отгадка явно не моя. Начал читать ч 2 - подумал, что собирает деньги на дорогое лечение глаз.

Выход из ситуации просто блестящий.
Наверно, будет много обсуждений, что, окончив универ, передумет стать гейшей. Я бы вот на эту тему сейчас не гадал. Как и что повернется - это всё в руце Божией (безотносительно к вере/неверию в Него), а то, что надо было сделать в рамках свободы воли - сделано всеми, и сделано хорошо.

 

 

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Николай:

что восхищает в Инге - она продемонстрировала на порядки более МУДРЫЙ подход к своей жизни, чем наставления мамы, папы, и учителей (кроме одной), которые просто стукались о стенки нарисованной традициями клетки.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Екатерина из Омска:

(уточняю для всех. Если вы пишете на этот адрес по поводу конкретного текста то тем самым соглашаетесь на публикацию вашего мнения.)

Здравствуйте.
Прочитала я статью о девочке-содержанке, и создалось у меня впечатление, что все её герои - со странностями.
Мама. Ну, желание иметь нормальную дочь как раз понятно. Но вот дальше... Почему она так-таки не разобралась с любовниками Инги? Потому что дочь пригрозила суицидом? Ну, могла бы сказать: "Вот и прыгай, а я на твои кишки, размазанные по асфальту, полюбуюсь". Могла бы отправить дочь в закрытую школу, в психушку, наконец, положить, раз она суицидом грозилась. Вариантов масса. Значит, не очень и хотела решать проблему.
Инга. Нет, в то, что у девушки может возникнуть безумная идея и она способна настойчиво её реализовывать, я верю. Но Инга подаётся в тексте, как необычайно серьёзная и взрослая, а какая же это взрослость, если человек суицидом угрожает? Да ещё и о последствиях не думает: болезни, побои, незащищённость и т.д. Правильно в комментах писали. Классную отговорку придумала: "А я буду элитной!" Во-первых, кто сказал, что дорогие содержанки от всего этого защищены? Слепой, кстати, сложнее защищаться. Во-вторых, такой подход как раз очень инфантилен. Сколько народу считает, что не будет заниматься грязной работой, а сразу снимет сливки. Или начнёт с грязи, а там пробьётся. И да, среди них немало реально талантливых, так что вся её подготовка - далеко не панацея. Не только проституции касается, конечно. Например, немало людей мечтает стать шеф-поваром или иметь свой ресторан. А кто хочет чистить лук в забегаловке? Если кто и согласится, то разве временно, чтобы потом найти работу получше. Но тогда бы никто в забегаловке не оставался надолго. Что, простые повара - все сплошь тупые и ленивые?
Хотя если слова о взрослости - это такое воздействие на самолюбие, то всё логично.
Ещё немножко удивляет пораженческий настрой в поиске работы. Ну, поискала обычные вакансии, на практике убедилась, что слепые не нужны. Так почему не погуглить, кем вообще может работать слепой? Или вакансии для инвалидов? Колл-центр ей не понравился, так наверняка есть и другие места! Даже у нас бывают квоты, а в Питере-то с этим получше.
Или ей то не годится, это не годится, а хочется таких условий, на которые нет возможностей? Ну, извините, я, может, вообще на сцене танцевать хочу, да с опорно-двигательным проблемы имею. Не всегда выходит заполучить идеальный вариант, надо выбирать подходящее из доступного.
Правда, у Инги тяжёлая болезнь, так что пессимизм объясним в какой-то мере. Но на подготовку к карьере гейши хватает же сил! Она зациклилась на одном варианте и не желает искать другие.
Врачи. Вот тут вообще не понимаю логику. Как можно было сказать: "Ты ослепнешь через три года", даже если это реально ожидается? Добросовестный врач должен понимать, что это убивает мотивацию к лечению и тогда процесс только ускорится, а недобросовестный - что пациентке нельзя будет навязать платные процедуры и анализы.
Ну а верх чудачества - это, конечно, учитель. Дружить с младшеклашкой - это меня убило. Вы написали, что она немножко инфантильная, но не отсталая же! 
Ещё после школы с ней общается - делать нечего, что ли? А как же знаменитые бумаги, на которые настолько не хватает времени, что она девочке готова дать их заполнить? Кстати, женщину не наказали потом за ошибки в документах? Там же всё настолько сложно, с учителей за малейшее нарушение три шкуры дерут (поля не того размера, "учащийся" вместо "обучающегося" и т.д.), а она доверила это девочке, пусть и умной?
Влезла в историю со звонками... Ну, я уже сказала, насколько разумно встревать в затеи ребёнка. Но мало того, сделать это ещё и без объяснений... А если бы Инга предложила что-то незаконное? Или опасное? Сначала выяснить, в чём дело - не, не слышала?
А уж беседа с директором - отдельная песня. Вот единственную умную мысль высказала: не удержаться ей после этого в школе надолго. Стоит из-за девчонки работы лишаться? Или думает, что легко уйдёт в другое место? А если характеристику дурную получит? И при чём тут нынешние ученики? В чём для них благо?
Интернетом она припугнула... Да подтверждений-то нет, директриса скажет, что это клевета. А ученицу всё равно из школы выживет, не прямо, так косвенно. Тем более, Инга ещё и учится плохо. У нас лодыри тоже не держались. А у моего знакомого, который зеленоградский физмат закончил, - вообще только так вылетали. Это точно крутой лицей или всё же шарага заштатная?
Точно, все персонажи как будто вирусом безумия поражены. Ну, "безумие" - громкое слово. Скорее, просто неадекватности.
Можно было бы порассуждать, насколько Инге помогут универ и "кристаллическая решётка", но я не стану, а то и так слишком длинно получилось.
Размещать на портале не стоит, а то мирный и няшный мирок подписчиков просто по швам лопнет. Вряд ли можно будет услышать конструктивные ответы, скорее - одни эмоции: "Как же можно высказывать такие мысли?! Где же гуманизм, справедливость, совесть?!" А сейчас я просто делюсь своими мыслями: Вы же сказали, что можно.
Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Еще раз всем спасибо. Интересный разбор получился - думаю все участвовавшие согласятся.

что меня несколько удивило:

1) НИКТО не посочувствовал матери

2) колоссальный разброс оценок проистекающий из одного короткого текста: Инга - циничная, романтическая, взрослая, мудрая не по годам, дура не знающая жизни, сильная, идущая навстречу трудностям, склонная к убеганию от действительности... и тд и тп.

Хороший повод нмв чтобы в очередной раз отдать себе отчет насколько по разному мы видим одно и тоже. Если все время это помнить, это часто уберегает от разрушений.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Пишет Анна:

По поводу вашего утверждения: "НИКТО не посочувствовал матери" - я сочувствую матери, ей безусловно тяжело в этой ситуации.
Просто, вы не спрашивали: "Кому вы сочувствуете?", а я редко пишу пространные письма.  
 
Кстати, большое вам спасибо за вашу колонку, особенно интересно и полезно было читать несколько лет назад, когда когда каждая статья широко обсуждалась резидентами Сноба, по многим комментаторам я просто скучаю, мне были интересны их мысли и жизнь.

Простите, отвлеклась. Я хотела переслать вам фрагмент одной статьи, может будет полезно Инге:
 
Дарья Сухова, студентка New York University Abu Dhabi:

«Мой путь к поступлению в вуз США был непростым, ведь в России я была одним из первых незрячих студентов, которые взялись за эту нелёгкую задачу. Я стала участницей программы Opportunity, которая помогла покрыть расходы, связанные с процессом подачи заявки. Благодаря тщательной подготовке я получила 97 баллов на TOEFL, затем отправила анкеты и портфолио в разные университеты, и меня приняли сразу два заведения. А один из вузов предоставил мне полную стипендию! Спасибо экспертам EducationUSA Russia, что помогали и верили в меня».

 
Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

пишет Вячеслав:

По поводу сочувствия к матери.
Мы (в России) так воспитаны, что у нас всё по преимуществу черно-белое. И что обязательно должна существовать "окончательная правда", "правильный ответ" и т.п. Т.е. умом-то мы все диалектики, а нутром-то мы все метафизики.
Поэтому в любом конфликте мы ищем правого и виноватого, преступника и жертву, остальные персонажи либо соучастники преступника, либо помощники жертвы, либо мебель.
И мать у нас в данном случае преступник (как минимум - соучастник злой директорши), а дочь - жертва, а молодая учительница помощница жертвы. 
Ну, в крайнем случае (как в письме Екатерины из Омска, например) - мы на всех героем смотрим, как на пьяного, валяющегося на улице - вроде и в беде человек, но как-то не получается сочувствовать. 

Короче, все и всё расставлены на места, душа успокоилась.
А начнешь маме сочувствовать - это ведь какая-то история без конца получается, нет окончательной и справедливой правды.
 

 

Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Давно у нас не было психологических «загадок-детективов». Ниже — история Инги. Предлагаем читателям поразмышлять: что происходит с девушкой? Что вообще происходит в этой семье? Или не происходит ничего странного и просто «жизнь бывает разной»?
Юношеский максимализм, или В чем смысл существования современной цивилизации
Раньше ябеды зачастую становились изгоями. Но последнее время дети все чаще жалуются взрослым на свои проблемы с ровесниками. Что же делать родителям в таких случаях?